Глоток свободы

– Ты знаешь, я готов с тобой даже на край света и дальше добраться. – Тогда я возьму билет. Собрание должно было закончиться еще час назад, но никто не покидал своих мест. Разумеется, Аиноске тоже сидел, только слушал уже не так внимательно. Все важные вопросы они обсудили в самом начале, так какой смысл переливать из пустого в порожнее? Приходилось мириться, ведь «старики» обожают все по десять раз обсуждать. Переносить ежедневную рабочую рутину было бы легче, если бы вечером его ждало долгожданное свидание со Сноу на S. К огромному сожалению, трассу пришлось временно закрыть на ремонт, а как стало известно из достоверного источника, Ланга лежал дома с простудой. Аиноске обескураживал тот факт, что рыжая бестолочь могла беспрепятственно навещать его Снежка и даже ухаживать за ним. Конечно, в доме Хасегавы у Аиноске камер не было, и он доподлинно не знал, что там происходило. Но камеры зафиксировали, что приятель заглядывал к Ланге после уроков. Покрутив между пальцев ручку и пару раз моргнув, прогоняя сонливость, мужчина тихо вздохнул. Монотонный голос спикера непрерывно жужжал в ушах. От скейтбординга и Ланги его мысли уплыли в другое русло: тетушки вновь подняли вопрос о женитьбе. Говоря откровенно, Аиноске не считал, что готов связать себя узами брака. Его карьера только пошла в гору, его популярность росла, и момент это не самый лучший. К тому же, придется терпеть еще одну женщину в своем доме – обеспечивать ее, уделять внимание, спать с ней. Если бы можно было ограничиться только первым пунктом. Невеселые раздумья не оставляли его и тогда, когда собрание окончилось, а самолет уже нес его домой на Окинаву. Перед глазами стояли улыбающиеся лица тетушек, сопровождаемые их бесконечными наставлениями. «Ты уже не ребенок, Аиноске! Надо думать о своей семье». Да он всю жизнь только этим и занимается. Тадаши как обычно встретил его в аэропорту – собранный, молчаливый и застегнутый на все пуговицы. Ни следа от такого решительного взгляда, в котором чувствовался настоящий вызов. Они так и не сразились друг против друга на трассе. В последний момент Тадаши отступил, и это было правильное решение. Раньше Аиноске вечно был усталым и раздражительным. Теперь просто усталым. Дома его встретили все те же лица, что невозможно было прогнать из головы. Вот только тетушки вовсе не улыбались. – Ты сильно задержался, Аиноске, а ведь мы просили тебя приехать пораньше сегодня. Родители твоей невесты хотят познакомиться с тобой. Все три, как одна, смотрели на него с осуждением. Аиноске действительно совсем позабыл об этом в ворохе дел. И почему Тадаши не напомнил? Он скосил раздраженный взгляд на секретаря. Тадаши спокойно смотрел в ответ – значит, напоминал. Просто Аиноске постарался выкинуть это из головы. – Мои глубочайшие извинения, – с искренним сожалением произнес Аиноске и поклонился. – Собрание задержалось на несколько часов, я не мог уйти. Нужно было предупредить. Узнав, что его задержали рабочие дела, тетушки немного оттаяли. – Ничего страшного, мы уже перенесли встречу на эту субботу. К счастью, эта их семья отнеслась с пониманием – они внимательно следят за твоей карьерой. Их протекция нам очень пригодится. Аиноске согнулся еще раз. – Что бы я делал без моих прекрасных тетушек? Вы в очередной раз спасаете меня. Подробные расспросы о собрании Аиноске ловко замял и вежливо отказался от позднего ужина, сославшись на заботу о здоровье. В голове противно шумело. Сейчас эта женитьба была ему не нужна, а дорогу в Парламент он проложит и без помощи этой семьи. Его тетушки не так много смыслили в политике, ведь отец Аиноске старался держать их подальше от своих дел. Только после его смерти они стали совать нос во все, включая семейные счета и продвижение Аиноске по службе. Он терпел их из уважения к семье и отцу. Он не был благодарен им за «любовь», которой они наградили его. Когда беседа с тетушками закончилась, Аиноске обернулся к Тадаши, чтобы задать вопрос, но обнаружил, что тот давно покинул комнату. По идее, рабочий день секретаря давно закончился, и Аиноске не стоило рассчитывать на его присутствие. Неважно, как сильно он нуждался в его обществе. Раздосадованный ранним уходом Тадаши, Аиноске вернулся в своей кабинет и, закрыв дверь, уперся в нее лбом. Металлические вставки приятно холодили его лоб. Он закрыл глаза и попытался вернуться на гоночную трассу, ощутить под ногами поверхность деки, которая слушается малейшего движения. Почувствовать, как ветер бьет в лицо, наполняя до краев свободой и счастьем. Можно пойти потренироваться в бассейне, но это совсем не то же самое. Надо будет сказать Тадаши, чтобы поторопил ремонтников. Трасса S нужна скейтерам, нужна юному Ланге, нужна ему самому. Если он женится, скрывать свою вторую жизнь станет еще сложнее. В его кармане завибрировал телефон, и Аиноске немедленно достал его. Сообщение от неизвестного номера насторожило, но все же он открыл. «Приходите к боковым воротам, когда все уснут». И больше ничего. Ни подписи, ни инициалов. Но этот стиль письма он узнал бы из тысячи, ведь его владелец даже наедине предпочтет сохранять вежливость. Как будто их связывают исключительно формальные отношения. Аиноске усмехнулся и, не потрудившись даже сменить одежду, направился в противоположное крыло. Быть может, его тетушки еще не спят, но какая ему разница. Этот пес не смеет заставлять его ждать так долго. Его ожидал большой сюрприз. Он предполагал, что Тадаши возьмет машину, но вместо нее возле тротуара был припаркован мотоцикл. Лицо водителя скрывал шлем с тонированным стеклом. Сердце в груди Аиноске затрепетало, но он постарался скрыть это, делая вид, что ничуть не удивлен. – Ты затеял все это для того, чтобы трахнуть меня на кожаном сиденье? – Только если вы захотите этого. Эта дерзкая выходка невероятно возбуждала, но в то же время Аиноске стало так неловко. Словно он девчонка, которая под покровом ночи тайком сбежала на свидание с самым крутым парнем в школе. А в своем черном мотоциклетном костюме и перчатках Тадаши выглядел очень… очень. Рев мотора ласкал уши, а огни ночного города мелькали тысячами светлячков, проносились мимо, сливаясь в светящиеся полосы и зигзаги. Аиноске крепко обнимал Тадаши за талию, прижимался к его спине, и все это казалось уже слишком, но ему было мало. Ему хотелось, чтобы этот байк увез его куда подальше – желательно, навсегда. – Пожалуйста, наденьте шлем, господин Аиноске. – Заставь меня. Он снял шлем почти сразу, наплевав на безопасность и ветер в лицо. Ему хотелось сполна насладиться моментом. Даже если потом будут болеть плечи, шея и все остальное. Аиноске только крепче прижался к Тадаши, словно цепляясь за него, и засмеялся. Ощущения свободы и счастья вновь наполняли его до краев. Когда Тадаши остановился под мостом, чтобы узнать о его самочувствии, Аиноске потянул вниз молнию его комбинезона. – Здесь небезопасно, – предупредил Тадаши, но голос его слегка дрогнул. – Конечно, – сладко улыбнулся Аиноске. – Ведь со мной Змей. Сильные руки тут же сжали его ягодицы, и Аиноске выгнулся, проводя сухой ладонью по оголенной груди. Он хотел так, прямо на улице, торопливо и воровато укрывшись за сваями моста. – Сними свой шлем. В конце концов, он сможет уладить вопрос с женитьбой. Может быть, даже не устраивая очередной скандал и не привлекая СМИ, но это не точно. Главное, чтобы поскорее отремонтировали трассу S. Тогда у него точно будет все, что нужно. Ведь самое важное уже есть.