Тот парень

Того парня Сережа впервые видит глубокой осенью, плавно перетекающей в зиму, еще в том возрасте, когда зима приносит сплошную радость. Того парня зовут Олег Волков. Олег — безумно приставучая зараза, не реагирующая ни на обзывательства, ни на выразительные взгляды. Впрочем, дружатся они быстро. Еще быстрее он привыкает к тому, что его больше не задирают. У Олега голова не поспевает за кулаками. Сережа, обычно считающий таких ребят дураками, делает исключение. «Тили-тили-тесто, жених и невеста», — дразнятся одноклассницы. Это тоже быстро проходит — они все растут. Короткая вспышка влюбленности настигает Сережу к четырнадцати годам, и он буквально вынуждает Олега сыграть в эту игру вместе. На три летних месяца тот вытесняет остальные желания, чтобы затем они вернулись по осени еще более неосуществимыми, чем прежде. Под сентябрьскую морось Олег неумелыми толчками выбивает из него романтическую хрень, возвращая в реальность. Глядя в глаза, Сережа в первый и единственный раз Олегу врет. Ложь маленькая и совсем невинная. «Понравилось», — говорит он и зачем-то запоминает эту ложь на всю оставшуюся жизнь. Много позже, когда научится получать удовольствие и деньги, он будет считать эту ложь самой удачной своей инвестицией. Потому что Олег остается в их игре на долгие годы. Олег смотрит на Сережу с неизменным обожанием, когда он выигрывает олимпиаду за олимпиадой, когда впервые появляется в заголовках газет и на их совместном выпускном. Когда он совершает свое первое убийство, в глазах Олега все та же беспрекословная любовь, в руках — разделочный нож. Картинка отпечатывается на внутренней стороне век самой лучшей валентинкой, и Сережа понимает — рубеж пройден. Олег сделает для него все. И Олег делает все. Переезжает за ним в Москву и берет на себя домашние обязанности. По указке поступает на экономический. Впутывается в местные разборки, прикрывая мгновенно зарвавшегося Сережу. Неумение стрелять компенсирует непоколебимой уверенностью в возможности выстрелить. Их имена постепенно узнают не в тех кругах, куда устремлен светлый Сережин взор, но пока что хватает и этого. Сережа горит идеей создания всероссийской локальной сети. У Сережи много мозгов и мало денег. Сережа встречается с инвесторами. Инвесторам в суровой реальности нужно нечто большее, чем отличные идеи. Престарелые выпендрежные идиоты, которым хватило в свое время самоуверенности и удачи, желают, чтобы им смотрели в рот. Сережа терпеть этого не может. Куда легче ему оказывается понравиться жене одного такого красавца. Олег это неизменно проглатывает, только ебется теперь нежнее и долго держит в объятиях после. Все идет как по маслу до тех пор, пока обманутый супруг не ловит Сережу за руку буквально. Как назло, зовут того Монголом, а не каким-нибудь Иван-Иванычем. У Сережи к предстоящей сессии добавляется еще и угроза мучительной смерти. «Приходи в баню в пятницу в шесть», — ставит условие выживания Монгол. До пятницы — неделя, у Сережи нервный ком в горле и руки дрожат. В пятницу на обусловленное место идет Олег. Возвращается целый и невредимый. К сожалению, только на первый взгляд. Олег едва заметно морщится, присаживаясь на кухонный табурет и дергается от Сережиных прикосновений. Смотрит виновато. Они оба об этом молчат. Инвестиции проектов не прекращаются. Сереже совестно, но не настолько, чтобы отказываться от своих планов. Олег продолжает ложиться под Монгола, под дружков Монгола и еще-черт-знает-что два семестра, пока Сережа не находит новый источник доходов. «Мы убьем их потом», — обещает Сережа, но сдерживает обещание много после, когда никакого «мы» уже нет. Растут доходы, и вместе с ними растут проблемы. Чем дальше в бизнес — тем серьезнее люди. Они вдвоем в который раз зализывают раны, когда Сережа понимает — Олега категорически недостаточно. Олег защитит от шпаны и прочей мелкой дряни, максимум — от кучки извращенцев с кризисом среднего возраста. На одной самоубийственной готовности на все что угодно больше не уедешь. Люди, с которыми он теперь ведет дела, с легкостью прикопают их обоих в лесу в одну из непримечательных сред. Тем не менее, взлет стремителен. Деньги, собственная империя и знакомство с большой политикой кружат Сережу в танго всей его жизни. Олег с так никуда и не девшейся влюбленностью постепенно начинает не вписываться. Сережа заявляет об этом без обиняков. Олег раздавлен. Пропав на пару дней, возвращается с новостями о том, что все понимает. И уходит в армию. Из армии много пишет, в увольнительные приезжает редко и удобно. После дембеля, перекантовавшись у Сережи пару месяцев, заявляет, что пойдет обратно по контракту. Приезжает со своих горячих точек еще реже. Писем почти не пишет, зато здорово раздается в плечах, параллельно приобретая массу полезных навыков. Сережа уже почти готов нанять Олега для себя, но происходит то, чего не происходило ранее: Олег начинает требовать. Требовать хорошего отношения, чесать за ушком после секса и прекратить болтать о Дюрере, когда пытается заснуть. Сережа думает, что кто-то у Олега там появился: кто-то, кто ссыт в уши о том, какой Олег особенный и как заслуживает лучшего. Сережа шлет Олега ко всем чертям окончательно. Ему крайне не до чужих загонов. Получив все, Сережа хочет больше. Сережа хочет справедливости. Хочет власти и признания. Он бежит за собственными желаниями не оглядываясь и проебывается. Олег, конечно же, прибегает по первому свистку. Он, как и Сережа, вырос в страшного человека и теперь готов удовлетворять его потребности куда большего масштаба. За новым безэмоциональным взглядом Сережа все равно видит все то же тупое обожание. За этот взгляд Сережа и спускает в Олега половину обоймы. Очнувшись в новой реальности — почти такой же, но без Олега, — Сережа впервые с зеленых соплей вспоминает, как же может быть страшно. Как и в детстве, у всех вокруг большие кулаки — куда больше его собственных, — и ненасытная потребность в жестокости. А Олега, объясняющего, что так с Сережей не поступают, — нет. Нет и не будет. Сережа успевает распрощаться с жизнью, когда Олег его спасает. Запертый в подвале, как оказалось впоследствии, самого прекрасного замка на Земле, он раскаивается за все. В своем раскаянии доходит даже до мысли, что лучше бы его прирезали в студенчестве, когда он самозабвенно совал повсюду любопытный нос и загребущие руки. Олег отныне запрещает долго смотреть в глаза и трахает неизменно со спины. Так, будто ему все равно, кто под ним — Сережа или неодушевленная кукла. Он почти верит, что Олег больше не. Но того выдают предательски дрожащие пальцы на бедрах. И Сережа снова начинает диктовать условия. Слепая любовь Олега, как и прежде, творит чудеса. Страшную темную магию. Уже через год оклемавшийся Сережа строит новые планы. За которые, как водится, тоже есть цена. И платит ее, конечно, Олег. Только на этот раз Сережа не готов разменивать на мелочи самый ценный ресурс в своей жизни. Он настолько боится Олега лишиться, что едва ли не обрушивает хрупкое ментальное равновесие. Немного резни ставит все на свои места. Укрывая измученного Олега собственным пальто, Сережа мельком думает о том, что, наверное, хотел бы отмазаться от Олега в ту самую осень, когда тот стал ходить за ним, как привязанный, но разве он смог бы... Разве бы смог без?