Они никогда не вернутся домой

Просыпаться больно. Холодный свет потолочных ламп заставляет Локи на секунду увидеть радужные полосы перед глазами. Это похуже сакаарского оружия в руках охранников Грандмастера или адского зелёного пламени Хелы. Почему он вообще проснулся? Разве смерть не заставляет тело раствориться где-то на задворках вселенной? Последнее, что он помнит, это дикий и разочарованный взгляд Таноса. Ведь даже Титан думал о том, что бог лжи и обмана обязательно припасёт последний козырь для него. А не жалкий ножичек и драматичный момент. Умереть героем было глупо. Не в стиле Локи. Наверное, об этом думал Тор, когда наблюдал за этим действом. Хотя Локи помнит боль в глазах брата. Такое не забудешь. И сейчас Локи чувствует боль в каждой клеточке своего тела. Настоящую боль, а не иллюзию. — Где я? — голос больше похож на скрип половиц в старом мидгардском доме, где Локи однажды побывал. Локи хочет подняться, но понимает, что прикован к кровати. Наручники переливаются ярко-алым светом на худых синеватых запястьях. — Тише. Не вставай. Я вызову врачей и позову Тора, — перед ним возникает девушка с ярко-рыжими волосами и выразительной мимикой. Абсолютно чёрная одежда, ярко-рыжие волосы и бледное лицо — самые запоминающиеся пятна перед глазами Локи. А ещё большие удивлённые глаза, полные боли и усталости. Незнакомка нажимает красную кнопку у его постели, и раздаётся тонкий писк. Она прикусывает полную нижнюю губу, а тёмно-зелёные глаза лихорадочно осматривают его, пытаясь найти причину такого резвого поведения и желания встать. Её просто попросили присмотреть за ним, а она теперь за него волнуется. — Почему? — Локи не оставляет попыток встать, но иглы с многочисленными трубками причиняют боль. — И кто ты такая? — Меня зовут Ванда Максимофф, — она отстраняется, пуская вперёд врачей и подоспевшего Тора, на лице которого безумно счастливая улыбка. Она исчезает подобно видению. У Локи всё плывёт перед глазами, и он вновь падает в спасительную темноту. *** В следующее пробуждение Локи видит Тора. Брат кажется слегка потрёпанным и чересчур крупным, но всё таким же улыбчивым. Он садится около постели и даже берёт его за руку. Словно не было всех проблем и недосказанности. Но Локи чувствует волнение Тора. — Эй, Локи. Ты жив. Всё теперь будет хорошо, — похоже он успокаивает больше себя, чем своего воскресшего брата. — Почему я жив? Почему в кандалах? — Локи взглядом указывает на странные наручники, явно магические. Тор отводит глаза, словно не хочет ничего объяснять. Локи знает эту манеру с самого детства, когда они ещё были мальчишками. Маленькими принцами, которыми восхищались остальные. Вот только маленькие принцы выросли, и каждый пошёл своей дорогой. Локи иногда кажется, что всё-таки он свернул не туда. — И тебе не помешало бы подстричься, возобновить тренировки... — он пытается сгладить углы неловкой беседы. — Если говорить правду, то выглядишь ужасно. — Знаю, Локи. Было тяжело последние несколько лет, да и тут такая суматоха... Танос мёртв окончательно и бесповоротно, как и его армия. Для этого потребовалось пять долгих лет и смерть многих людей. — Тор хмурится и сглатывает. — Мидгард потихоньку восстанавливается. Я хотел улететь в далёкий космос, но тут после битвы в одном из порталов нашли тебя... Тор помогает Локи приподняться на подушках. Он чувствует жуткую слабость, боль в области шеи и в спине, да и хриплый голос тому подтверждение. И вообще Локи должен быть мёртв, а не лежать в этой комнате и быть прикованным к кровати. — Танос меня убил, Тор. Игра окончена, — он непонимающе смотрит на брата, ощущая, как в теле всё ещё вибрирует магия. — Кто вернул меня с того света? — Считай это чудом или божественным проявлением, — их беседу нарушает Ванда, прислонившись к дверному косяку палаты. — Возможно, в этой суматохе вернулся не только ты... Кто знает, что сделал щелчок Брюса или Тони. Она на секунду задумывается, словно хочет что-то ещё сказать. Тор же смотрит на неё и отрицательно качает головой. Локи понимает, что секретов предостаточно. На Ванде короткое чёрное платье и тяжёлые армейские ботинки, а ещё множество красных браслетов на руках. Волосы на этот раз убраны в высокий хвост. Локи замечает каждую мелочь, вплоть до излишней для мидгардской девы бледности. Она взмахивает рукой, и его магические наручники растворяются в воздухе. Теперь ясно, кто стоит за всем этим. — Т’Чалла приказал освободить его. Он не пленник в Ваканде — пока не натворит глупостей, конечно. — Ты уже знаком с Алой Ведьмой? — Тор поднимается и подходит к ней ближе. — Она приглядывала за тобой, пока я был занят. — Я не нуждаюсь в няньках, — Локи устало потирает запястья. — Без обид. Хочу знать подробности последних пяти лет. Ванда понимающе кивает. Они тут в Ваканде словно дети. Всё время кто-то хочет за ними присмотреть. Максимофф это тоже коснулось, но она дружелюбно намекнула Стренджу, что ей и так хорошо и спокойно. Одной. Без его вмешательства. — Будут тебе подробности, брат, когда встанешь на ноги и окрепнешь. Эти лекари тебя быстро вылечат, не сомневайся, — Тор по-дружески подмигивает Ванде, и они покидают палату Локи. После всех процедур и лекарств Локи долго не может заснуть. Будто, раз он вновь вернулся в мир живых, то и сон теперь не нужен. В голове полная каша из мыслей о том, что этой войны могло бы и не быть, не будь он таким самовлюблённым и жаждущим власти. Он всё-таки просит одну из медсестёр принести ему планшет. Так он узнаёт о смерти Тони Старка, Наташи Романофф и других. О том, что Мидгард целых пять лет жил лишь наполовину. И что последняя инопланетная битва стала облегчением и одновременно болью для всех. Будет ли он теперь в команде Мстителей, а не их врагом? Локи не знает, да и не ему решать. Так наступает утро. Локи понимает, что пора начинать жить. Вот только желание пока не появляется. Всё разрушено. Даже его новая жизнь подобна руинам.