Победитель Гриндевальда

Comin' in on a wing and a prayer With our one motor gone We can still carry on Comin' in on a wing and a prayer Гарольд Аддамс (исполнение — ансамбль The Song Spinners), «Comin' in on a Wing and a Prayer» (изувеченный цензурой перевод известен как «Бомбардировщики» и «На честном слове и на одном крыле»)

1943 год. Небо над Рейхом. — Чарли, они заходят слева! Флайт-лейтенант RAF Чарльз Смит только выругался, доворачивая турель сдвоенной спарки ружейного калибра вверх-влево. Четырёхмоторный «Ланкастер» уже получил несколько очередей от бошевских «ночников» и теперь каждая следующая атака могла стать для экипажа отбившейся от строя машины последней. — Ещё десять минут и мы над запасной целью, — штурман Джереми Клементс прекрасно понимал, что дотянуть до Берлина и выполнить основное задание их побитый «Буйвол»* не сможет. — Ещё десять! * В британской и американской авиации зачастую экипажи давали своим самолётам имена собственные. Трассы протянулись от хвостовой спарки навстречу атакующему с превышения двухмоторному истребителю. Это было почти бессмысленно — оборонительное вооружение ружейного калибра не могло всерьёз повредить современный самолёт — но вдруг удастся?.. Не удалось. Стремительная двухмоторная тень преодолела заградительный огонь почти без повреждений и четыре пушки калибра 30 мм хлестнули смертью. — Гори, тварь! — обер-лейтенант Люфтваффе Курт Мюллер потянул на себя ручку, выходя из атаки. За хвостом «Филина»* полыхал четырёхмоторный бомбардировщик — один из тех, что каждую ночь атаковали фатерлянд, уничтожая заводы, убивая бомбами немецких женщин и детей, не давая сосредоточить силы на борьбе с красными. Если бы не эти бомбардировки, Рейх давно покончил бы с восточной угрозой… И Фрида была бы жива… * Специализированный ночной истребитель Heinkel He-219, специально сконструированный и запущенный в производство для борьбы с британскими и американскими тяжёлыми бомбардировщиками. …В пылающем «Ланкастере» уже мёртвая рука штурмана Клементса задела гашетку бомбосбрасывателя и из брюха неуправляемого самолёта посыпались бомбы калибра 250 фунтов. На земле. То же время. Тёмный Лорд Европы, Геллерт Гриндевальд вышел во двор Нурменгарда. Небо, в которое он так любил смотреть до войны, сегодня было неспокойным — вспышки, природу которых он не совсем понимал (ибо не к лицу Великому Тёмному Магу изучать технологии презренных магглов), временами затмевали прекрасные осенние звёзды. Прохладный ветерок обдувал лицо великого волшебника, обдумывающего очередной план захвата мира — сперва магического, а потом и маггловского. Ведь магглы ничего не могут противопоставить Магии… Воздушная волна от падающей бомбы ударила Геллерта Гриндевальда в спину. Он упал лицом вперёд и даже успел ощутить боль от удара о каменные плиты, прежде чем больше пятидесяти килограмм взрывчатки сдетонировали в пяти метрах от Тёмного Лорда, разорвав в клочья его тело и развеяв пеплом по ветру Старшую Палочку, бесценный Дар Смерти. Никто из волшебников так и не узнал имени победителя Гриндевальда. Курт Мюллер погиб в следующем вылете, атакуя плотный строй «летающих крепостей» В-17. Экипаж «Ланкастера» был мёртв ещё до того, как бомбы упали на невидимый с расстояния менее двух километров замок. Преподаватель трансфигурации А. Дамблдор так и не смог найти Старшую Палочку и погиб, поражённый случайным взрывным проклятьем в спину, когда, бросив учащихся на произвол судьбы, удирал из атакованного Пожирателями Смерти Хогсмита.