Я влюбилась в твои глаза

Вчера Хори и Такаши прилетели в город, по пути девушка замучила Мицую с распросами: — Ты знал, что я соглашусь вступить в Тосву? — Обещал сшить мне новую толстовку, а сшил форму группировки. Не стыдно пиздеть, глядя в глаза? — Ты в курсе, что Майки хотел пригласить меня ещё до прошлого года? — Иоичи обсуждал с тобой почему он не хотел, чтобы я принимала это предложение? — Почему вы не спрашивали моего мнения? — Такаши?! Вопросы валились на друга с головой один за другим, стоило им только сесть в самолёт. Такаши только веселила насупившаяся мордашка Мэй, когда она высказывал все свои нодовольства, но на вопросы послушно отвечал: — Да, знал. Смотреть в глаза не стыдно. Да, в курсе. Да, он говорил мне об этом, — и, сделав передышку, отвечает на последний. — Потому что ты не оставила бы это просто так, настаивала бы на своём, а Иоичи было не переубедить. Он не хотел портить ваши отношения, поэтому не говорил. Не то, чтобы девушку устроили эти ответы, но она послушно замолчала, отвернувшись к окну, чему светловолосый был несказанно рад. Ночь они переночевали в квартире Хори, а на следующий день поехали к могиле брата. *** Вдвоём они проходят мимо чужих каменных памятников на, уже выученном наизусть, кладбище. Девушка была здесь бесчисленное количество раз и может найти место Иоичи с закрытии глазами. Такаши следует за Хори, оглядываясь по сторонам. Он, конечно, тоже навещал друга, но намного реже. — Здравствуй, братик, — мягкая улыбка касается женского лица. — Как и обещала, привела твоего "братана". (Как часто называл Мицую старший Хори). Мэй кладёт принесённые с собой белые цветы рядом с камнем. — Я оставлю вас с Такаши ненадолго, уверена, ему есть, о чём поговорить с тобой лично. Я скоро вернусь, — говорит девушка перед уходом, получая благодарную улыбку парня. Он уже привык к тому, что Хори всегда разговаривает с могилами, будь то Баджи или Иоичи. Более того, эта привычка, благодаря подруге, перенялась и ему: — Давненько не виделись, друг... Шатенка второй круг проходит мимо чужих могил. Пара имён казались ей знакомыми, похоже, взгляд падал на них, когда в очередной раз Хори приходила в гости. — Я всё, — на плечо ложиться мужская рука, от неожиданности девушка крупно вздрагивает, а её кулак чуть не встречается с лицом Мицуи, но сжатую кисть быстро перехватывают. — Тихо, это я. Все нормально? — обеспокоенный взгляд бегает по женскому лицу. — Не слышала, как ты подошёл, прости. — Ничего. Иди, я закончил. Буду ждать у ворот. — получая утвердительный кивок, подросток направляется к выходу. Убедившись, что друг ушёл, Девушка садится на колени перед извоянием, поправляя белые бутоны лилий. — Ну... С чего начать, — посмеивается она, потирая вспотевшие ладони о бедро. — Во-первых я в обиде на то, что ты не удосужился мне сказать о предложении Майки. Он рад был видеть меня в рядах Тосвы. Хоть ты и не хотел бы этого, но я приняла предложение, извини... С твоим уходом пришлось стать самостоятельной девочкой, хочу принимать важные решения сама. И я, всё таки, переехала обратно в Токио. У меня получилось. Спасибо, что верил в меня... Встретилась со всеми свастонами, теперь мы снова общаемся. Майки передавал, что скоро тебя навестит. Жди, братик, — смахивая невидимую грязь с памятника, говорит девушка. —Классная была вечеринка в честь моего приезда. Жаль только закончилась рано, но я успела выйграть парочку раундов у Чифую и Доракена за тебя, не переживай, — посмеивается она. Во время всего монолога с лица Хори не сходила искренняя улыбка, а глаза горели от счастья. Она давненько не разговаривала с братом и очень соскучилась. Девушка верила, что душа Иоичи рядом, и он всё слышит, улыбается, смеётся и радуется вместе с ней. Но все радостные эмоции изчезают, стоит ей сказать следущую фразу: — Мне жаль, что всё так вышло... Мне жаль, что в... тот момент я не смогла быть рядом с тобой. Если бы даже мне не удалось ничего изменить, я... просто бы держала твою руку, когда тебя увозила скорая или... Этого бы вообще не произошло, ты был бы жив, и сейчас мы вместе могли сидеть дома в Токио, вместе смотреть фильм, играть в приставку, параллельно поедая пиццу, как мы всегда делали, кататься на байке... Нет. Пропади пропадом этот ёбаный байк. Просто сидели бы дома, — она поднимает глаза на надпись камня: «Иоичи Хори». — Да, сейчас бы ты отчитывал меня за то, что не перестаю за это извиняться, но я виню себя... Если бы я тогда не пыталась спасти одного... — девушка осекается, не желая вдаваться в подробности. — И поехала с тобой, вероятно, всё могло сложиться по другому... [flashback~ 1 ноября 2005 год год назад] Мой взгляд падает на левую руку и я замечаю капли чужой крови на внешней стороне ладони и среднем пальце. — Бля, — мылом усердно тру руку, стараясь избавиться от алого пятна. — Мешаешься, — стягиваю золотое кольцо со среднего пальца и кладу рядом с раковиной, продолжая отмывать руку. Я быстро выключаю воду и выбегаю из ванны, услышав рингтон своего мобильника. — Какой нормальный человек будет звонить в два часа ночи? — мокрыми пальцами, тыкая по дисплею, кое - как отвечаю и выхожу на балкон. — Ало? — Здравствуйте, вас беспокоят из больницы Камазава. Кем вы приходитесь Иоичи Хори? — раздаётся женский голос из телефона. Моё сердце пропускает удар и замирает, я медленно проговариваю: — Я его сестра... Что-то случилось? — Ваш брат попал в аварию на одной из трасс у въезда в Токио. Он поступил в нашу больницу в критическом состоянии, сейчас ему проводят операцию... Время как-будто замедляется. Женщина говорила ещё что-то, но её голос растворился в сумасшедшем биении моего сердца. Я мотаю головой в разные стороны, всё плывёт перед глазами. Мобильный выпадает из рук и летит вниз, разбиваясь об асфальт четырьмя этажами ниже. В голове, уступая место всем остальным мыслям, раздаётся дикий вопль: «Быстрее!!! Нужно в больницу!!! Беги к нему!!! Скорее!!!» Всё, как в тумане. Я помню, как выбегаю из гостиницы, помню взгляды прохожих на себе, помню, как сажусь в машину такси. Не знаю сколько времени заняла поездка, но, казалось, целую вечность. «Вот почему он не брал трубку, не писал, не звонил. Вот почему он до сих пор не приехал с другого города. Он не успел доехать... » «Что с ним сейчас? В каком он состоянии? Почему?..» Мысли не давали успокоиться и трезво мыслить. «Что случилось?.. Какая авария?» Я вбегаю в здание больницы и ищу глазами регистратуру. — Где Иоичи Хори?! Что с ним сейчас?! — кричу на женщину за стойкой. — Вы звонили мне! Я его сестра!!! — Не кричите. Он в операционной, вас туда не пропустят, пожалуйста, постарайтесь успокоиться, — видимо, мой внешний вид не внушал доверия, т.к. женщина быстро вышла ко мне и, взяв за плечи, пыталась привести в чувства и хоть как-то успокоить своим мягким голосом. Мне было всё равно на её действия, мне нужен Иоичи. Дрожащими руками пытаюсь отодвинуть ту от себя, только сейчас замечая, что по моим щекам ручьём текут слёзы: — Пропустите к нему! Он жив?! С ним всё будет хорошо?! — Он жив, пожалуйста, успокойтесь, иначе мне придётся вколоть вам успокоительное. Я пропускаю угрозу мимо ушей. Пусть колит, что хочет, только пропустите к брату! Вдруг со стороны стойки регистратуры доноситься звенящий звук, на который резко оборачивается немногочисленный персонал в холе. — В операционную номер 12 ещё одного хирурга! Срочно! — доносится из динамика громкий мужской голос. Один из врачей, стоящий неподалёку, бросает планшет с бумагами на стол и со всех ног бежит в глубину коридора больницы. Женщина бросает в мою сторону быстрый обеспокоенный взгляд, не отпуская. «Иоичи!» Меня прошибает, будто током, я бегу вслед за этим врачом, отталкивая от себя женщину. — Не дайте ей забежать в операционную! В глазах стоят слёзы, я не понимаю, что творю, но хочу быть рядом с братом. Чуть не спотыкаясь, следую за мужчиной, и когда он забегает в нужную дверь, меня хватают чьи-то руки, не давая пройти за ним. «Я почти там! Дверь прямо передо мной! Ну же!» — Нет! Пустите!!! Что с ним?! Зачем ещё один врач?! Резкая боль в руке. Что-то всё таки вкололи. Перед глазами вновь начинает плыть, вокруг суетятся мед. работники, моё тело расслабляется в чужих руках. Дверь операционной номер 12 распахивается и единственное, что мне удалось услышать перед тем, как мир померкнул в моих глазах — оглушительный писк аппаратов.