Система героической смерти

После того, как первый набор образцов был проанализирован, ученые стали приставать к Шань Ке с просьбой дать еще. Ковенантор заявил, что образец следовало использовать более экономно, и что больше ничего не осталось. У исследователей не было другого выбора, кроме как уйти. Шан Цзэ, наконец, почувствовал себя спокойнее, так как больше не было никаких отвлекающих факторов, и остались только отчеты. После он должен будет подобрать составляющие, рассчитать пропорции, смешать их вместе и неоднократно экспериментировать с ними. Это был долгий и утомительный процесс. Шань Ке был скрупулезен и серьезен в своей работе. Благодаря взаимодействию с учеными он наконец получил их одобрение. Таким образом, ковенантор формально стал частью их исследовательской группы. Лу Сюфань беспокоился, что Шан Цзэ будет чувствовать себя подавленно, находясь в резиденции так далеко от города. Однако на самом деле это он сам впал в депрессию. Раньше тот всегда бежал к нему навстречу, чтобы поприветствовать его при возвращении. Теперь ковенантор застрял в лаборатории, а он видел только морщинистое лицо старого дворецкого, а также тихий, холодный дом. Лю Сюфань посмотрел на Шан Цзэ. В настоящее время тот вел бурную дискуссию о результатах эксперимента с другими исследователями. Он подумал: Разве раньше они так общались? Почему они начали ладить за те несколько дней, что его не было? Шан Цзэ даже разрешили войти в лабораторию, которая считалась запретной зоной для посторонних. — Сэр, вы вернулись. — Исследователь средних лет первым заметил Лу Сюфаня и встал, чтобы поприветствовать его. Другой исследователь, который был рядом с ним, сказал: — Сэр, вы здесь из-за сяо Цзэ? Мы закончили свою часть работы, так что вы можете забрать его. Лу Сюфаню вспомнилось, как этот человек ранее был категорически против того, чтобы он приводил постороннего. — Рабочее время еще не закончилось. — съязвил Шань Ке. После того, как он закончил говорить, остальные посмотрели на него с сочувствием. Этот ребенок, казалось, забывал о своем мужчине, как только начинал работать. Разве это нормально? Поторопись и утешь его. Было бы лучше, если бы ты мог запереться с ним в комнате, чтобы еще покататься на кровати три дня и три ночи. Трудовая этика Шань Ке значительно улучшила его имидж в глазах исследователей. В прошлом они предполагали, что тот был не кем иным, как партнером Лу Сюфаня по постели. Теперь они чувствовали, что те идеально подходят друг другу. — Кто сказал, что рабочее время еще не закончилось? — Пожилой исследователь нажал несколько кнопок на виртуальных часах, что привело к тому, что минутная стрелка перескочила на тридцать минут вперед, что на минуту превысило запланированное время работы. Шань Ке: …Это нормально — делать что-то подобное перед своим боссом? Лу Сюфань: Обладание таким гибким мышлением делает тебя достойным того, чтобы называться экспертом. На лице Лу Сюфаня появилось выражение восхищения этим исследователем. Он взял Шань Ке с собой и вышел из лаборатории. После того как они ушли, исследователи собрались вместе, и каждый гадал, сколько дней эти двое пробудут в комнате. Они также время от времени издавали гадкий смех… Следует отметить, что как только ученые находили хорошую сплетню, они ничем не отличались от тетушек на улице. Лу Сюфань оправдал их ожидания и с любовью общался с Шань Ке в течение четырех дней, побив предыдущий рекорд. Ранним утром некоторые исследователи встали с постели, чтобы сделать зарядку. Когда они открыли окно, их внимание привлек прекрасный пейзаж снаружи. Восточный горизонт был похож на тонкий шелк розового цвета. Влажный, холодный ветер трепал море пурпурных цветов. Сверкающие капли росы мерцали, как движущиеся огоньки. Большая белая собака Снежок радостно каталась в цветах. В элегантном утреннем свете две высокие фигуры прогуливались, держась за руки. Это было похоже на прекрасную картину маслом. — Ха-ха, мне тоже чтоль пойти найти себе партнера? — печально вздохнул исследователь, которому чуть больше сорока лет. Ученые вокруг него подняли брови: У тебя уже есть жена! Жизнь была мирной и расслабляющей, пока они жили в особняке, отрезанном от остального мира. Постепенно прошел год, и был достигнут существенный прогресс в разработке сыворотки для восстановления мозга. Совместными усилиями удалось успешно изготовить пять видов лекарств, за которыми последовали эксперименты на людях. Шань Ке знал, что создать точную копию сыворотки для восстановления мозга невозможно. Он мог только надеяться, что реакция будет положительной, без слишком большого количества побочных эффектов. Шань Ке проанализировал пять типов восстанавливающих мозг сывороток на предмет различий между ними и оригиналом. Все они казались похожи, но пятый был самым близким, имея девяносто двух процентное сходство. Все исследователи обсуждали, где найти ковенантера для эксперимента. Шань Ке внезапно сказал: — Позвольте это сделать мне. — Почему? — Я ковенантор. Все были шокированы этим. Он был ковенантором? Они так долго общались с ним и не заметили. Этот парень, помимо того, что у него частично парализовано лицо, пунктуален, молчалив и спокоен — чем он похож на ковенантора? Его мысли были уникальны, и он работал аккуратно и упорядоченно. Он никогда не проявлял инициативы в общении с людьми, но задавал вопросы и отвечал на них. Всякий раз, когда другие дразнили его, он подыгрывал им. Однако этот здоровый на вид мужчина был умственно неполноценным ковенантором? Все считали его надменным и высокомерным, но на самом деле он не мог выразить свои эмоции. — Что вы думаете об этом? — еще раз спросил Шань Ке. — Ни за что! — Ни за что! Голоса оппозиции исходили от исследователей из лаборатории, а также от Лу Сюфаня, который только что вошел. Мужчина был недоволен. — Я найду несколько ковенанторов, близких к смерти. Тебе не нужно подвергать себя опасности. Остальные кивнули в знак согласия. — Хорошо. — Шань Ке не стал форсировать события. Лу Сюфань не ослабил бдительности. Он в частном порядке приказал другим исследователям помогать присматривать за ним, чтобы тот не оставался наедине с готовыми лекарствами. В тот вечер мужчина был еще более требовательным, чтобы Шань Ке слушал его команды и подчинялся его приказам. Пять дней спустя Лу Сюфань привел пятерых ковенанторов в возрасте около тридцати трех лет. Их мозг начал дегенерировать, и клетки не могли дифференцироваться. Люди приближались к концу своей жизни. Исследователи провели полное обследование тел, прежде чем официально подготовиться к экспериментам. До начала экспериментов группа была настроена очень оптимистично. Они верили, что даже если лекарства не окажут хорошего эффекта, это, вероятно, также не ухудшит их состояние. Первый ковенантор принял сыворотку. Повреждения его мозга начали уменьшаться. Клетки начали регенерироваться и были близки к достижению полной функциональности. Однако на седьмой день он внезапно скончался. Первый эксперимент унес человеческую жизнь. Исследователи были шокированы. Таким образом, второй эксперимент был отложен. Задержка длилась полгода, пока один из четырех ковенанторов не стал близок к смерти от старости. Второй препарат прошел через множество усовершенствований. На этот раз внезапной смерти удалось избежать. Вместо этого это немного оживило участника, который был при смерти. Однако он продержался всего полмесяца, прежде чем его постигла судьба его истекающей жизни. Тем не менее, исследователи получили некоторую уверенность в этом результате. Для третьего испытания Шань Ке попросил использовать пятый препарат. Никто не протестовал против этого. Как раз в тот момент, когда они готовились начать, кто-то с плохими мотивами пожаловался на исследовательскую группу. После некоторых переговоров королева послала принца Лу Сюци, старшего брата Лу Сюфаня, чтобы подтвердить, что происходит. На самом деле это была просто формальность. Королева в частном порядке одобрила этот проект. Это просто не было обнародовано, чтобы избежать ненужной критики и неприятностей. Лу Сюци покинул императорский дворец под охраной телохранителей. Когда он уже собирался сесть в машину, то почувствовал укол боли в затылке. Мужчина протянул руку и потер голову, не заметив ничего странного. Как только он прибыл на виллу, Лу Сюфань и остальные уже ждали его у входа. Сначала они обменялись обычными приветствиями, прежде чем отправиться в лабораторию. На полпути к месту назначения Лу Сюци с любопытством наблюдал за Шань Ке. Он предположил, что его младший брат влюблен в этого ковенантора. Иначе он не стал бы так усердно работать над ранее брошенным проектом. Лу Сюци искренне надеялся, что эксперимент пройдет успешно, и Сюфань не будет страдать от потери своей настоящей любви. Лифт тронулся. Лу Сюци ощутил приступ головокружения. Он просто предположил, что это было тревожное чувство из-за ощущения невесомости, поэтому не обратил на это внимания. Группа только что вышла из лифта, когда услышала радостные возгласы из лаборатории. — Сэр, мы добились успеха! — Взволнованно подбежал исследователь. Он, казалось, забыл о надлежащем этикете, поскольку громко объявил. — Сыворотка номер пять достигла ожидаемого результата. Поврежденный мозг способен восстановиться. Лу Сюфань подавил свои эмоции. Он спокойно спросил: — Вы уверены, что состояние испытуемого не ухудшится? — Мы уверены! Выздоровление испытуемого проходит гладко. Мы наблюдали за ним в течение двух недель и, наконец, убедились в этом. Сыворотка номер пять очень эффективна. Хотя мы не уверены в каких-либо побочных эффектах, нет никаких проблем с продлением жизни на пятьсот или десять сотен лет. Услышав его ответ, Лу Сюфань посмотрел на Шан Цзэ. Он почувствовал себя ужасно счастливым. Лекарство поможет ему выжить, а сам мужчина защитит его. В этот момент исследователь схватил Лу Сюфаня. Его лицо застыло, и он быстро поклонился. — Ваше величество, я прошу прощения за то, что был так груб. Лу Сюци улыбнулся: — Не обязательно быть таким вежливым. Я понимаю, что ты чувствуешь. Можно мне взглянуть на результаты? — Конечно! — Исследователь гордо выпятил грудь. Исследователь представил файлы лечения ковенантора Лу Сюци. Он радостно рассказал о ходе своего выздоровления. Всеобщее внимание переключилось на ученого и испытуемого. Никто не заметил, что лицо Лу Сюци побледнело, а выражение его глаз помутнелось. Исследователь привел их в комнату, где хранились экспериментальные данные. Лу Сюци внезапно издал громкий рев и бросился на исследователя. Он агрессивно укусил его за ухо. — Ах! — Исследователь закричал, в то время как у остальных на лицах было ошеломленное выражение. Лаборатория была конфиденциальным местом. Все остальные телохранители должны были оставаться снаружи, за исключением Лу Сюфаня и Лу Сюци. Лу Сюфань быстро отреагировал и бросился к Лу Сюци. Другая фигура направилась к ноутбуку и оборудованию, планируя перенести их в безопасное место. Лу Сюци в своем безумном состоянии обладал впечатляющей силой. Сбив с ног нескольких человек из толпы, он схватил стул и сразу же бросил его. — Нет! — Выражение лица исследователей изменилось. Лу Сюци швырнул стул в сторону ноутбука. В ноутбуке были собраны все результаты исследований. После разрушения будет трудно восстановить. Большая часть результатов предыдущих экспериментальных процедур была сохранена в другом месте. Однако последняя порция была лишь в лаборатории. Они заметили человека, загораживающего направление движения ноутбука. Стул полетел прямо в него, и раздался глухой звук удара. Стул был сделан из металла и весил около 50 фунтов. Если он попадет в кого-то, можно только представить, какие травмы будут получены. — Сяо Цзэ! — Зрачки Лу Сюфаня сузились, когда он беспомощно наблюдал, как Шань Ке падает на ноутбук. Кровь потекла у него изо рта, его дыхание почти остановилось. Несколько минут назад он мечтал о совместном с ним будущем, о том, как будет жить с ним, когда они будут старыми и седыми, но в следующее мгновение увидел, как мир рушится у него на глазах. Шань Ке почувствовал себя так, словно у него сломался позвонок. Боль была такой сильной, что все, что он мог делать, это дрожать. Он всего лишь пытался оттолкнуть инструмент! Почему его должен был сбить стул в тот момент, когда он обернулся? Он не собирался умирать!!! Прямо перед тем, как Шань Ке потерял сознание, его тело заключили в знакомые объятия. Уши уловили звуки скорбных криков. Мне очень жаль. В конце концов я все равно нарушил свое обещание.