КРИВИЦКИЙ - ПАВЛОВА: ВЕРНЫЙ ДРУГ

Хайфа Клиника пластической хирургии       Отключив сотовый, он посмотрел на аппарат, разговор получился несвязным, хотелось сказать так много, но в итоге не сказал ничего. Он слышал, что в кабинет вошел Алеников и его фразу. Его грело ее "целую", но он не знал, услышала ли она его «целую» в ответ. Он почувствовал, что очень хочет видеть ее, прижать к себе, почувствовать тепло ее рук на своем лице, запах ее белокурых волос, заглянуть в ее бездонные зеленые глаза.       И эти слова про свадебное путешествие. Она серьезно собралась замуж за Аленикова? Зная ее, он сильно усомнился. Если бы это было так, она бы сказала прямо, но она сказала: «Проехали», как будто хотела закрыть неприятную для нее тему. И еще отец… старый черт, сил на него уже никаких нет.       В палату вошла Елена Авраамовна, посмотрев на шефа она поняла, он не услышал того, чего хотел: - Поговорили? - обратилась она к Кривицкому, видя его задумчивость, - кажется легче не стало. - К сожалению, нет. Отец на звонки не отвечает, - сказал Кривицкий, расстегивая пижаму. - И что делать будете? - спросила помощница. - Попросил Ирину навестить его, - вздохнул он. - И она в восторге от вашей просьбы? - последовал резонный вопрос. - Не думаю, - он сел на кровать, - но обещала, что сходит и перезвонит. - Кажется, Геннадий Ильич, вас вовсе ни это гложет, - она вопрошающе посмотрела на него. - Вы проницательны, как всегда, - согласился он, - предвижу следующий вопрос. Но, к сожалению, ответа на него у меня пока нет. - Если вы думаете, что я спрошу, что именно вас гложет, то нет. Думаю, вы остались не слишком довольны беседой с Ириной Алексеевной, - изложила свою догадку Елена Авраамовна. - Да, вы совершенно правы, но я не то, чтобы недоволен, я скорее в неком недоумении, - прояснил Кривицкий. - Даже так? – она посмотрела ему прямо в глаза и, извинившись, спросила, - понимаю, что это не слишком вежливо с моей стороны, но это уже интересно и почему же? - Кажется, она собирается замуж, - хмыкнул Геннадий. - Не поняла, вы сейчас шутите? – она не поверила его словам, полагая, что он ее разыгрывает. Или же таинственная Ирина Алексеевна собралась замуж за шефа, а он это еще не осознал. - Какие шутки. И, кажется, я знаком с потенциальным мужем слишком хорошо, - Кривицкий скорчил кислую мину. - И кто же этот счастливец? – она по-прежнему не верила, что он говорит правду, и надеялась, что сейчас он рассмеется и скажет, что они говорили о будущей встречи и он сделал всё, чтобы предложить ей руку и своё пересаженное сердце. - Да, есть один… чиновник от медицины, - Кривицкий сморщился, его щека дернулась как от зубной боли, глаза вновь стали пустыми и перестали выражать что-либо. - И она действительно решила связать себя узами брака? – она смотрела на него и понимала, что он говорит серьезно и сейчас он вновь на грани срыва.       Столько усилий и все зря… какой-то звонок перечеркнул всё её старания. Она понимала, что может вновь потерять контроль над Кривицким. Он только-только начал оживать, проявлять какие-то эмоции, адекватно реагировать на происходящее и вот опять она видит его безразличие и полную апатию. - Не знаю, но похоже на то…, - тихо произнёс он. - И с чего вы взяли? Возможно, это просто шутка, - она попыталась успокоить его. - Не думаю... она сказала про свадебное путешествие, - пояснил он спокойным голосом, который еще больше напряг женщину. - И что? Возможно, к слову пришлось, - она не хотела, чтобы он вновь загрузился в свою депрессию и решила не отступать. - Она никогда ничего просто так не говорит, - он горько усмехнулся, - мне ли не знать?! - И что нет никаких вариантов это выяснить? Можно же спросить конкретно, - предложила она логичный выход из создавшегося положения. - Уже спросил, ясного ответа не последовало, - всё тем же спокойным голосом сказал заведующий. - А если спросить у ее подруг? - последовало предложение помощницы. - У нее их нет, - раскрыл еще один секрет Геннадий. - Мне кажется или вы с ней похожи? – в лоб спросила она. - Нет, мы абсолютно разные, - быстро отрекся от схожести с Егоровой он. - Я не про характеры, я по существу. Вы с ней два одиноких человека, которые не подпускают к себе других, - разжевала она своё предположение и продолжила накидывать варианты, - но у нее же дети, наверное, есть, внуки? - Один сын, он живет и работает в Польше, - вздохнул он, - мне вам все её паспортные данные перечислить? Поверьте, если я говорю, что собралась, то я понимаю, что это может произойти. Это не мои домыслы или какие-то нереальные фантазии. - Не понимаю! – воскликнула она, - почему вы ни вместе? Вы должны были быть вместе еще два года назад. - Я же сказал, я виноват, - он вновь сделал акцент на своей виновности во всей ситуации, - я смалодушничал. Испугался, что такой я ей не нужен. Зачем я ей такой герой-трансформер? Сейчас у нее богатый, здоровый, статусный. Он может ей дать все. - Точно все? – она не очень верила в то, что женщина с фотографии отказалась от своего счастья. Слишком счастливой она была на этом фото. - Ну, сие мне не неведомо, - сказал он, давая понять, что личный разговор подошел к концу и больше он не намерен говорить о Егоровой, - давайте вернемся к нашей клиники. Он взял папку, лежавшую на тумбочке, и раскрыл ее, собираясь читать вложенные листы. - Нет, - остановила его, захлопнув папку и забирая ее из его рук, - сначала лечение, затем все остальное. - Хорошо, не смею возражать, - вздохнул он, добавив, - но хотелось бы уже побыстрее всё завершить. - Вы сейчас пациент, терпите, Геннадий Ильич, - напомнила она, - иначе психиатр явится по моему звонку. - Выбора у меня все равно нет, - кивнул он, укладываясь на постель, - лечение, так лечение. - Вот и славно, - Елена Авраамовна, взяв папку, вышла из палаты и встретив в коридоре реаниматолога, который был закреплен за Кривицким, сказала, - Геннадий Ильич вас ждет, поторопитесь, пожалуйста. Нам с ним еще поработать нужно. - Да, не волнуйтесь, все будет в лучшем виде, - уверил ее врач и юркнул в реанимационную палату.

***

      Прошло еще несколько дней. Геллер пристально наблюдала за всеми изменениями в поведении шефа, но ничего подозрительного она не замечала. Напротив, Кривицкий стал более разговорчивым, менее апатичным. Он всеми силами пытался доказать, что оказался на реанимационной койке по ошибке, по какому-то роковому стечению обстоятельств, а не потому, что он это планировал и вынашивал в себе мысли о самоубийстве.       Несколько раз Геллер приглашала его в гости, и он приходил к ним в дом и действительно демонстрировал свои кулинарные способности. От его цимеса все семейство Елены Авраамовны осталось в полном восторге, особенно ее внуки, с которыми у Геннадия сложились более чем теплые отношения. Дети постоянно крутились вокруг Кривицкого, он показывал им какие-то фокусы, жонглировал всем, что попадалось под руки, что-то мастерил вместе с ними и даже читал сказки.

***

      В кабинете Кривицкого разрывался телефон, хозяин ушел на операцию. Очередь из жаждущих улучшить свою внешность за пару недель его пребывания на койке стала внушительной, и теперь ему приходилось наверстывать упущенное. Этому он был только рад. За работой дурные мысли уходили на второй, а то и на третий план и думать нужно было о пациентах, клинике и далеко идущих планах. Жалеть себя особо было некогда. Через несколько минут звонок раздался вновь. Пренебрегая правилами приличия, Геллер зашла в кабинет и взяла телефон, на заставке была та самая женщина что и на фото, поколебавшись лишь какое-то мгновение, Елена Авраамовна нажала на значок с зеленой трубкой: «Слушаю».       На том конце провода раздалось: «Привет», но поняв, что трубку взял вовсе не Кривицкий, последовало мгновение тишины. - Здравствуйте, Ирина Алексеевна. Геннадий Ильич на операции, я - его помощница, Геллер Елена Авраамовна, - представилась она.       На том конце явно прибывали в недоумении, после чего хмыкнув, спросили: «А когда он освободиться?» - К сожалению, у него подряд две операции и когда он освободится, я не могу сказать. Он предупреждал, что вы должны перезвонить по поводу отца. - Да, я звоню именно по этому поводу, - произнесла Егорова.       И в этот момент Геллер решила, сейчас или никогда, она должна поговорить с этой женщиной, чтобы выяснить все до конца, а там пусть будет что будет. - Ирина Алексеевна, я хочу с вами поговорить об Геннадии Ильиче... Думаю, что вам кое-что нужно знать…