Метка суженного.

Бой начался. Султан напал первым, пытаясь нанести удары в грудь. Что весьма предсказуемо. Сулейман даже не продумал стратегию, нападая спонтанно, зная, что в конечном итоге, победу одержит он. Но не в этот раз. Ибрагим, подобно танцу, уворачивался на каждого удара, что начинало очень сильно злить оппонента. Екатерина наблюдала за событием с интересом и некой жадностью. Ее возбуждал вид Паргалы, то с какой грациозностью он уклонялся от атак султана, то, как «горят» его карие глаза, как капельки пота блестят на его коже. Вид был настолько горячим и завораживающим, что дыхание начало учащаться. Янычары, что окружили этих двоих начали переглядываться. Как же это так? Султан Сулейман, сильнейший воин во всей Османской Империи не может одержать победу над своим рабом. Даже не то, что одержать, но он не может нанести какой-либо удар своему противнику. И чем дольше продолжался этот бой, тем больше этих мыслей возникало у воинов, что значительно снижало авторитет султана. Сулейман сделал очередной замах и все стал происходить как в замедленной съемке. Ибрагим увернулся от оружия и с разворота ударил султана. От неожиданности и силы удара, турок упал на землю. На поляне воцарилась мертвая тишина. Она была настолько напряженной, что можно было ее ощутить физически. POV Ибрагим Враг повержен, зверь «урчит» от удовлетворения. Он доказал, что он силен и способен защитить свою пару. Подняв взгляд на Мансуру, я оказался в оковах этих прекрасных золотых глаз, которые, казалось, пожирали меня, обжигая мое тело и душу адским огнем, заставляя моего Олкэйоса прихорашиваться от гордости. Оторвав взгляд от совей услады и посмотрев на все еще лежащего султана, отчего Олкэйос презрительно фыркнул и я с ним был согласен. Не так уж сильно я и ударил, чтобы он столько времени приходил в себя. И он еще смеет заявлять права на мою «пшехи»?! Он ненадолго. Скоро… Конец POV. Анастасия решил оставить свою подругу за просмотром мышц своего ненаглядного в одиночестве, а сама решила прогуляться по саду. В саду было чудесно. Тихо и спокойно, даже отголоски сражений не доносились до этой части территории. Все мысли сами собой уносятся в полет фантазий, а точнее в фантазии уже своем ненаглядном. Находясь в царстве своих грез и мечт, Настя не заметила, как на полном ходу врезалась в кого-то. — Ой, извините, я задумалась и не заметила вас, — смущенно проговорила девушка, следуя этикету дворца, не поднимая глаз. — Ничего страшного, хатун, со всеми случается, — раздался веселый, мужской, до боли знакомый, голос. Резко подняв глаза, перед девушка предстал сам Матракчи Насух — эфенди. «Ой, мама, я в раю, моя мечта появилась наяву» — пронеслось в голове у той. — Насух-эфенди, — поклонилась девушка — Надо же, чем я так стал известен, что меня узнают такие красавицы? — с кокетливой улыбкой, промолвил тот. Девушка залилась краской и смущенно спрятала глаза. «Да что же это такое? Мне парни одаривали комплиментами более выразительными и пошлыми, я не реагировала, а тут?! Я тот малюсенького подката, зарделась как подросток.» — Вас многие знают, Насух — эфенди. Вы — прекрасный воин, один из лучших бойцов на матраках, и просто добрый и милый мужчина. От этих слов зарделся уже Матракчи. -Ты преувеличиваешь красавица. Прогуляемся? — Конечно. Время шло незаметно, кто бы мог подумать, что у вас много общего? Вы не могли перестать говорить, ваш смех раздавался во всех уголках сада. Но все рано или поздно заканчивается. — Извините, Насух-эфенди, но мне уже пора. Моя госпожа уже, наверное, потеряла меня. — Конечно, но, чтобы уйти ты должна сказать мне свое имя, — улыбаясь проговорил он — Анастасия… Анастасия хатун, служанка Мансуры — хатун. — Анастасия, какое красивое имя. Девушка смущенно улыбнулась. — Не окажешь ли мне честь встретиться завтра? — С удовольствием, Насух — эфенди. — Просто, Насух, Анастасия. Для тебя просто Насух. -Хорошо, Насух, я с удовольствием встречусь завтра с тобой. — Прекрасно, я буде ждать завтра здесь в полдень. Анастасия с улыбкой поклонилась и ушла в сторону дворца, оставив Матракчи наблюдать уходящей девушке вслед. ----------- На поляне стояла мертвая тишина, Ибрагим протянул руку султану, оказывая помощь, султан окинул тяжелым взглядом его, схватил протянутую руки, поднимаясь с земли. — Ибрагим, ты удивляешь меня с каждым днем все больше и больше, ты выучил новые техники боя? — Да, Повелитель, армии наших врагов модернизируется, важно быть всегда на шаг впереди. — Это правильно, Паргалы, мы позже об этом подробно поговорим, — двусмысленно сказал султан, и ушел прочь, направляясь к Мансуре. — Мансура, красавица моя, — обнимал ее султан Видя это действие Ибрагима скрутил приступ ревности, его глаза на секунду вспыхнули кроваво-красным цветом. — Сулейман, — нежно прошептала девушка, — мой храбрый воин. Ты хорошо сражался. — Но проиграл, — буркнул тот тихо. Девушка засмеялась и погладила его по щеке. — Ничего, потом возьмёшь реванш, просто ты сегодня не выспался. Слух, Ибрагима, благодаря его сущности был намного острее, чем у остальных, услышав эти слова его начало потряхивать. После этих слов раздался смех Сулеймана и тот поцеловал Дариму. — Повелитель, пойдемте в покои, а то что-то мне не хорошо, душно. — Согласен, идем во дворец. Дождавшись, когда султан и его фаворитка удалятся, Ибрагим резко развернулся и быстро убрался с поляны. Лицо мужчины застыла в каменной маске, но глаза. В глаза были все 9 кругов мучений, что проходила душа. Придя в свое тайное место, Ибрагим медленно подошел к столу, на котором лежало множество различных предметов. Оперся руки на стол и закрыл глаза. Внезапно резко сжав зубы, Ибрагим одним взмахов руки смахнул все стола. Послышался звук разбитых предметов. Повалил на пол попавшийся на пути стул, со всей силы пиная его. Схватив за край стола, мужчина со всей своей силой опрокинул его. Горло защипало холодным, влажным воздухом. Он не представлял, что будет завтра. Просто не мыслил об этом. Сейчас он сполз по стене вниз и пустыми, мокрыми глазами смотрел напротив себя — в окно и пустота. Сжимал голову в руках, желая раздавить ее, желая, чтоб эта боль наконец прошла. Чтобы это все оказалось страшным сном.