Бал нечисти

      Это была огромная вытоптанная поляна, окружённая высокими стволами многолетних могучих дубов. Переплетение их раскидистых веток создавало надежную защиту от чужих взглядов, чуть ли не живую стену.       Интересно, было ли это чудом природы или тут поработали искусные колдуны? Или это все дриады, со своим волшебными песнопениями?       Кагеяма одернул себя. Не место и не время думать об этом. Нужно сосредоточиться, выдержать ночь всего этого балагана вокруг него, изредка вступая в вежливые, по сути, абсолютно ненужные разговоры. А затем он сможет вернуться домой, забиться в самый дальний угол с книгой в руках.       Он снова уставился на кубок, который он держал чересчур бледными, для обычного человека, длинными пальцами. Искусно сделанный бронзовый кубок (не серебряный по понятным всем причинам) был до краев наполнен густой алой жидкостью, был вручён ему прямо в руки минут десять, пролетев от стола к нему прямо по воздуху.       Род Карасуно не поскупился в этот раз. Они даже приготовили лакомства для всех видов существ.       От такого гостеприимства аж тошно.       Тобио снова оторвал глаза от кубка, пробегаясь взглядом по разномастной толпе. Вампиры, оборотни, кентавры, тролли, нимфы, дриады, феи, колдуны и колдуньи. И это только малая часть присутствующих. Он даже заметил нескольких русалок, бесстрашно шагающих по укрытой мхом земле босиком. А ведь русалок, умеющих обращать свой хвост в ноги, а жабры в лёгкие — единицы.       И все эти создания, создания, чье существование человечество так яростно пыталось доказать или же опровергнуть, собрались в одном месте. Разношёрстный, разные по росту и размеру, темпераменту, роду занятий, взглядам на существование. Все они мирно распивали человеческую кровь или же вино, болтали и плясали под пение дриад и нимф, одним своим присутствием выражая свои самые добрые намерения.       Это был бал в честь мира. Бал нечисти.       Все знали, что раньше все грызлись между собой. Вампиры ненавидим оборотней, а оборотни вампиров. Тролли нападали на нимф, кентавры вообще не принимали никого, презирая абсолютно всех. Колдуны же умело воевали между собой, втягивая в свои междоусобицы абсолютно всех вокруг. И все так и продолжалось — каждый кого-то ненавидел, каждый был кем-то ненавидим.       Пока люди, которые были, как они все думали, зашоренным народцем без особых способностей, которыми питались многие существа, вдруг не развились настолько, что начали припирать тех, кто от природы обладал силой. Даже тех, кто от природы обладал магией.       И многие семьи, древние и почетные роды, многочисленные общины был просто стёрты с лица земли. Все привыкли изредка воевать против друг друга. Никто не был готов к истреблению.       В итоге было принято решение заключить мирный договор и уйти в подполье. Спрятаться в мире людей под самым их носом, смешаться с толпой. И не выдавать себя, в особенности всякими битвами, войнами и остальным бредом, ничего не значащим перед их общим врагом.       Прошло несколько тысяч лет. Традиция собираться каждые сто лет соблюдалась до сих пор.       В то время как людские балы освещались светом дня, балы «чудовищ» накрывала бархатистая ночная тьма. Но даже у нее были вкрапления-звезды, словно брызги молока на темной скатерти.       У звёзд был холодный-холодный свет. Тобио привык к нему.       От светлячков, которые группками летали над толпой, будто передвижные фонарики, веяло теплом.       Неужели снова магия?       Вообще, он должен был признать… Атмосфера здесь была достаточно приятной. Все забывали об иногда проскакивающих разногласиях, территориальных спорах и просто наслаждались мирным, спокойным временем, под защитой нескольких групп оборотней, прочесывавших лес на предмет случайно заблудившихся путников.       Кагеяма залпом выпил кровь из кубка, а затем вновь уставился на живую стену, окружающую их. Это все было очень милым, правда, вы не подумайте, что он считает всеобщий мир недостойным его внимания делом, но он все равно бы предпочел провести этот вечер за чем-нибудь более полезным.       Тобио облизнулся, слизывая оставшиеся на губах красные капли.       Да уж, но он хотя бы может все это время простоять в одиночестве. — Нравится?       Абсолютно внезапно перед ним буквально материализовалась рыжая вихрастая макушка. В следующую же секунду парень перед ним задрал голову, смотря прямо в ошарашенные глаза Кагеямы своими каре-янтарно-алыми.       Он сразу же после этого захотел провериться на дальтонизм и адекватность. Не могут же глаза гореть ярким алым костром, верно? Наверное, отблески.       Парень ждал ответа молча, смотря неожиданно цепко и внимательно. Тобио смотрел в ответ, хмуря брови. Незнакомец выглядел очень уж молодо, но это точно уж не было показателем возраста — Кагеяма был уверен, что сам он точно не выглядит на свои почти двести лет (достаточно маленький срок жизни для вампира, которым он являлся), но все же… Возможно, это выражение лица? В нем было наивность, любопытство. Почти детские эмоции.       Тобио прокашлялся. Он бы мог узнать, кем является парень, по запаху, но толпа сводила его чувствительный нос с ума. — Ты про что? — Конечно, ему не стоило сразу же переходить на ты. Но мальчишка сам начал, так что Кагеяма не видел в этом ничего критичного. — Про деревья, — неожиданный собеседник ответил так, будто это было само собой разумеющееся. — Я заметил, что ты долго рассматривал их. Тебе понравилась живая ограда? — Я… — Тобио запнулся. Неужели он и вправду так долго пялился на эти чёртовы дубы? Видимо, он слишком ушел в себя, чтобы заметить течение времени. — Да, понравились.       Он не мог ответить иначе. Потому что это было бы неуважение к организаторам. А никто не хотел связываться с Карасуно, потому что в таком случае ты автоматически наживаешь врагов в лице Некомы. А если становишься врагом Некомы, то можно и от Фукуродани получить заодно.       В общем, бросать вызов этим трем общинам мог только самоубийца. Или безумец. Кагеяма надеялся, что не относился ни к одной из групп.       Глаза парнишки перед ним засияли. — Правда красивые переплетения? — Он улыбнулся широкой и искренней улыбкой, в которой не было ни капли фальши. Были только ямочки на щеках. Тобио был уверен, что он не вампир — кожа была не идеальным бледным фарфором, а чуть смугловатой со своими недостатками, которые вкупе со всей его внешностью магическим образом превращались в достоинства. Не будь он парнем, Кагеяма обязательно подумал бы про нимфу. — Это моя подруга Ячи постаралась! Она дриада, помогала с оформлением этого всего.       Какая прелесть. У него и компания подстать.       Кагеяма внутренне одернул себя. Грубить и показывать свой тяжёлый, как всегда, про него говорил Ойкава, характер было нельзя. Судя по тому, как мальчишка осведомлен об организации, к Карасуно он имел отношение самое прямое. Может, даже был одним из их оборотней.       Что кстати объясняло его милые клычки.       И нет, он не понравился Тобио. Он просто был ценителем искусства. И поэтому не мог не признать того, что выглядел тот хорошо.       Прелестно. Живо.       Господи, мысли ушли не туда. — Ага, это все очень… мило.       Идиот, слишком долго подбираешь слова.       Парень напротив рассмеялся. — Можешь не притворяться, что говоришь это не только из вежливости, — снова лёгкий, переливистый смех. Создание напротив — состоит целиком из недостатков. Так почему же он такой идеальный? — Я могу и обидеться…       Тобио подавился воздухом. — Но я этого не сделаю. Если назовешь свое имя, мистер я-постоянно-летаю-в-облаках.       Неужели с ним флиртуют? — Кагеяма Тобио, — он провел языком по своим длинным, белоснежным, безумно острым клыкам. — Вампир из рода Сейджо. — Сейджо? — Секундное замешательство. — Вообще Аоба Джосай, но нам пришлось сменить имя из-за преследований, — пояснил Тобио, забыв, что случилось это как раз таки в последние сто лет. — Люди становятся чертовски умными. — А по-моему они… — самозабвенно начал собеседник, но практически сразу же прикусил язык. Неужели хотел сказать какую-то грубость? Странно, зачем остановился, в их обществе это не порицается. — В прочем неважно. Я Хината Шое. Оборотень. — Так и знал. — Серьезно? — Ага, ты похож на щенка, — шутка вырвалась непроизвольно. Хината же насупился. — Я уже не щенок! Мне триста восемьдесят шесть лун, — он задрал нос вверх, всем видом показывая, какой же он взрослый. Кагеяма же немного завис.       Но посчитал быстро. — Это же около тридцати лет, — пробормотал он. — Ты же в курсе, что называя свой возраст в месяцах ты не станешь круче? — А вот и стану!       Ладно, Тобио уж точно погорячился, когда сравнил его с нимфой. Нимфы не были дерзкими, не были самоуверенными и самодовольными мальчишками. Тридцать лет всё-таки даже для оборотня все ещё подростковый период.       То, что для вампира даже триста лет — подростковый период, он предпочел не вспоминать.       Вообще, странно все это. С чего вдруг Шое вообще им заинтересовался? Кагеяма был уверен, что были люди, с которыми тот мог весело провести время. Уж точно не угрюмый вампир, стоящий в отдельно от всех.       Наверное, не все вещи можно было объяснить, но одно можно было знать точно — сейчас ему наскучит молчание и он уйдет доставать кого-то другого. — О, это моя любимая песня!       А, нет.       Мелодия сменилась на более оживленную, по поляне разнеслись древние, словно сам мир, рифмы. Чужая небольшая, по сравнению с его, рука неожиданно крепко и сильно ухватила его за запястье, начиная тянуть в самый центр толпы. — Я надеюсь, ты в курсе, почему я стоял на отшибе и не лез танцевать? — угрюмо спросил Тобио, все же, непонятно зачем, немного поддаваясь. Все же, ответ на вопрос был очевиден. — Потому что у тебя не было меня, мастера танцев, — ответил Шое, искусно виляя между людьми. — Вообще-то потому что я не хотел. — Ну, ничего страшного. — Снова заливистый смех. — Тебе не нужно даже ничего делать, все равно я поведу! — Чего..?       Кагеяма даже не успел задать вопрос, как его развернули, крепко взяли за одну руку, а другую положили на талию. Он сразу же встретился с всё-таки и же сияющими глазами. Он нашел ответ. В них не пылал огонь, в них плясали черти.       Какого черта вообще он себе позволяет? Тобио его на две головы выше, а он…       Хинате было плевать. Он правда хорошо танцевал, ведя за собой не сильного в этом виде развлечений Кагеяму, точно попадая в вьющуюся мелодию, окутывающую всех вокруг.       Где-то на периферии мелькали всякие разные существа. От мала до велика, все они были одеты в разные наряды из самых разных времён. От старомодных фраков и одежд прямиком из средних веков до самых современных платьев и костюмов. Блистали крылья фей, бледными пятнами выделялась кожа вампиров.       Тобио даже не представлял, за что Ойкава засмеет его сильнее. За сам факт танца или за то, что он танцевал с оборотнем.       Он тихо вздохнул и прикрыл глаза.       А затем снова открыл их, встречаясь взглядом с новоиспеченным знакомым. В них все так же плясали черти, но была там что-то ещё — счастье, сверкающее отражением света звёзд и светлячков.       Кагеяма незаметно для себя ухмыльнулся. Они были знакомы от силы пятнадцать минут, но почему-то это время стало вдруг самым ярким за его жизнь.       Они танцевали долго. Танцевали иногда красиво, а иногда танцевали странно и совсем не ритмично. Шое смеялся, лицо Тобио искажалось лишь в подобие улыбки.       Если уж так подумать, то этот бал был совсем неплохим мероприятием.       Жаль только что до следующего ждать целый век.