Растворимся во снах

      Это было начало октября.       Кисть плавно двигалась, оставляя за собой след краски, добавляя переливов цвета в набросок женского тела. Парень сидел около мольберта, переводил взгляд с холста на девушку, которая устроилась на диване около окна под лёгким пледом.       Она улыбалась, перелистывала страницы книги, её волосы в лучах заката яркого рыжего цвета, пряди с плеч падали на спину и грудь, не скрытые тонким пледом.       Ещё несколько движений кистью, несколько живых линий, но глаза на рисунке остаются всё так же холодными как у куклы, потерянными и будто затуманенными.       Яда отложила книгу в сторону и опустила голову на руки, когда Клим поднялся со своего места, отложил кисти на столик в стакан, подошёл ближе к девушке, сел рядом с ней, непринуждённо касался её шеи.       Ядвига чуть прикрывала глаза, от рук парня пахло краской, приятный мягкий запах терялся в запахе цветов, вплетённых в волосы девушки. Её бледная кожа казалась фарфором на серых простынях, он целует бледные губы, она ощущает вкус сигарет.       Парень аккуратно заправлял её рыжие волосы за ухо, улыбался, проводил тыльной стороной ладони по её щеке, оставляя следы яркой краски. Он держал свою магию внутри, не позволял дурманящей смерти испортить лёгкую цветущую жизнь.       Нежные касания, поцелую, упавший на пол плед рядом с рубашкой Клима. Яда проводила по каждому шраму парня, аккуратно скользила пальцами по бледным полосам, старательно обходила тёмные, словно потускневшие татуировки, метки, тонкие линии, которые изгибаясь, создавали узоры.       Они были в их небольшой квартире на верхнем этаже старого дома, построенного в первые годы после окончания войны. В квартире где никто не найдёт их, не осудит связь хранителя и полукровки. Для них никого не существовала за пределами этих четырёх стен.