Зачем его привели сюда?

Брамс никогда не хотел зла Джуду. Джуд знал это с самого его нахождения. Он всегда общался с ним; говорил о том, как было бы здорово убить родителей малыша: на что сам малыш лишь махал головой, не соглашаясь с такими выводами; говорил все свои действия. Стал для Джуда чем-то большим, чем тот же мишка с детства мальчика, стал не похожим. Но подобные решения малец не ставил перед собой: он юн, и он хочет быть рядом с Брамсом. Когда мама проникла к ним в комнату ночью, Джуду плохо спалось. Он видел, как женщина осматривает фарфоровые ручки и ножки, он знал, что Брамс был против, но виду для женской особы не подавал. А затем мать закричала, отчего сын мигом подлетел от неожиданности и уставился на извиняющуюся мать. В комнату залетел отец, весь перепуганный, подбежал к матери и стал уводить жену за дверь для диалога. Смотрел на сына скорбно, мол, «извини, кажется опять ходит во сне», и Джуд слегка поморщился, когда дверь всё же закрыли. Он повернулся к кукле, ощущая уже не ладное, когда Брамс заговорил в его голове: «Мне не было приятно, Джуд. Её руки слишком грязные и неаккуратные.» Младший недовольно лёг на правый бок, отвернувшись от куклы и снова уснул. Брамс в ту ночь оказался рядом на постели. На следующее утро мальчик открыл глаза ровно в восемь утра. Уставился на куклу, которую обнял во сне, та лежала не подвижно, но от неё веела атмосфера счастья. Джуд быстро встал и осмотрелся в комнате, будто забыв, где он находится. Потом взял куклу, осмотрел её и выдохнул. Обычная кукла. Хорошие мягкие волосы. Выразительные карие глаза. Милый костюм. Маленькие ручки и ножки, которые побывали на расследовании мамы сегодня ночью. Джуд вспохватился, взял на руки Брамса и вышел из комнаты, направляясь в комнату родителей. Но дойти ему не удалось, голос Брамса предложил одну идею. «Джуд, а давай поиграем в ближайшем доме? Там есть много игрушек!». Потом последовали слова, что родители ещё спят и их не стоит тревожить. Детский разум согласился. И вот, младший стоял уже прямо на входе в тёмный дворец, если можно было бы это так назвать. Двери были старинные, скрипучие и пыльные, отчего решительность Джуда должна была спасть, однако интерес разгорелся в венах и устроил полный пожар внутри юноши. Он отпирает дверь, сначала та даже не поддаётся, но потом, с попытки третьей, удаётся отопырить её на себя. Он прошёл внутрь, продолжая обнимать своего друга и прикрыл дверь, так, на всякий случай. Затем, по указаниям сидящего на руках, поднялся по лестнице и приметил картину. „Семья Хилшеров“ — гласила надпись и он даже остановился, чтобы осмотреть такого же юного парня на картине. Они чем-то схожи. Кукла что-то ему стала нашёптывать, предлагая идти дальше, однако глаза нарисованного парня манили его сильнее. Поэтому Брамс решил принять отчаянные меры. — Джуд! Этот мальчик где-то рядом! Джуд будто бы включился, прикусил губу. — К-куда идти? — Зайди в эту дверь и наклонись к левому углу. Толкнёшь там плитку, она выделяется из всех и всё поймёшь. Мальчик сделал всё по указам, найдя вход в стены дворца и стал всё изучать. Вокруг было максимально пыльно, висело много паутины, но это не отбивало факт того, что мальчик с картины был где-то здесь. Огонь разгорался и отдавался румянцем на щеках. Найдя комнату «10. Поцелуй на ночь» все шорохи стихли, оставив в ушах Джуда стучаться только его обеспокоенное сердце. Брамс тоже уже не давал подсказок, заглох на совсем, будто бы дал квест для одного. И каждая комната или дверь тут были чем-то совершенно неизвестным, пугающим и завораживающим. Джуд толкнул дверь вперёд и встал как вкопанный, когда увидел, какой милый уголок был собран в комнате. Холодильник, зеркало, стол, кровать и на кровати... Эм... И на кровати два тела: одного очень большого мужчины и маникена в красном платье. Джуд замер, боясь пошевелится, но ему это не помогло: мужчина зашевелился, перевернулся и уставился на него: оба впали в ступор. Один от страха, который заставил стоять на месте и не дышать, а другой от интереса и вопросов. И, может быть, немного гнева, что кто-то потревожил его сон. Мужчина присел на кровать, наклонил голову влево и наконец обратил внимание на куклу. — Откуда... Где т-ты... — мрачный поддельный голос ребёнка отозвался во всей комнате малым эхом, заставляя юношу пролить сто капель пота. Напряжение было видно невооружённым глазом. — Говори с ним, не бойся, — сквозь пелену услышал Джуд и сдался, прижимая куклу к себе. — Я... Нашёл его в лесу, — признался он. Мужчина встал. И тут мальчик осознал кое-что важное: мужчина был около два метра роста. Мускулистое телосложение, маска на его лице, волосатая грудь... Огромные руки, которые потянулись за куклой дотронулись до мальчика, который тихо охнул и отпустил игрушку. Незнакомец стал осматривать Брамса как экземпляр и выдал следующее: — Брамс... — Да, это его имя... — Не только его. Меня тоже так зовут, — совсем немного дерзко отозвался новый знакомый и осмотрел маленького мальчика. Потерянные глаза. Взлохмаченные волосы. Хлюпкие ручки и ножки, будто он сам кукла. Брамс растерялся. Перед ним обычный ребёнок, с стопроцентной травмой, ведь просто так его кукла не выбрала бы. Что за травма? Почему кукла привела его сюда? Что делать дальше? Джуд шелохнулся назад в немом ужасе и снова застыл, сглатывая. Брамс прошёлся по комнате, положив куклу к маникену в красном и снова подошёл к мальчику, беря его за руку. Они пошли в комнату с разбитым зеркалом. Там Брамс расположился на диване, вздыхая и похлопав на место рядом. Джуд на подобное лишь глупо поморгал, но предложение принял и уселся на указанное место Брамсом. Говорить сейчас было очень страшно: Джуд будто бы сидит с одним из тех двух грабителей, не понятно, что в уме этого мужчины и почему его назвали в честь куклы. Старший голос тоже подавать не собирался. Почему же Брамс вообще оставил куклу там, рядом с маникеном? Кукла ведь ходит, хотя он может об этом не знать. Что за маникен в красном? Похожа на девушку. Подруга? Родственница? Может быть, девушка? Жена? Жива она или мертва? Если жива, то почему Брамс находится здесь, один? Почему эта девушка не находится рядом? Значит, кто-то умерший... Это единственные вопросы, что пришли на ум младшему за последние минут семь. Брамс выглядил нервно: играл с кончиком кардигана. Задумчивый. А о чём он думает? Почему кукла привела мальчика к нему? Где родители парня? Они ещё живы, аль сам малец совершил глупость, как он в детстве и впустился в бега с куклой? Может, случилось что-то куда хуже? Если так, то Брамс точно остаётся в чувстве недоумения. — Поговорим? — кратко задал вопрос Брамс, отчего Джуд вздрогнул и резко посмотрел на него. Они поймали связь глазами. — О ч-чём? — заикаясь, мальчик хотел было уже отвести взгляд, только вот зелёные глаза собеседника заморозили его, как случилось и с картиной. Так его вывела из транса кукла, что же поможет здесь? Чудо. — Что у тебя произошло в прошлом, что ты оказался тут? — голос был сухим, грубым, отдавал отдельный бас, заставлял ёжится и хотеть слушать его снова и снова. Один минус: он был тих, и наверняка говорил редко. — Я... — мальчик осёкся, пытаясь сформулировать свою речь перед этим властным мужчиной, — у нас в доме были грабители... Мама хотела их обездвижить, хотя бы одного из этих двоих, но они были сильнее и... ээ... Они выключили маму, а потом меня, — как только «пламянная» речь была закончена, он закрыл глаза, которые стали слезится и отвернулся. — Вот как, — мужчина почесал свою бороду, подбираясь под маску, а затем, через пару секунд задал новый вопрос: Так твою мать убили? Возмущённое «нет» вылетело само, когда всхлипы только начали заполнять комнату звуками. Он совсем ребёнок. Брамс понимает это, когда-то он тоже был таким, отчаянным, несчастным. Он подбирается чуть ближе к мальцу, запрашивает разрешение обнять его через вытянутые вокруг тела Джуда руки, но не получает ответа. Также вносим в список характеристик Джуда: боязливый. Брамс обнимает без соглашения. Джуд срывается на хрип, тихо стонет в плечо мужчине и роняет слёзы, это было так больно в холодном сердце Брамса, что он отмечает у себя в голове, что подобное он уже где-то чувствовал. С Греттой. Захотелось самому взвыть, но старший и был на то старший, чтобы поддержать сейчас младшего и потом уже думать о себе. Брамс поглаживает спину успокоительно, через подобный жест передавая всю спокойность в его окружении. Джуд стал затихать через несколько минут: усталость накрыла его, Брамс наконец отпустил от нежных объятий, хотя хотелось вернуться в них снова. Не то, чтобы ему не хватало внимание отца в детстве, как раз хватало, но с Брамсом... Были другие ощущения и эмоции. Всё было хорошо. Маска уставилась на заплаканное лицо и легонько выдохнула: ты успокоился? Мальчик лишь легонько кивнул и от холода, который пролез под одежду, съёжился. Брамс заметил это. — Держи, — он снял свой кардиган, оставшись в майке и стал наблюдать, как Джуд пытается надеть элемент куда больше, чем он сам, поэтому кардиган походил на платье. Это Хилшеру даже нравилось. Это очаровывало его, заставляло улыбаться под маской. — Спасибо. Затем мальчик прижал ноги к себе. — В-вы можете снова меня обнять? Брамс глупо поднял брови, которых и видно не было. Но его удивление сменилось на довольную эмоцию, домашнюю, можно было бы даже сказать родительскую. В то утро они уснули рядом, в обнимку. На пропажу мальчика сразу подошли к дому родители. Брамс слышал их из всех стен, они верещали как не нормальные. Поэтому он подхватил с собой мальчика, скрываясь из комнаты в зеркало, через которое прошёл в свою тайную комнату. Куклу и маникен пришлось немного подвинуть, чтобы уложить усталое тело. В этой обстановке крики были слышны еле-еле, он укрыл малыша и строго пошёл на свою новую охоту. Охоту на искавших родителей. Оказались они уже дома, в главном коридоре, но Брамс был умнее их, быстрее, он знал все повороты и был неуловим. Приметив их вместе, он не стал появляться резко, стал наблюдать за их действиями. Женщина подошла к мужчине, вся в слезах, но никаких чувств у Хилшера не вызывала. Лишь враг, ступившая сюда по ошибке. Мужчина же успокаивал свою любимую, предлагая просто продолжать искать и не отчаиваться. Как только они стали подниматься по лестнице, Брамс решил влится в игру: он вышел из тайного места, нашёл нож на кухне, мельком осмотрел его и двинулся в путь топотов. Родители решили разделится в замке. Сначала он нашёл мужчину на втором этаже. Ударил со спины, параллельно другой рукой закрыв рукой его рот, попал в сердце, затем, совершенно легко вынул нож и засунул в голову, следующим действием он прихватывал мертвеца за талию, чтобы он не упал громко и не привлёк лишнего внимания. Кровь стала лится как из ведра, Брамс вынул нож уже из головы, что поддавался уже менее легко из-за черепа. Следующая цель: женщина. Её пришлось найти не так рядом, она была рядом разбитого зеркала, осматривала осколки и подбиралась к подходу, как заметила, что что-то промелькнуло в оставшихся стёклах в рамке. — Любимый? Это ты? — она хотела было развернуться, как Брамс подставил ей нож к горлу. Женщина замерла в диком ужасе, но закричать не сумела. — Остановись, Брамс! Она тоже травмирована! — вдруг закричал голос в голове нападавшего, который сбил с толку. Но так же сбило с толку то, что на пол стали капать капли крови. Женщина тоже была поранена. Решив не отступать, убийца провёл порез куда глубже, заставляя женщину глубоко вздохнуть последний раз, подавится и задохнуться кровью. Когда сердце более менее стало бится менее отчётливо, он взял на руки труп и понёс на улицу. Выкинул за дверь заднего сада и пошёл за мужчиной, которого поднять стало тяжелее. Он оставил много крови, на что Брамс выругался и быстро стал спускаться, как ощутил, что его пытались поцарапать гвоздём по спине. Он молниеносно отшвырнул от себя подонка и стал избивать его руками, заставляя ранам потярять больше крови и, когда мужчина потерял воздух и перестал кривится, то тоже вынес за дверь. Последовало время копаний в земле. Джуд услышал то, как кто-то плюхнулся об стенку, а затем и звуков отдалённых ударов, в страхе уставился на куклу. — Джуд должен быть с Брамсом навсегда. И что это значит? На выбор стал куда сложнее вопрос: выйти или остаться здесь? А вдруг дерутся с Брамсом и он проигрывает? Его убьют? А Джуда? Страшно. В это время Брамс отворил дверь и прошёл к парню, немного перепачканный в крови и земли, и опустился перед ним на колени. Схватил за скулы и смотрел ровно в глаза. Маняще убийственно. И влюблённо. — Что это б-было, Брамс? — поинтересовался мальчик, заставляя себя вновь сильно нервничать, — на тебя напали?? — Да, но я справился. — Тебя п-поранили? — Только поцарапался в спине. Это не важно, — с явной улыбкой проговорил тот и встал с места, — как я могу тебя называть? — Джуд... — Боюсь, Джуд, ты и твоя кукла-Брамс останетесь здесь. — Ч-что? — Это теперь ваш дом, — он кивнул, — и мой... Выходит: уже наш. Джуд растеренно поморгал. Брамс же усмехнулся (прах побери, это было так очаровательно!), погладил Джуда по голове, награждая его этим жестом своим спокойствием. — Я и сам хотел остаться... — признался мальчик, приподнял края кардигана, чтобы закрыть пылающие щёчки от стыда. — Ха? Вот как... Брамс уселся рядом с Джудом, продолжая гладить последнего по голове. Затем он повернулся к куклам. — Ты хочешь остаться в этой комнате? — с интересом поинтересовался старший. Младший немного подзадумался, взвешивая все «за» и «против». — Конечно. — Тогда стоит перенести наших дорогих ребят в другие комнаты в доме. — А кто эта девушка?... Брамс вздрогнул, не ожидая подобного вопроса. Он поднял куклу в красном и уставился на неё, будто впервые видит. — Её зовут Гретта. — Красивое имя... — протянул мальчик, наблюдая за тем, как Брамс тянется за куклой-Брамсом и, прихватил его на руки, встаёт с ними. Джуд встаёт следом, устращающе сидеть тут одному. Они оба идут по узким коридорам в тишине, выходят в одной из комнат на верхних этажах, Брамс укладывается обоих кукл в постель и накрывает. Смотрит в окно, - начинает темнеть и разворачивается за своим «маленьким преследователем». — Пора спать, Джуд. — предупреждаще чётко говорит мужчина, и упоминаемый в речи подходит к нему, берёт за руку. — Пошли вместе... Я боюсь спать один... Вот это поворот! Ничего себе, предъява. Видете ли, у Брамса немного маленькая стрессоустойчивость, и если он будет спать рядом с Джудом, он или выкинет малого с кровати (как было с маникеном Гретты много раз), или прижмёт к стене, в порыве страсти и тихого гнева, может и трахнуть... Даже несмотря на разницу в возрасте. Как они оказались в одной кровати? Брамс не знает: он не заметил. Джуд уже мило похрапывал рядом, поэтому Хилшер не упустил момент, стал наблюдать за ним... Первый сон утром у них прошёл хорошо, а вот второй закончится томными вздохами, редкими криками и шёпотом «Брамс...».