Дико, например

      — Ты что, снова ходила с ними курить? — Ха! Да. И что с того? Ты снова ударишь меня? — с надменностью ответила девушка. — И вообще не курить, а парить, дурачок! — со смехом продолжила девушка. — Тц! — раздраженно цокнул парень, смотря на девушку своим диким и ревнивым взглядом. Хотел ли он еë? Да. Желал ли еë прекрасное тело? Да.       Он желал того, чтобы её тело, душа, все её органы принадлежали ему и только ему. А хотела ли этого она? Нет. Хотела ли она его? Да. Конечно, она хотела его, парня по имени Паул, что был самым известным в своём кругу в качестве хорошего приятеля. Но что, если этот приятель скрывал ото всех свою настоящую сущность?       Паул был садистом и абьюзером в душе — он всегда им был и будет. Такой уж он по своей человеческой природе — эгоист, ревнивец, абьюзер и садист.              Паул был довольно красив: его блондинистые, шелковые —словно мягкое пшеничное поле в конце августа, волосы. Его холодные серо-голубые, словно самая ни на есть что, сталь. Паул был худощаво стройным, высокий, но, не смотря на это, он был достаточно силен. Его руки…       Девушка, а точнее его соседка — Элли, всегда засматривалась на него, а на руки его особенно. Ведь они были такие эстетичные.Элли, самая настоящая mommy, она ещё и bitch girl, но с нотками soft.Паул любил еë за эти качества еë характера. Он любил таких, как Элли, ведь такие очень хорошо подчиняются — они хорошие сабы.       Элли, нет, зовите еë — Госпожа Эллионора! Она была красива до жути. Знаете, еë шоколадный, с оттенками рыжего, как у лисий мех, цвет волос, сочетался с еë черными, как чëрная дыра в космосе, глазами. В еë глаза, можно было заметить самые мельчайшие звезды космоса — настолько они были прекрасны. Даже сам Паул не мог ими налюбоваться.Элли, не была высокомерной и до ужаса пренебрежительная, нет, она была лучиком света, что сиял во тьме Паул. Они хорошая пара друзей. Друзей? Разве могут обычные друзья быть настолько…

***

      Утро. На улице города как всегда шумно и людно. Конечно, утро, все сделать на работу. Только серая, мрачная и дождливая погода не спешит радовать людей ясными и солнечными днями.       Элли шагает по мокрой дороге, ещё пахнущей свежо пролитым дождём, с нотками травы, которую состригли два дня назад.       В еë наушниках звучит эстетичная песня, что подходит ей под еë имидж — «Hippie Sabotage — Devil eyes». Элли делает долгую затяжку, втягивает в свои легкие небольшое количество дынного пара, смотрим в небо, затем слегка прикрыв глаза, выпускает дым в небо. Элли идëт прямо в школу, она уже в одиннадцатом классе — выпускница. Учиться неплохо, в школе имеет авторитет «Sugar Mommy», ей это нравится, нравиться, когда все проходящие мимо не люди, здороваются с ней, чуть клоня голову перед ней, а затем оглядываются на неë, смотря с легким испугом и большим уважением. Еë любили еë друзья и родственники. «Хороша девочка», говорят они. Да, и ведь практический не поспоришь. Практический.       До школы остаётся совсем немного, песни сменяются одна за другой, но с каждой тягой Элли впадает всë больше и больше в никотиновое головокружение. Она и парит-то ради этого — чувствовать себя живым человеком, а не роботом.       Элли уже видит школу, она убирает вейп, складывает наушники и натягивает улыбку счастливого человека. Она проходит в школу, идет по лестнице, заходит в свой кабинет, но останавливается всего на секунду перед входом в кабинет, и видит своего соседа. Но собравшись с мыслями, она проходит на своё место, рядом с Паулом, готовит принадлежности и садиться. Они сидят в тишине. Зачем им что-то говорит друг другу сейчас? Незачем, у них будет разговор позже и совсем в других обстоятельствах. Так и проходят уроки: один за другим, и за это время они ни разу — ни разу — не проронили ни слова друг дружке.       — Эл, так ты идешь? — спросила девушка, одновременно смеясь. — Ах, да, иду! Дай минутку! — Элли собирала вещи в свою сумочку. Это был последний урок, теперь домой. Но, перед этим нужно попарить, желательно там, где из не заметят — за школой. Девушка схватила сумку и резко сорвалась за девчонками. Паул смотря на эту картину, понял сразу, что она пошла, делать и куда. Он знает. Он знает о ней всë. Теперь разговор будет ещë безжалостнее…

***

      — Эл! — зовет еë голос из-за угла. — Ну, наконец-то! Мы уж думали, что ты там померла! — Элли смеясь с «шуток» одноклассниц, огляделась вокруг, но ничего не приметив, достала вейп и сделала затяжку. Дым, такой сладкий, леденящий, влился как текила в холодные зимние ночи в еë горло. Выдохнув остатки дыма, она снова и снова делала затяжки. Она парила среди еë сверстниц, но находилась лишь с собой наедине, пока одноклассницы разговаривали о своих делах, в которых Элли не участвует. Ей не нравиться общество, в котором она сейчас находится, уж лучше бы она была наедине. Наедине с собой. А может вовсе и не с собой?

***

      — Ты что, снова ходила с ними курить? — Ха! Да. И что с того? Ты снова ударишь меня? — с надменностью ответила девушка. — И вообще не курить, а парить, дурачок! — со смехом продолжила девушка. — Тц! — раздраженно цокнул парень, смотря на девушку своим диким и ревнивым взглядом. — Что? Что тебе не нравится? — Ты куришь. Ты любишь своë прекрасное тело. — Паул схватил запястья девушки и запрокинул их над еë головой. Она не могла ими двигать. Он еë обездвижил. Девушку слегка охватила паника. — Ааа! От-отпусти… Отпусти меня, придурок! — кричала Элли, слегка покраснев, от того, что лицо Паула находилось уж слишком близко. — А что, если я не хочу? — злобно ответил ей парень, после чего шлепнул еë по щеке. — Ах!.. Что ты… За что?.. — спросила жалобно Элли. — За то, что не слушаешься. — Ответил на вопрос девушки парень, смирив еë тяжёлым взглядом. Но девушка лишь склонила голову, так чтобы еë лица не было видно, после чего ударила Паула в пах. Он скрючился от боли. — Ха! Ты ударил меня незачто, вот и я тебя. Мы в расчёте! — Паул промолчал, но пыхтя и жмуря глаза от боли. Удар у неë хороший — не стоит недооценивать еë силушку богатырскую!       Элли развернулась и пошла в сторону своего дома. Включив в своих наушниках «She wolf — Shakira», она в очередной раз делала затяжки до головокружения.       Проходя через кварталы и дворы, Элли должна была быть очень скоро дома. Но в эту ночь она не вернулась домой. Паул следовал за ней, а когда она расслабилась слишком сильно, он подошёл к ней и отвел за дом, в темный переулок. Там не ходят люди, и даже животные.       — Аааа! — девушка вырывалась, орала, как только могла, но ничего не выходило. Паул заткнул еë рот своей рукой и ударил еë по лицу. Она замолчала, и на щеках появились дорожки от солёных и таких ангельских слëз. Паул не мог смотреть на неë: он знает, что, если продолжит смотреть на неë то, точно отпустит. Но он хотел наказать неповинную любовь. Поэтому Паул вырубил девушку, и она уснула бессознательным сном.

***

      — Ах… Где я?.. — у Элли двоиться в глазах и плывёт. — Ты у меня дома. — Ответил ей мужской голос. «Ах, я у него дома…» — … — Стоп, что?! Ты кто?! — испуганно проснулась девушка, резко вскочив с кровати. Но, к счастью, или нет, она увидела Павла, сидящего в кресле рядом с кроватью, и читающего какую-то книгу. Она всë ещë обижена на него за то, что он причинил ей боль «невовремя». — Сколько я- — Всего час. — Ответил ей парень, перебив еë. Паул встал с кресла и направился к девушке. Эл вздрогнула, когда холодные руки Паула тронули еë слегка побитое лицо. — Прости, я действительно не хотел… — но девушка не ответила. Паул продолжил обводить еë лицо своими холодными, словно антарктическая пустыня, руками. — Госпожа Элли, посмотрите на меня… — спокойно приказал ей Паул, на, что девушка отреагировала сразу. — Я… — девушка заплакала, но Паул резко вовлёк еë в дикий и грубый поцелуй. Элли на миг отвлеклась от своих мыслей, но в этом и была её ошибка. Ошибка повторяющая вновь и вновь. Язык Паула вошёл слишком далеко в глотку Элли, но она сдержала свой рвотный рефлекс. Паул обводил стенки полости рта Элли, иногда покусывая и оттягивая её верхнюю, то нижнюю губу. Вдруг Паул укусил её за верхнюю губу до крови, девушка вскрикнула, но затем выдохнула со стоном. Ей было приятно. Вкус крови на губах. Вкус железа на её нежно розовых пухлых губах, что стали ярче от страстных поцелуев Паула. Паулу приносило удовольствие, когда Элли стонала от боли, а затем её щеки краснели, а в глаза будто появлялись искры возбуждения. Это прекрасное исскуство, в руках такого морального урода? Паул нежно провёл рукой по щеке девушки, плавно проводя её ниже. Холодные и такие нежные пальцы касались её груди, плавно оглаживали её живот и спускались всё ниже и ниже. Её бёдер касалось будто не человеческая рука вовсе, а рука загадочного существа, что не терпел съесть девушку заживо. Поцелуи последовали за нежными движениями Паула. По всему телу красно-розовые засосы, которые со временем станут багрово-синими, что так эстетично будут смотреться на теле Элли. — М-Ах!.. — Паул аккуратно провёл по киске девушки, от чего Элли почувствовала прилив возбуждения. — Па-Паул!.. — девушка выставила руки вперёд, показывая Паулу просьбу остановиться. Парень зловеще улыбнулся, схватил руки девушки и связал их своим галстуком. — Паул, придурок, ты что творишь?! — кричала возмущённо девушка. — Что хочу, то и делаю, хах! — Парень перевернул девушку на живот, но Элли стала брыкаться и кричать, зовя то на помощь, то просила остановиться. На всё это Паул лишь засмеялся, снял с девушки одежду, а затем ударил её по щеке. Место удара сразу покраснело, но девушка не замолкла. — Госпожа Элли, — парень наклонился к уху девушки, и спокойным, но не менее возбуждающим шёпотом продолжил, — замолкни, пожалуйста. — Паул улыбнулся напоследок, что и увидела Элли в последний раз: он завязал ей глаза и вдруг она ощутила, что её чувств обострились в два раза. Паул шлепнул Элли на спине, от чего остался недно розовые след. Ещё шлепок, ещё и ещё. В комнате раздавалось лишь эхо её стонов и глухой звук от шлепков. С каждым разом Паул бил всё сильнее и сильнее. Её спина, руки, бёдра и задница — такая упругая и большая, такая сочная — были всё в соедаз разных оттенков, будто радуга, что состоит из красного и синих цветов. Наконец Паул услышав очередной тяжёлый вздох и полустон от девушки вдруг встал, открыл прикроватную тумбочку, достал из её тубик со смазкой и презерватив. Приготовив себя от решил заняться девушкой. — Ах! — от неожиданности вскрикнула Элли. Один палец вошёл внутрь. Девушка сжалась, но через секунду расслабилась. — Я больше... ду... — прошептала невнятно девушка. — Что? Что ты бормочешь? — Я больше не буду сопротивляться, только развяжи меня! — уже с возмущением крикнула Элли. Парень вздохнув, развязал её руки и снял повязку с глаз, затем перевернул девушку на спину. — Довольна? — с безразличием спросил он. — Сойдёт... — Элли раскраснелись не на шутку. её лицо так и говоило, что она жутко стесняется. — Не стесняйся. Не в первой же нам с тобой- — Да, не в первой... — перебила его девушка. — Давай уже не томи! — приказала ему Элли. Паул нежно вставил палец заново, девушка дрогнула, тыжело выдохнув. Паул вставил второй палец, на, что, девушка немного сжалась. Подождав, Паул немного раздвинул пальцы в стороны. — Мхм!.. — простонала тихо Элли, после чего потяналсь к своей киске, захотев слегка облегчить свою боль. — Рано! — шлепнул по её руке Паул. Затем добавил третий палец и быстро и резко раздвинул из в стороны. — Аах!! Ах!.. Мх!.. Паул... — Парень то раздвигал пальцы, то обратно их собирал в одно одновременно стоя в планке над девушкой и нежно полизывая её соски, а другой рукой Паул поглаживал клитор Элли. Девушка стонала не переставая. Он лизал её недео розовые соски, иногда уходя в сторону живота или шеи. Наконец, когда Элли окончательно расслабилась, а Паул возбудился, он аккуратно приставил член к её киске. Смотря на её не терпящее, возбуждённое лицо, он резко вошёл в неё. Он видел как её глаза выпучились и немного закатились вверх, её рот слегка приоткрылся, а из него вылился сладкий стон, который грел уши Паула. Парень дввинулся вперёд и назад, а Элли стонала под ним и приговаривала его имя, так нежно полушёпотом.              Этой ночью Элли ощутила всë, что так долго копилось в душе Паула. Жаль, только то, что Элли вовсе не любила его, лишь спала с ним и обеспечивала. А Паул тем, временем выполнял все еë просьбы, сдерживая свою дикую любовь при себе. Но все мы люди, поэтому иногда выпускает своих внутренних зверей наружу.       Этой ночью в квартире Паула было душно, жарко и шумно. Вздохи, ахи и громкие стоны, сотрясали эхом голые стены квартиры. То резко, то нежно. Зацеловывая и закусывая еë нежную кожу шеи, еë бедра, еë ключицы, так и говоря всем, кто будет смотреть на неë — «Это. Моя. Собственность!», безмолвно и надёжно. Эти отношения могут, перерасти в нечто большее со временем, но пока, что наши герои этого не поняли.