Личная коллекция мадам Пинс. "Глинтвейн пьют горячим."

Доброго времени суток, дорогие. Хочу рассказать вам одну занимательную историю, так что устраивайтесь поудобнее и включайте на полную своё воображение. Вы наверняка слышали уже много рассказов о нас с Джеймсом, как всё начиналось, продолжалось, заканчивалось, ну и понятно. Что ж, историй про нас действительно очень много, и я хочу рассказать вам одну из них, только чуточку другую. Сразу предупреждаю: я не изобрету велосипед, так что у вас ещё есть время презрительно фыркнуть и пойти посмотреть М-TV, если вы маггл, ну или почитать "Придиру", если вы умеете плодотворно махать палочкой. Хотя, вообще-то, я бы порекомендовала кроссворды на пятой странице "Ежедневного пророка". Вы всё ещё здесь? Ну, тогда слушайте. * * * Однажды, одним пасмурным летним вечером, какие только и бывают в пригороде Лондона, когда моя сестра пыталась сварить кофе, сломала кофеварку и наш дом пропитался ярким запахом латте, в окно моей спальни постучала сова. Я как раз дочитывала последнюю главу "Проклятых королей" и, взволнованная происходящим в книге, не сразу услышала бедную птицу. Бурый филин принёс мне письмо, запечатанное сургучом Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс. Нетерпеливо раскрыв конверт, я обнаружила дежурное вежливое письмо с перечнем нужных в новом учебном году книг, небольшую записку и значок старосты. Меня назначили старостой школы, что ж, смелое решение, ведь за это лето я несколько испортилась и мои взгляды на правила и законы капельку поменялись. Впрочем, я ждала не этого письма, стыдно признаться, но я поссорилась с Марли и даже не сделала ни одного шага к примирению. Ну, вообще-то, она тоже, так что... Ещё Мария куда-то запропастилась и не отвечает на мои послания. - ЛИЛИ! Ммм, а я ведь уже целый час не слышала твоего чудесного голоса, Туни. Сбросив письмо на кровать, я поднялась и пошла на кухню. Кремовые обои, тёмный паркет, поворот налево, лестница, с ней, кстати, у меня связано множество детских воспоминаний, в основном не самых красочных, и в большинстве своем они отдавали призрачной болью в коленях, локтях и голове. Ступенька, ступенька, скрипучая ступенька, пушистый красный ковёр, и вот она моя кухня. Боже, а вот тут запах кофейных зёрен был настолько силён, что начал вызывать сильную тошноту. Впрочем, Петуньи здесь не было, и я поняла, что её голос доносится из сада, и всё громче и истеричнее. Она визжала... Так, ничего доброго это не предвещает. Я подскочила к окну, что вело в сад. До двери было ещё метров пять, но мне было несколько лень бежать сломя голову на крик сестрицы (последние раз десять она визжала из-за пауков в туалете). Я замерла, чувствуя, как холодеет всё моё тело. Там в саду, среди аккуратно разбитых клумб, в обрамлении розовых кустов, лежала моя сестра, вся растрёпанная и до смерти напуганная. А вокруг неё, направив свои палочки в небо, заставляя пушистые облака расступиться, уступая место уродливому черепу со змеёй, стояли высокие фигуры в чёрных мантиях. Я стояла в оцепенении, судорожно сжимая подол ситцевой юбки. Пожирателей смерти вживую я видела впервые, и моё сознание угодливо подбрасывало ужасные фотографии из " Ежедневного пророка" с их участием. Но что мне делать? Моя палочка наверху, в моей спальне, а моя сестра здесь, прямо передо мной. Если я сейчас побегу за палочкой, то могу не успеть вернуться и они убьют Туни. Но если я сейчас брошусь к ней на помощь, то они попросту убьют нас обеих! " ...Если Пожиратели смерти появятся в вашем доме, свяжитесь с мракоборцами с помощью экстренного вызова, просто произнесите ваш адрес, а затем " Хрониус селем"... Эти слова, произнесённые Аластером Грюмом на прошлогодней лекции о вреде тёмных искусств, вовремя подкинутые памятью, застыли в моей голове. Я уже начала открывать рот, но тут в мою сестру ударило "Круциатусом", и вместо адреса из моего рта вырвался истошный крик. - В доме ещё одна, - донёсся до меня голос одного из них. Мозг отключился, включился инстинкт самосохранения, и я со всех ног бросилась в свою комнату, на ходу скороговоркой выкрикивая: - Побережье Англии, Коукворт, Серая улица, дом семь! Хрониус селем! Хрониус селем! ХРОНИУС СЕЛЕМ! И снова лестница встретила меня с распростёртыми объятьями, как и в детстве, уронив меня на последней ступеньке и стукнув перилами по голове. До комнаты я добиралась уже ползком. - Авада Кедавра! Я взвизгнула, распластавшись на полу, закрывая голову руками. Зелёная вспышка повторилась, заклинание разбило мамин любимый торшер, осколки которого рухнули на меня. Я, выручив момент, быстро заползла в свою комнату и бросилась к тумбочке. Вытащила палочку и, разворачиваясь, закричала: - Редукто! Однако фигура в маске увернулась, направляя на меня новую порцию зелёного света. Едва успев отразить заклинание, я рухнула на кровать, прижимаемая обломками взорвавшегося окна. - ХРОНИУС СЕЛЕМ! - что есть мочи заорала я, теряя всякую надежду на спасение. И, о чудо, не пойми откуда прямо посреди моей комнаты возникли трое человек в длинных мантиях с нашивками Министерства Магии на груди. Слава Мерлину! - Спрячься куда-нибудь! - сказал мне один из мужчин, черноволосый в очках-половинках. - В саду моя сестра! - крикнула я ему, когда он заталкивал меня за мою кровать. - Рад за неё. - грубо сказал мужчина, отправляя в нокаут моего нападавшего. - Ричард, давай в сад! А ты сиди здесь. Я закивала, отходя от потрясения. Когда спасатели покинули мою комнату, я тут же подлетела к окну, желая убедиться, что моя сестра ещё жива. Она лежала на земле, мертвенно-бледная и неподвижная. О, Господи! Я бросилась прочь из дома, перепрыгивая проломившиеся ступени и сбившийся ковёр. Запах кофе с кухни смешался с запахом гари и пыли. Я выбежала в сад и упала на колени рядом со своей сестрой. Оставшиеся Пожиратели быстро трансгрессировали. - О, Боже, Туни! - я испуганно стала трясти её за плечи. - Нет-нет, Туни! - Она жива. - раздался позади меня голос одного из мракоборцев. - Просто без сознания. - Вы... Вы уверены? - всё ещё встряхивая сестру, спросила я. - Слава Мерлину. Петунья всё никак не приходила в себя, а я вдруг решила обернуться на свой дом. Господи, Боже мой! Он предстал передо мной в пыльном облаке штукатурки с вырванными окнами и слетевшей с петель дверью. М-да уж, вернувшись с Санторини, мои родители окончательно решат не оставлять нас с Петуньей одних дома. - Где ваши родители? - спросил меня один из мужчин, тот который Ричард. - Вы ведь волшебницы? - Да, только я. - я отвернулась от дома. - Наши родители... Они уехали. Вернутся через неделю. - Плохо. Нападение может повториться. - сказал ещё один мракоборец. - Их надо отправить в укрытие, куда-нибудь подальше от маггловских районов. Карлус? Я вместе с ним перевела взгляд на другого сотрудника Министерства Магии. О чём это они говорят сейчас? - Да-да, - поспешно откликнулся черноволосый мужчина в очках-половинках. - Последние беженцы, которых я укрывал, уехали позавчера. Думаю, им найдётся место в моём доме, только вот мой сын как раз пригласил гостей, впрочем, это не проблема, ты точно не сможешь их взять, Генри? - Точно. - кивнул Генри - Пойми меня, дружище, у меня уже неделю как идёт отпуск, я обещал Марте, что мы уедем. - Ладно... - устало кивнул Карлус. - Погодите, о чём это вы? - встряла я. - Здесь вам оставаться опасно, - ответил Карлус- Вы поживёте в моём доме, по крайней мере, до тех пор, пока не приедут ваши родители, а там уже Министерство решит, где предоставить укрытие вашей семье. - Постойте-ка, - запротестовала я. - я не могу поехать к вам домой, я даже не знаю вашего имени, и потом я могу перекантоваться у своих друзей, они волшебники, их семья позаботится о нас, так что... - Нет, дорогая, - перебил меня он. - Если с вами что-нибудь случится, вся ответственность будет на мне. Вы будете в безопасности в моём доме. Ричард, трансгрессируй их в Министерство, после того как соберут все необходимые вещи. Затем, перенесите их в мой дом. Лучше воспользуйтесь каминной сетью, моя жена не любит внезапных появлений. Встретимся там. И он собирался было уже трансгрессировать, когда я, медленно соображая, спросила: - Как вас, извините, зовут? - Карлус Поттер. - выдал он и исчез. А? Неделя в доме Поттера. Чудесно. Неделя в доме Поттера, вместе с Петуньей. Меня ждёт самая трудная неделя в моей жизни. * * * Ну, что ж, мои дорогие слушатели, у вас есть последний шанс уйти отсюда к любимому телевизору или, скажем, на матч по квиддичу, кстати, я слышала билеты на Чемпионат стоят всего пятнадцать галлеонов! Потому что дальше начнётся самое интересное, начиная от нашего с Джимом первого поцелуя и заканчивая, ну вы сами понимаете... - Хэй, Джеймс, отойди от моей печатной машинки!!!