***
Когда Шань Ке открыл глаза. Первое, что он увидел, было окровавленным женским лицом с пустыми глазницами, из которых вытекала липкая жидкость. — Ах! — Шань Ке шоке отскочил назад и врезался в стену. Он не пугливый человек. Однако не имело значения, насколько сильно молодой человек морально подготовлен, когда перед ним без всякого предупреждения появился пугающий женский призрак. Женщина разочарованно посмотрела на него и сказала жутким голосом: — Мы оба призраки. Нужно ли так драматизировать? Закончив говорить, она неторопливо уплыла прочь. У Шань Ке наконец-то появилось время осмотреть себя. Он понял, что половина его тела погрузилась в стену, были видны только голова и руки. Очевидно, он стал призраком. [Основная миссия: Возродиться в течении трех месяцев…] Шань Ке переспросил: Прости, но ты сказала «возродиться»? [Да, цель состоит в том, чтобы возродиться в течении трех месяцев.] Система, ты подхватила вирус? Моя миссия — умереть героической смертью, но теперь ты просишь меня возродиться? Как я должен выполнить столь противоречивую миссию? [Если вы живы, то можете умереть. Если мертвы, то у вас есть возможность снова ожить.] …Система, появись. Я обещаю не убивать тебя. Согласно пониманию Шань Ке, у призрака три возможных варианта оживления. Первый — найти кого-то для перевоплощения. Второй вариант — овладеть чьим-то телом. Третий — это войти в тело того, кто только что умер. Пока Шань Ке обдумывал лучший вариант, система продолжила: [Существуют ограничения в процессе возрождения: 1) Вам не разрешается находить кого-то для перевоплощения; 2) Вам не разрешается насильно овладевать чужим телом; 3) Вы не можете вселиться в тело того, кто умер от старости или кого-то, кто умер от тяжелых ран и не может быть реанимирован.] Шань Ке понял, почему ему не разрешили найти кого-то для перевоплощения или насильно завладеть телом другого человека, поскольку эти варианты нарушают идеалы системы героической смерти. Шань Ке не понимал, почему существует так много ограничений на вход в мертвое тело. [Если вы войдете в тело человека, жизнь которого близится к концу, то это будет считаться провалом миссии, поскольку одним из условий является то, что у вас не может быть хорошего конца. Если вы войдете в тело, которое серьезно ранено и не может быть реанимировано, то вы будете жить как мертвец без признаков жизни. Это не соответствует требованиям миссии.] Шань Ке потерял дар речи. [Помните, что призраков можно уничтожить с помощью талисманов, заклинаний и оружия, которые отгоняют злых духов. Пользователь, пожалуйста, будьте осторожны.] … Затем система начала передавать ему информацию об этом мире. Планета Аврора — технологически развитый, спокойный мир. Люди не страдали от нищеты, процветала индустрия развлечений, и большое внимание уделялось искусству. По словам жителей Авроры, они не верили в существование богов, призраков и демонов. Каждое событие могло быть научно объяснено. Живые и мертвые жили в разных мирах. Обычным людям трудно соприкоснуться с миром, принадлежащим призракам. Лишь немногие обладали способностью общаться с ними, но в эту технологическую эпоху они выделялись среди остальных. Шань Ке переселился в призрака без определенной личности, причины или времени смерти. Он обладал способностью проявляться ночью и перемещать предметы с помощью телекинеза. Призрак не боялся солнца, но не мог слишком долго подвергаться его воздействию. Кроме этого, у Шань Ке не было другой информации. Единственное, что он мог сделать, это поискать подходящий труп, в котором можно было бы возродиться. Поскольку Шань Ке не мог войти в тело кого-то пожилого, или тяжело раненного, он мог выбрать только цель, которая внезапно умерла, или кого-то, кто умер от чего-то вроде механической асфиксии. Ему нужно войти в тело вскоре после смерти человека. Несмотря на то, что люди умирали ежедневно, трудно найти труп, который соответствовал бы всем требованиям. Шань Ке выплыл из здания, в котором находился. Его окружал процветающий мегаполис. Мимо проносились летающие машины, оставляя за собой белый след. Между пересекающимися улицами стояло много небоскребов, а на маленьких экранах постоянно отображались изображения фильмов, фрагментов телешоу и рекламы. Шань Ке парил над городом, осматривая окрестности. Похоже, не было никаких следов других призраков, что, вероятно, связано с тем, что они не любили выходить днем. Пока он был погружен в свои мысли, на экране неподалеку раздались приятные звуки игры. Шань Ке увидел официально одетого мужчину, сидящего перед черным пианино. Мужчина сосредоточился на исполнении музыкального номера. У него была элегантная осанка и отчужденный темперамент. Он настолько сильно погружен в музыку, что казался единственным человеком в мире. Шань Ке хватило одного взгляда, чтобы узнать его. В этом мире его возлюбленного звали Шао Фейду. Шань Ке полетел в интернет-кафе, чтобы поискать любую информацию о мужчине. Он родился в сентябре 5721 года, и сейчас ему 28 лет. Талантливый музыкант: ему было семь лет, когда он выиграл международный юношеский конкурс пианистов; в четырнадцать лет уже выступал с концертами по всему миру; в шестнадцать — получил международную медаль искусств и стал членом международной музыкальной ассоциации. В двадцать пять лет он был мастером игры, известным во всем мире. Однако все изменилось, когда Шао Фейду исполнилось двадцать шесть лет. Он отказался проводить какие-либо концерты, и никто понятия не имел, почему пианист исчез. Шань Ке последовал полученной им наводке и первым нашел менеджера Шао Фейду — Му Чжэня. Именно через него молодой человек нашел своего возлюбленного, проживающего на вилле в отдаленном районе.***
Шао Фейду сидел один в окружении нотных листов. Он иногда погружался в свои мысли, или что-то писал. Мужчина казался очень сосредоточен на своем деле. Шань Ке подплыл и присел на корточки рядом с ним, наблюдая, как его возлюбленный сочиняет музыку. Шао Фейду замер, все его тело напряглось, но он не отрывался от листов. когда он посмотрел на бумагу в своей руке. Шань Ке не заметил этого странного поведения. Однако он смутился, когда увидел, что Шао Фейду перестал двигаться, поэтому спросил: — В чем дело? Шао Фейду резко встал и быстро вышел из комнаты. Шань Ке поспешно последовал за ним. Помощник Гиббс находился за дверью, когда заметил выходящего Шао Фейду: — Молодой мастер Ду, у вас есть какие-нибудь приказы для меня? Шао Фейду не ответил и сел на диван в гостиной. Шань Ке устроился рядом с ним, смотря телевизор. Гиббс налил Шао Фейду чашку горячего чая, прежде чем посмотреть на экран. Он заметил, что транслировалось пародийное варьете. Мужчина задался вопросом, когда молодой мастер заинтересовался таким шоу. Однако он решил не расспрашивать об этом, поскольку Шао Фейду страдал легкой формой аутизма. Молодой мастер мало общался с другими. Для него не было ничего важнее музыки. Шань Ке, спустя десять минут просмотра, спросил: — Тебе не надоело просто сидеть? Почему бы не выпить чаю и не перекусить? Шао Фейду продолжал смотреть и был непоколебим, как гора. Шань Ке почувствовал сильную скуку, поэтому протянул руку, чтобы ткнуть Шао Фейду в запястье. Однако его палец прошел насквозь. Молодой человек не мог сказать, показалось ли ему, но он заметил, что вены на руке Шао Фейду пульсируют. Возможно, он меня видит? — Шань Ке помахал рукой перед лицом Шао Фейду. Мужчина оставался неподвижным и не мигал. Поэтому Шань Ке появился перед ним и скорчил гримасу. Устрашающее лицо призрака было ужасающим. Из всех его отверстий потекла кровь, а лицо позеленело. Выражение лица Шао Фейду напряглось, как и все его тело. На лбу выступила капля холодного пота. — Тебе не кажется, что я красивый? — Шань Ке четко выговаривал каждое слово. На лбу мужчины выступил обильный пот. — Если ты не начнешь говорить, я сниму свою голову и положу ее на тебя, — угрожающе пригрозил Шань Ке. Шао Фейду оставался неподвижным. Шан Ке положил руки на свою макушку и сказал: — Я начинаю? Брови Шао Фейду несколько раз дернулись, а в глазах появилось ошеломленное выражение. Все это время он избегал смотреть на призрака. Это заставляло Шань Ке чувствовать себя крайне несчастным. — Ты видишь меня, тогда зачем притворяешься? — Шань Ке оторвал голову и грубо швырнул ее в сторону мужчины. Шао Фейду вскочил со своего места и напряженно направился к своему помощнику. Гиббс загружал документы в компьютер. Он быстро встал, когда заметил молодого мастера, идущего к нему со свирепым выражением лица. Шао Фейду подошел к нему и стоял там, не двигаясь. — Молодой… Молодой мастер Ду, в чем дело? — спросил Гиббс, дрожа от страха. Шао Фейду достигал высоты двух метров и напоминал величественную большую гору. Только его тень загораживала свет от Гиббса. Мужчина стоял неподвижно, как будто не слышал вопроса Гибба. Шань Ке поднял голову и поднес ее к лицу Гибба, прежде чем сказать: — Скажи молодому мастеру, что если он продолжит притворяться, что не видит меня, то я съем тебя. Гиббс не осознавал, что прямо перед ним была голова с двумя налитыми кровью глазами. Губы Шао Фейду несколько раз дрогнули, но он по-прежнему не открывал рта. Гиббс чувствовал себя крайне неловко, поскольку не знал, должен ли он встать или сесть. Это было даже хуже, чем то, что Шао Фейду вел себя как передвижной морозильник. Он настолько холоден в поведении, что Гиббс почувствовал онемение в руках и ногах. Это не в первый раз, поскольку температура часто сразу падала в тот момент, когда появлялся молодой мастер. Гиббс принял решение уволиться в следующем месяце. Если это продолжится, то он сойдет с ума. Причина, по которой мужчина решил взяться за эту работу, заключалась не только в высокой зарплате, но и в известности Шао Фейду. Однако помощник начал расслабляться с тех пор, как Шао Фейду повредил пальцы и больше не мог выступать. Динь-дон-динь-дон. — Именно в этот момент сработал будильник на телефоне Гиббса. Он посмотрел на время и поспешно сказал: — Молодой мастер Ду, я отойду, тетя скоро принесет ужин. Сказав это, Гиббс быстро собрал свои вещи и выбежал с виллы со скоростью ветра. Обычно помощника отругали бы за такое грубое поведение, однако Шао Фейду страдал аутизмом и редко кричал на других, даже если с ним обращались неподобающим образом. Шань Ке почувствовал, что происходит что-то странное. Он вернул свою привычную внешность. Молодой человек выглядел необычайно красивым, когда снова заговорил: — Я больше не буду тебя пугать. Давай станем друзьями?