Три месяца весны

Дазай уже привык вытаскивать Чую на свежий воздух, в близлежащий парк, где они на днях катались на велосипеде. Сегодня обсуждение погоды переросло в дискуссию на тему того какое время года лучше. — В результате, мы пришли к выводу, что лето — лучшее время года. — Заключил Осаму, лёжа на коленях пациента, пока тот сидел на лавочке. — Да, но я хочу зиму. — Мечтательно протянул парень. — Почему? — Дазай заинтересовался и вернулся в сидячее положение так резко, что Накахара чуть не подпрыгнул. — Ну сам посуди, Новый Год, все радуются, едят мандарины, выбирают подарки. Ещё ледовый городок очень красивый и каток. — Перечислял Чуя. Осаму знал что тому нравится предновогодняя праздничная суета, хотя сам он её не очень жаловал. Все куда-то торопятся, все радуются, кто-то идёт на свидания, другие гуляют с друзьями, на улицах полно людей несмотря на холод. В общем — жизнь кипит. Это не для Дазая, но катки он и сам любил, там можно и с кем-то и одному покататься. Этот разговор врезался в память подростка намертво. Он потом ещё жаловался пациенту, что не сможет устроить ему зиму и отстроить ледовый городок, на что Чуя называл его придурком, говорил что и не просил ничего такого. Он в целом ни о чём не просит, старается не докучать родителям, упростить работу персоналу больницы, старается всем угодить. Дазай же хочет угождать только рыжему вспыльчивому пациенту, но его мать похоже не совсем разделяет его позицию. — Осаму, если раньше я и позволяла тебе дурака валять, — отчитывала сына Йосано, перед тем как отправить его спать, в один из апрельских вечеров. — То сейчас так не получится, я тебе уже об этом говорила. Ты вроде химию стал учить? Женщина замолчала, ожидая ответа сына. — Ну да. — Неуверенно произнёс Дазай. — Тогда почему по ней одни двойки, да и по биологии дела не лучше? Ты же в медицинский собираешься поступать, так сдай хоть хорошо ОГЭ, ещё 10 и 11 класс учиться предстоит. Но ситуация, после того разговора лучше не стала. Подросток успел заработать себе ещё долгов и плохих оценок. Акико умела быть понимающей матерью, когда одобрила любовь своего сына к Накахаре, умела быть успешной, когда стала главой больницы, умела быть невнимательной, когда не заметила проблем сына, умела давать поблажки, если того требует ситуация. Но поблажки закончились, стоило ей посмотреть электронный дневник Дазая и ужаснуться его оценкам. Ругать и отчитывать сына было бесполезно, это она прекрасно знала, уже наученная опытом. Что же, видимо стоит выбрать другой вариант «кнута». Йосано прекрасно знала о лени своего сына, так что решила заставить его сделать нечто безумно тяжёлое, долгое и изматывающее, что-то кто никто не смог бы сделать — вымыть пол в больнице. — Что бы весь этаж, на котором живёт твой благоверный сверкал. У меня ночная операция, так что можешь не торопиться, но выбора у тебя нет. Где ведро и тряпки со швабрами, сам знаешь. Вот такой новостью был ошарашен Осаму по приходе в больницу, после уроков. Но Дазай не Дазай, если не сможет выкрутится да ещё и выгоду из этого получить. Похоже он знает, как сделать Чуе каток…

***

Похоже, подростки редко заходили в магазины за набором из 4-ёх тряпок для швабры из микрофибры по скидке, действующей в магазине на этот товар, покупая в придачу 2 пары резиновых тапочек. Так что продавец смотрел на Дазая немного удивлённо особенно когда тот улыбнулся, но пробил товар, назвав цену, заплатив, Осаму направился в сторону больницы, насвистывая заевшую в голове мелодию. Дазай думал что это ещё не самое странное, что с ним случалось. Он как сейчас помнит тот день, когда учитель черчения отчитал его за неимением канцелярского ножа, который по словам преподавателя понадобится на уроке для заточки карандашей. Этот злосчастный предмет ввели в 8-м классе, Осаму так и не смог понять, зачем это было нужно. Его ещё и вместо ИЗО поставили, все сначала думали что будет такой же халявный урок, но стоило учителю отчитать Дазая из-за ножа, некоторым уже не казалось что получиться бить в баклуши как и раньше. Когда подросток стоял у кассы, ожидая пока ему пробьют канцелярский нож, красивого красного цвета. Он решил добить бедного продавца тем, что стал напевать какую-то песенку про смерть на английском языке. Неизвестно конечно, понял ли молодой парень за кассой текст песни, но подросток одетый во всё чёрное, что-то напевающий и покупающий нож, его похоже испугал. Дазай потом с гордостью рассказывал эту историю одноклассникам, пока не выяснилось, что испуганным продавцом был старший брат одного из них. Зато нож на черчение парень стал приносить всегда, так что из-за этого учитель больше не придирался. Принеся этот супер набор в кабинет матери, подросток принялся мастерить «коньки». Дазай нашёл степлер рядом со стаканчиком в котором стояли ручки и карандаши, с помощью его металлических скоб, он прикрепил жёлтые тряпки к синим тапочкам. Скобы быстро заржавеют, так что конструкция недолговечная, но на один раз сойдёт. У Дазая ещё было время, заняться своими делами. Он как очень ответственный человек, решил всё же пробежаться глазами по страницам учебников.

***

— Чуя, вот и я. — Распахнул дверь Дазай. — Я искренне верю, что когда-нибудь ты научишься стучать. — Рыжий поднял взгляд на парня, отвлекаясь от переписки с Акутагавой, они обсуждали новую видеоигру. — Что ты там за спиной прячешь? — Выгнул одну бровь пациент. — Ты недавно сказал что тебе нравятся катки зимой. — Заулыбался Осаму. — К чему ты клонишь? — Ну я так подумал, почему бы не сделать каток весной. — На улице же тепло. — Не понял Чуя. Когда Дазай достал из-за спины импровизированные коньки, вопросов стало только больше. Поддавшись уговорам парня, рыжий выглянул в коридор и увидел, что по всему полу была разлита вода. Теперь Чуя понял замысел этой идеи. Сделать водный каток и коньки с тканью, которые будут скользить по полу — весьма интересная задумка. — А нас уборщицы за такое не прибьют? — Накахара скептически отнёсся к этой задумке, так как портить отношения с персоналом ему не хотелось, это у Осаму тут мама главврач, а не у него. — Не переживай, сегодня весь коридор в нашем распоряжении. С этого момента и до утра. — Дазай улыбался так сильно, что было удивительно как же его лицо ещё не треснуло. Сейчас было 8 вечера, так что времени у них ещё много. По-началу Чуя отнекивался, но в итоге согласился и это того стоило. Подростки носились в самодельных коньках по мокрому полу, стараясь удержать равновесие. Это не всегда получалось и они падали, периодически сталкиваясь друг с другом или по одиночке. Вся одежда уже успела промокнуть, но это сейчас никого не волновало. — Юхууу. — Кричал Чуя, осмелев, как следует разогнавшись и покатившись. Но не тут-то было, он не рассчитал вес тела, когда случайно наклонился, теряя равновесие, в результате чего упал, потащив с собой на дно этого катка ещё и Дазая. Парень возмущённый тем, что его уронили в воду, начал брызгать ей в Накахару. Но и тот в стороне не остался, плескаясь этой же водой в сторону Осаму. Они громко смеялись, в очередной раз за эту весну впадая в детство. Капли воды, намочили и рыжие и каштановые волосы, но они не замечали этого, продолжая развлекаться, пока кто-то не прикрикнул из соседней палаты, прося заткнуться. Видимо они разбудили одного из пациентов, когда их вечерний поход на каток плавно перетёк в ночной. Подростки замолкли на секунду, испугавшись голоса неизвестного, а потом засмеялись пуще прежнего. Им было весело, спокойно, они веселились вместе, сейчас им хорошо. В такие моменты вовсе не волнует мнение окружающих. Чуе было не до бинтов, которые он увидел под толстовкой Осаму, когда её рукава задрались, во время их водного сражения, они ещё успеют это обсудить. — Давай наперегонки. — Предложил Дазай, вставая на ноги, всё же сидеть в воде и дальше казалось не лучшей идеей. — Хорошо, — поддержал идею рыжий. — Старт будет тут, а финиш в конце коридора. Накахара сразу же сорвался с места, не предупредив Осаму, дабы победить. Но и Дазай сдаваться не собирался, несясь за ним. Это было ожесточённое соревнование. Когда Осаму догнал пациента, то стал пытаться его толкнуть, но Чуя, уже освоившись на этом катке, ловко уклонялся после чего пытался атаковать Дазая в ответ. К финишу они скорее не приехали, а прилетели. В результате была ничья, чему оба парня были недовольны, они собирались было устроить ещё один забег, чтобы выявить победителя, но услышали звуки шагов. Этот стук каблуков научились узнавать уже оба, Дазай слышал их с самого детства, а Чуя всё своё прибывание в больнице, каждый раз этот стук наводил на него страх, из-за того что после него последует обсуждение его здоровья. Но сейчас шаги Йосано напугали обоих. Неужели операция уже закончилась? Сейчас забег идёт уже в обратном направлении, парни пытаются успеть вернуться в Чуину палату. Убрать бы улику в виде мокрого пола, который по подсчётам Осаму должен был высохнуть через несколько часов, но сейчас было важнее спасти собственную шкуру, прихватив с собой ещё и рыжую, для её спасения. В итоге они оба успели. Забежав в палату, подростки сняли «коньки» закидывая их под больничную койку. Те обо что-то ударились, но сейчас подкроватные монстры не так страшны, как главврач. Парни запрыгнули на кровать, стараясь как можно быстрее лечь и укрыться одеялом. Сейчас их обоих не волновала мокрая одежда, главное что бы спасительное одеяло не успело промокнуть, и не выдало их с головой. Только сейчас помимо каблуков они услышали другие шаги, приближающиеся к палате. Дверь распахнулась, но ни Дазай, ни Чуя этого не увидели, они поспешили закрыть глаза. — Спасибо за помощь с операцией. — Благодарила кого-то Акико. — Вам спасибо, мы хорошо поработали. — Сердца обоих подростков ушли в пятки, это был голос Мори. — Они я смотрю, времени тоже зря не теряли. — Усмехнулся Чуин отец. — И то верно. — Судя по голосу, женщина вполне возможно улыбнулась, Дазай это чуть ли не кожей чувствовал. Родители ушли, закрыв за собой дверь. Лишь когда шаги стихли, Чуя распахнул глаза. — Нам пизда. — Выдохнул он. — Да, но это будет завтра, а сейчас надо поспать. — Приобнял его сзади Осаму. — Итак пол ночи катались. — Есть такое. — Накахара положил свои руки, поверх ладоней парня, из-за чего Дазай непроизвольно улыбнулся. — Спокойной ночи, Чуя. — Дазай перебирал волосы на рыжей макушке когда пациент перевернулся к нему лицом, засыпая. — Спокойной, Осаму. — Зевнул пациент. Они так и уснули до нитки промокшие, на больничной койке Накахары. А пол в коридоре всё же стал чище, благодаря их навыкам фигурного катания.