Чёртово колесо

Находясь в этой какофонии восторженных криков детей, разговоров их родителей, смеха молодых людей, пришедших в парк по случаю ежегодной ярмарки, Жан испытывает недоумение и раздражение. Ещё вчера он был твёрдо уверен, что пропустит это мероприятие, но устоять перед уговорами друзей, особенно придурка Йегера, который больше всех настаивал на том что, Жан не может, не пойти в парк, у него не получилось. Нет, Жан всегда с гордостью носил титул главного тусовщика, и не пропускал ни одного массового мероприятия, но в последнее время, в силу отсутствия настроения, апатии и элементарного, нежелания общаться с людьми, решил, что благоразумнее будет остаться дома. Сейчас же находясь в самом центре ярмарки, Жан понимает, что был прав. А началась эта маленькая депрессия, так Жан нарекал своё подавленное состояние, с незначительной ссоры с матерью. Жан безусловно любил свою мать, но её отношение к нему, как будто он все ещё маленький ребёнок, требующий чрезмерное внимание к себе, а не состоявшаяся личность, заканчивающая второй курс, очень раздражало. После ссоры с матерью последователи проблемы с работой, которая играла важную роль в жизни Жана. Затем небольшие недопонимания с преподавателями, и проблемы с учёбой. Таким образом у Жана пропало все желание общаться или контактировать с кем-то. Даже со своими близкими друзьями Жан пытался пересекаться или разговаривать реже, что конечно было замечено ими, а там уже последовали бесконечные расспросы: « что случилось? » « у тебя все в порядке? » « чем мы можем помочь? » Потом вроде все пришло в относительную норму, друзья поняли, что Жан не собирается делиться тем, что у него произошло, поэтому просто пытались поддержать словами. Но эту идиллию нарушил, чёрт бы его побрал, Йегер, который недавно вернулся с отдыха, на котором должен был оставаться до конца лета, аргументируя это тем, что ему там якобы стало скучно, по Микасе соскучился, друзей давно не видел. Узнав о пассивном состоянии друг, он с чего-то вдолбил себе в голову, что обязательно должен помочь ему. Вот только Жану эта помощь даром не сдалась. С начала тот пытался вытащить его в какое-нибудь людное место, под любым предлогом, потом вытащил всех вместе на природу, ну и в заключение две чёртовы недели ходил за Жаном тенью, уговаривая пойти на ярмарку. Жан никогда не славился железным терпением, и согласился, буквально умоляя Эрена прекратить его преследовать. И вот Жан тут. Это место давило на него, Кирштайн не знал куда себя деть, он бы с радостью ушёл отсюда, но расстраивать друзей, даже идиота Йегера, не хотелось. Жан решил остаться, в конце концов может быть получится найти более тихий уголок. В поисках безлюдного места Жан решил прогуляться, проходя мимо небольших лотков с различными товарами, который бросались в глаза своими пестрыми цветами, Жан уже какой раз думал, не прикупить ли ему что-нибудь, но потом быстро отгонял эту затею, потому как был уверен, что вещица ему не к чему. Так пройдя весь торговый ряд, глубоко погруженный в свои мысли, Жан не заметил, как дошёл до чёртова колеса, он любил на нем с мамой кататься, будучи ещё совсем маленьким. Сколько же воспоминаний вспыхнуло в его голове, когда кабина поднимается на самый верх, откуда видно почти весь город, светящийся сотнями ярких огней, все как на ладони, это чувство как будто тебе весь мир покорен, чувство как будто ты можешь достичь любых целей в своей жизни, это не забываемое ощущение, вскруживает голову, вырывает из реальности, отбрасывая в какой-то другой мир, мир ярких красок. Мир где разум витает где-то отдельно от тебя, а ты сам полностью отдан приятным ощущениям. Как же это прекрасно, как же хочется оставаться в этом состоянии вечно, чтобы гложущие, тебя мысли оставались где-то там далеко, а у тебя самого бабочки в животе порхали от мнимого чувства полёта. Погрузившись в свои мысли Жан не сразу ощутил лёгкий толчок и как он врезался в кого-то. Девушка, на вид не старше него самого, с тёмными волосами средней длины, выразительными глазами, под которыми залегли следы усталости, по сравнению с самим Жаном очень маленькая, но от того показалась ему довольно милой. Такое чувство как будто он её где-то видел. — У тебя все в порядке? — первой подала голос девушка. — Да! Все в порядке, извини, просто задумался и в толпе кто-то толкнул. Ты не ударилась? — Жан не хотел прозвучать растерянно или напугано, но, пожалуй, именно так это и было. — Нет, все нормально, тебе не за что извиняться, тут и вправду очень людно, и лучше нам отойти в сторону. — Девушка, стараясь не в кого не врезаться дошла до лавочки рядом с ларьком мороженого. Жан последовал её примеру. — Слушай, странный вопрос, но мы с тобой нигде не встречались. Ты выглядишь смутно знакомой, — Жану показалась что фраза звучит максимально глупо и странно, заставляя его щеки покрыться лёгким румянцем. — Ну лично мы не знакомы, хотя я знаю твоё имя, Жан, а так думаю ты пару раз встречал меня в нашем учебном учреждении. — Точно! Они учится в одном университете. Он видел её несколько раз в коридоре, и пару раз в столовой. Как же он мог забыть. И почему они не были знакомы, обычно Жан был очень общителен, а уж тем более, когда речь идёт о такой милой девушке. — Ха, да, точно, извини сразу не узнал, ну раз уж ты знаешь моё имя, то справедливо будет если я узнаю твоё. — Пик, просто Пик, — девушка сказала это с очаровательной улыбкой, от которой у Жана по всему телу прошла лёгкая, едва ощутимая, но такая приятная дрожь. — Пик… — Жан как будто хотел услышать, как будет звучать её имя в его исполнении. — Приятно познакомиться, Пик. Лёгкое замешательство и смущение Жана видимо позабавило девушку, и она тихо рассмеялась. Её смех, едва слышен в шуме толпы, но звучит так приятно на слух, его хочется слушать и слушать. — Не хочешь прогуляться? — фраза вылетает быстрее чем Жан успевает подумать, а будет ли это уместно с учётом того что они едва знакомы. — Да, почему нет, не смотря на большое количество людей, одной тут скучно. — Так ты тут одна. — эта мысль почему-то приятно разносится по разуму. — Ну друзей у меня не очень много и сегодня все заняты, предугадывая твой вопрос про вторую половинку, у меня её нет. — Лицо Жана меняется в секунду от удивления до возмущения. — Что?! Нет, я не собирался спрашивать тебя о твоей второй половинке, я просто, просто спросил про друзей и всё. Ты не подумай нечего, — Жан говорил громко и быстро, что явно развеселило девушку. — Да шучу я, расслабься. — Азартные огоньки в глазах девушки, пробудили в Жане ещё больший интерес к ней, она отличалась от его окружения и это его определённо привлекало. — А ты здесь один или с кем-то? –Я пришёл с друзьями, ну как пришёл, один из них, самый придурковатый, буквально вынудили меня это сделать, и у меня второй половинки тоже нет, — зачем Жан сказал последнее он сам не мог понять, получилось настолько глупо, что единственное, что хотел Кирштайн это проводиться под землю от стыда. Девушка же только рассмеялась Опять, опять это смех. Если бы раньше, Жану задали вопрос что самое прекрасное что он слышал, он вряд ли бы смог ответить, то теперь ответ стоял буквально перед ним. — Ладно один, один. Ну что, может прокатимся на чём-нибудь? В конце, концов мы в парке аттракционов. — Пик выжидающе смотрела на парня, дожидаясь ответа, Жан же смотрел на её лицо, с едва заметной горбинкой на носу, это тоже выглядело чертовски мило. Лицо, подсвеченное неоновыми огнями, с широко открытыми глазами, которые казалось гипнотизировали его, люди, окружающие их, казались какой-то нечёткой дымкой, а их голоса постепенно расплывались в создании. — Да, это хорошая идея. Может чёртово колесо? — придя в себя отозвался парень. — Да! Точно! Давно на нем не каталась. Пойдём! — с энтузиазмом и какой-то детской радостью сказал Пик, направляясь в сторону колеса. *** Когда Жан по-джентльменски предлагает Пик руку, чтобы подняться в кабину, он почти уверен, что она откажет, но девушка на удивление соглашается. И маленькая, аккуратная ладонь девушки ложится на ладонь парня. Прикасаясь к холодной и такой приятной коже, Жан понимает, что за последние время ни разу не испытывал такой спектр приятных эмоций. Жан бы не выпускал её руку до конца поездки на аттракционе, но чувство такта не позволяет ему это сделать. — Когда была маленькой боялась кататься на колесе, казалось, что на самой вершине кабинка сорвётся вниз. Кабинка начала постепенно подниматься. Глаза Пик горели неподдельным восхищением, сейчас ей явно не было страшно. — Я всегда, когда приходил в парк первое куда бежал, это к чёртовому колесу. Было в нем что-то, необычное, что-то, что выбивало из лёгких воздух и заставляло тебя полностью отдаться этому чувству эйфории, — Жан говорил это тихо, едва слышно, но она слышала. Он был уверен в этом. Кабинка поднимается все выше. Улыбка на лице Пик становилась все шире. Жан чувствует себя все лучше. И вот, вот они на самой вершине! Вот она, грань между небом и землёй. Время сейчас не имело никакого значения. Момент, когда Жан с жадностью впитывал, стараясь в мельчайших подробностях запомнить представленную ему картину, ночного города. Момент, когда Жан забывал обо всем, буквально. В этот момент все становилось неважно, все меркло, расплываясь на фоне эфемерного чувства полёта. Но сейчас почему-то все иначе. Сейчас даже открывшаяся ему панорама, не могла по красоте сравниться с лицом Пик, которая смотрела на него в упор. Её оленьи глаза, густые ресницы, улыбка на приоткрытых губах, пряди чёрных волос на её лице. Как же она завораживающе сейчас выглядит. Жан хочет запомнить этот момент, отложить его в памяти, и никогда не забывать. Жан чувствует себя, настолько феерично, чувствует, как приятное тепло растекается по всему телу, чувствует, как сердце часто и быстро стучит у него в груди, чувствует, как дышать становится одновременно и легко, и трудно. Жан просто чувствует, и ему это безумно нравится. Окончательно прийти в себя у него получается только, когда они с Пик оказываются на земле в окружении толпы, которая для них обоих не имеет никакого значения. Они просто молчат, молчат и им это нравится. — Это было очень здорово. Спасибо за то, что составил компанию, Жан. — Первой подаёт голос Пик. — Да, конечно, мне тоже очень понравилось, слушай, может быть ещё как-нибудь погуляем? Ну, если ты не занята конечно и… — Жан! — голос Эрена ещё никогда не бесил его так сильно как сейчас, Кирштайну хотелось лишить его жизни прямо здесь и сейчас. — Кирштайн черт бы тебя побрал, ты куда пропал? Мы тебя обыскались. Эрен подход ближе, равняясь с Жаном, замечая Пик и выгибает бровь в недоумении. — Да все нормально, гулял я, мы для чего сюда пришли? — в голосе Жана проскальзывает раздражение. Нет, ну надо было появиться в самый неподходящий момент, только Йегер так может. И эта ситуация вызывает у Пик смех, беззлобный, самый настоящий и такой красивый смех. — Ты такой милый и забавный, — у Жана от этих слов кончики пальцев покалывает, а тело бьёт дрожью — Жан Кирштайн. Мы обязательно погуляем ещё раз И Жан, в который раз за сегодня, чувствует себя хорошо, очень хорошо.