Королева грязи и пыли

      Выйдя из своих покоев, я почувствовала тревогу, словно кто-то за мной следил. Я осмотрелась — никого вокруг, кроме охраны у моих покоев и редких слуг, завершавших последние дела или уже спешивших на выход. Хотя кто сказал, что среди слуг нет убийц, недаром же меня отец с пяти лет обучал боевым искусствам, а в семь лет отдал в храм Матери пяти стихий. Там проходили обучение маги, владеющие несколькими стихиями. Мне пришлось хуже всех, я владела всеми пятью: огонь, вода, воздух, земля и некромантия. Поверьте, это страшный дар, меня вообще должны были убить во младенчестве. У нас ходит поверье, что маг, владеющий всеми стихиями, в мир принесет лишь боль и разрушения.       В каждом королевстве была служба, направленная на поиск суперодаренных магов, таких как я, от них старались избавиться как можно раньше, пока они не вошли в полную силу. Когда отец узнал, кому дал жизнь, сначала ужаснулся, а потом сделал все, чтобы скрыть мой страшный дар. Часто говорят, что такие маги умирают в страшных муках — стихии под конец жизни разрывают их на части. В это я еще могу поверить, потому что на своей шкуре чувствую, как каждая из стихий пытается взять верх. А то, что маги, владеющие всеми стихиями, могут принести в мир несчастья — вот в это я не верю. Все существа это говорят от зависти, потому что тоже хотят владеть такой мощью. А еще говорят, если существо владеет всеми стихиями, то в него вселилась Мать пяти стихий. И все сами знают: если боги приходят в мир, жди беды… Но я что-то отвлеклась. У нас в стране все одаренные с семи лет проходят обучение в храмах, и я не была исключением.       Поэтому сейчас вся моя чуйка кричала, что здесь опасно находиться, я не только политик, я еще воин и куртизанка-девственница, хах. Вот моему мужу будет сюрприз. Я несколько минут прислушивалась к своим ощущениям, пытаясь ментально прощупать пространство, но не могла ничего найти, в итоге плюнула на все, списав на переутомление. Хотя надо выяснить, где у них сидит спецслужба по отлову таких, как я.       Я тряхнула головой, отгоняя наваждение, и решительно двинулась к выходу, боковым зрением заметив, как двое охранников отделились от колонны и последовали за мной. М-м, а супруг не забыл позаботиться о моей охране. Чудненько, осталось обзавестись камеристками и фрейлинами. Я устало прикрыла глаза. Зачем я иду в этот сад? Привычка с детства, мама всегда говорила, что перед сном надо гулять, так сон будет крепче. Постепенно это превратилось в ежедневный ритуал. Вот и сейчас я иду в сад теней, чтобы насладиться свежим ночным воздухом, выскальзываю из парадной двери и скрываюсь за калиткой, сразу оказываясь под навесом гибких яблочных и грушевых веток. Они склоняются надо мной, предлагая угоститься сочными плодами.       Я, конечно, не удержалась и щелкнула пальцами, ветерком сбивая с ветки сочную ярко-желтую пузатую грушу, она осторожно упала в мою руку, и я тут же откусила кусочек. Меня хлебом не корми, дай лишь поесть сочных фруктов.       Честно, я бы с удовольствием на дерево залезла, но королеве не положено заниматься такими непотребствами — слуги не поймут. Эх, где ты, мое чудесное детство, когда было дозволено все, можно было бегать с мальчишками по саду или огороду, лазать по деревьям, бегать по лужам. Да-да, у меня было волшебное детство. Тогда моя мама еще была жива и на ночь мне читала сказки. Как я скучаю по тем временам… По щеке скатилась слезинка, и я поспешила ее утереть, мне не пристало проявлять слабость.       Я шла по ухоженным дорожкам королевского сада, ела грушу и любовалась красивыми фиолетовыми пионами, белой лавандой, георгинами, розовыми, белыми и голубыми гортензиями.       Я остановилась у последних цветов; сорвав розовую гортензию, поднесла к своему аккуратному носу и с блаженством вдохнула ее чумной аромат. Обожаю эти цветы больше жизни. Я продолжила свое бессмысленное движение по садовым дорожкам, но природа не приносила покоя. Тогда я вернулась в свою комнату, чтобы написать план по завоеванию сердец местного народа, сами понимаете, что мне надо наладить контакт с местными жителями. Все-таки до самой смерти жить в этой стране, и, если я испорчу отношения с народом, это выйдет боком. Я присела за стол и, взяв гусиное перо, в задумчивости уставилась на небо, думая с чего начать. Обмакнула перо в чернильницу: — Во-первых, мне нужна дама, которая смыслит в обычаях и традициях народа. Во-вторых, стоит наладить отношения с королем, а то что-то эта фифа занимает все его мысли. Непорядок. В-третьих, надо обзавестись собственными шпионами и доверенными лицами. В-четвертых, разобраться с советником мужа, а то он мне кажется каким-то подозрительным. В-пятых, родить наследника. В-шестых, заняться сиротами и нищими, помочь им проложить дорогу в жизнь, недаром же я большую часть времени провела при храме и там ухаживала за больными, немощными, помогала сироткам попасть в храм на обучение.       У меня все стало расплываться перед глазами, чувство тревоги нарастало, я взяла с письменного стола графин с розовой водичкой и отпила ровно половину в надежде взбодриться, но не помогло. Глаза продолжали слипаться, буквы прыгали, не желая складываться в слова, усталость давала о себе знать. Я вымученно улыбнулась, в голову больше ничего не лезет. Может, правда лечь спать, отдохнуть, как рекомендовал мой супруг.       Нет, уставший эльф — это слабый эльф, как любил поговаривать папа. Он часто работал до мошек перед глазами, любил засыпать в своем кабинете, и слуги переносили его в покои, поэтому и мне нечего расслабляться — не кисейная барышня. Может, других принцесс холили и лелеяли, а меня с детства готовили к управлению страной, потому что, кроме меня, у отца никого нет, а жениться повторно он не хочет. Оно, может, и к лучшему. Вообще, если бы не эта треклятая война, — пусть вороны пожрут их трупы, — то я должна была остаться в стране и править. А теперь я всего лишь украшение двора и племенная кобылка. Как же это бесит, этот придурок меня не во что не ставит! Ну ничего, посмотрим, кто еще на чьих костях спляшет. Может, легенды правду говорят и таким, как я, нет места на этом мире?.. Что за пессимистические мысли посещают мою головушку? Ничего страшного, я все возьму в свои руки, я им еще покажу, кто такая Вирджиния Демарис. Они еще будут ноги мне целовать и в рот заглядывать.       С такими мыслями я пошла спать. Все-таки в таком состоянии работать невозможно, глаза закрываются, чертовы предатели. Я ожесточенно потерла их, но сон не спешил отступать, все больше завоевывая мое сознание, вот я уже и зеваю, интересно, что мне присниться? Я не раздеваясь ложусь спать. Нет больше моих сил.

***

      Я сквозь сон услышала шаги, все попытки открыть глаза не увенчались успехом. А дальше я помню лишь сильную боль и тьму. Мой дух завис в воздухе, с ужасом смотря на мертвое тело и убийцу в маске, я протянула руку, чтобы ее сорвать, но он, видимо, почувствовал и телепортировался, я за ним не успела. По моей груди растекалась кровь, уже пропитывавшая простыни. Надо же так нелепо умереть! Я с грустью смотрела на свой труп и гладила себя по волосам, всхлипывая.       Вдруг мир схлопнулся, я очутилась в коридоре, сотканном из сотен желтых блестящих нитей, а потом меня стало засасывать и моя душа очутилась внутри бутылки, связь с телом прервалась.

***

      Я очнулась в странном помещении: над головой что-то светиться, вокруг белые стены, у стола стоит мужчина в белом халате и набирает в шприц какую-то желтую житкость. Он поворачивается ко мне. — Очнулись? Я рад, что вы, Аркалия, вернулись в наш мир. Мне ваша знакомая сказала, что вы сильно ушиблись и ничего не помните, я вам сейчас введу инъекцию, и Хозяйка снов поможет все вспомнить, — ласково проговорил он, подходя ко мне с каким-то ужастным устройством. — Не бойтесь, — проговорил он, а я отчаянно замотала головой и увидела довольную улыбку Фабии.       В этот момент что-то укололо меня в руку. Доктор водил жидкость. Я снова уснула и увидела странную женщину, стоявшую у ворот особника.

***

      Аркалия стояла, оперевшись рукой на забор, и рассматривала высокий особняк, с крышей, увенчанной золотыми зверюшками. Одни из них лежали, развалившись на солнышке, другие готовились к прыжку. Кого там только не было: пантеры, ягуары, медведи, змеи — целый зверинец на крыше. Выглядело впечатляюще.       Особняк Роз состоял из трех этажей, и на каждом витражные окна рисовали свою историю. Вот амазонка скачет на коне, рядом с ней мчится рысь, а тут статная дама, затянутая в корсет, пытается загрести под себя монету. Эти витражи можно рассматривать бесконечно.       У ворот скучали три охранника. Играли в кости, краем глаза наблюдая за гостями. Аркалия же докуривала третью сигарету в ожидании хозяина особняка. И мокла! Дождь лил нещадно, полностью промочив прозрачную голубую блузку и красные брюки со множеством маленьких аккуратных дырочек. Особенно в глаза бросалась дырка, обнажающая часть женского начала. Охранники туда украдкой поглядывали и облизывались, наверняка представляя, в каких позах они бы оттрахали эту вызывающую красотку. Аркалия в ответ поглядывала с понимающей улыбкой, а про себя материлась: «Вот же сволочи, не пригласят даже в свою будку. Мать ее за ногу, как же холодно! Такими темпами я скоро буду танцевать стриптиз, чтобы хоть немного согреться. Грымы долбанные, нет бы позвать погреться, но безопасность хозяина на первом месте! А проститутка может и померзнуть под дождем. Карлы драные… Да и этот старый хрыч не спешит потешить свой стручок. Сволочи! Ненавижу!» Она недовольно покосилась на часы на руке.       «Он уже опаздывает на десять минут. И этот дождь словно с цепи сорвался — все льет и льет, никак не угомонится. Вот мне заняться нечем, кроме как стоять мерзнуть у его дома».       Аркалия нервно приплясывала и поглядывала в темноту. Особняк Белых Роз всегда встречал ее с теплотой и щедро платил за услуги, поэтому-то она сейчас стояла под дождем и ждала своего клиента, в предвкушении порки кривя коралловые губы. Вода стекала по лицу, одежда неприятно липла к телу. На какой черт она надела эти брюки? Лучше бы дождевик взяла. Понадеялась на погоду и на то, что старый хрыч не опоздает. Вот идиотка! Знала же, что он всегда задерживается на своих особо важных собраниях.       Аркалия уже чечетку на месте выплясывала, когда послышалось затихающее фырчание мотобиля. Из него вышел пожилой мужчина с пронзительными серыми глазами и черными с проседью волосами, одетый в серый фрак и кожаные перчатки в тон.       Аркалия слегка склонила голову, приветствуя хозяина дома. — Долго ждала? — поинтересовался мужчина, проходя к большим деревянным дверям, обитым железом. — Минут пять, не больше, — ответила Аркалия и кокетлива улыбнулась, — я жажду ощутить ваши объятия.       Мужчина снисходительно улыбнулся куртизанке — она всегда была нетерпеливой, жадной до ласок. Страсть этой женщины его поражала. Откуда в ней столько сексуальной энергии, и ведь до сих пор себя не растратила, выглядит молодо, безупречно вызывающе.       Охранники поспешили распахнуть ворота, пропуская прибывших внутрь. Мужчина одобрительно им кивнул и, взяв Аркалию под руку, провел к мраморному крыльцу. Аркалия грациозно поднялась и встала в стороне, ожидая, пока хозяин откроет массивную дубовую дверь.       Клиент открыл ее и посторонился, пропуская вперед гостью. Она легкой танцевальной походкой впорхнула в прихожую, сбросила золотые туфли на шпильках и вошла большой холл. В зале с бежевыми обоями и удобными диванами в самом центре стоял журнальный стол, накрытый на двоих, в чашках дымился кофе и на блюдечке лежали сладости. — Присаживайтесь, выпейте горячий кофе, согрейтесь, — пригласил мужчина.       Аркалия быстро скользнула за стол, пока хозяин не передумал, она и правда сильно продрогла, ожидая мужчину. Тот изучал каждый изгиб ее тела. Прилипшая одежда облегала грудь, живот, ноги, и это смотрелось возбуждающе. Да, она всегда умела удивить, поразить, никогда не знаешь, какой она будет в следующий раз. Он уселся напротив нее, отпил кофе и спросил. — Какие нынче ходят сплетни по дворцу?       Аркалия откусила кусочек пирожного. — Ходят слухи, что Дезире умерла. Что ее убил какой-то полковник, — безразлично пожала плечами Аркалия, наслаждаясь нежным вкусом пирожного. Крем просто таял во рту. — Значит, главная девственница королевства мертва, — озадаченно протянул мужчина. — Интересно, кому выгодна ее смерть? — Это лишь слухи, официальной информации нет. Мало ли у нее было врагов… Многие мужчины ее желали и не могли получить. — Что ж, это достаточно, кхм… смелый поступок. Ну, отложим политику, чем ты меня сегодня удивишь? — Как вы, граф, смотрите на жесткий секс? — поинтересовалась Аркалия, томно потягиваясь в своем кресле. — Положительно. Идемте! — приказал мужчина, его глаза загорелись. Аркалии только оставалось с сожалением отложить надкусанное пирожное и пойти вслед за хозяином.       Граф открыл перед ней дверь, впуская в святая святых особняка — огромную спальню с огромным окном во всю стену. Мягкие лучи солнца вдруг выглянули из-за тучи, позолотив комнату. По стенам были развешаны различные плетки, на полках с бархатными подушками лежали члены на любой вкус. Аркалия властно осмотрела всю комнату и приказала: — Раздевайтесь, сегодня я ваша госпожа!       Мужчина сначала опешил, а потом начал медленно снимать с себя фрак, Аркалия хищно за ним следила. — Вам нравится, госпожа? — полюбопытствовал мужчина. — Продолжайте, — повелела она, проходя к мягкому креслу. Опустилась в него, закинув ногу на ногу.       Он уставился на дырку между ног, где часть женского начала обнажалась, и сглотнул, глаза горели в предвкушении. Он расстегнул брюки, спустил их, показывая, что без белья. — Отлично! — одобрила Аркалия и взглядом пробежалась по развешанным на стенах игрушкам. Потянулась как кошка и, плавно поднявшись, направилась к ближайшей плетке. Сняла, играючи поводила из стороны в сторону, наблюдая, как неотрывно следит за ней мужчина. Затем резко размахнулась, и плеть со свистом рассекла воздух, оставив алые полосы на спине. Второй удар пришелся по ягодицам, граф сдавленно охнул. Аркалия продолжила его пороть — плетка прошлась по ногам. — Хватит, вы меня наказываете? — Какой догадливый мальчик, — коварно улыбнулась она.       Хищной походкой приблизилась к нему, провела по волосам и спросила голосом, ничего хорошего не предвещавшим: — Есть догадки за что?       Она игриво повела плечами, заставляя свою грудь двигаться. — З-за то, что я медленно раздевался? — немного заикаясь, поинтересовался мужчина. Аркалия размахнулась плетью и ударила. — Ответ неверный, подумай еще!       Мужчина болезненно поморщился. — Отгадаешь, и я тебя вознагражу, — пообещала она сладким голосом. — За опоздание? — Верно, — Аркалия одобрительно кивнула и опустилась на колени. Погладила яички. — Еще будешь опаздывать? — сурово спросила она. — Нет, моя госпожа, — виновато ответил мужчина, ожидая награды. Аркалия поиграла с его членом, потом взяла в рот головку.       Мужчина выдохнул, взял ее за волосы, насаживая глубже… но женщина тут же отстранилась и грозно сверкнула глазами, поднимая плеть, положенную на пол. — Я-я нечаянно, — заикаясь, пробормотал граф, наблюдая, как она поднимает плеть и наносит удар уже по ногам. Мужчина упал на колени. — Порви брюки! — приказала она.       Граф повиновался — разорвал до конца середыш, с вожделением вглядываясь в открывшееся лоно. — Лижи!       Мужчина последовал приказу. Аркалия застонала, немного подвигала бедрами. — Молодец. Принеси вон тот член с полки! — потребовала она и указала на красную полку, где на черном бархате лежал член с кожаным поясом.       Мужчина поднялся и взял его, передав в руки госпожи, ожидая дальнейших действий. Госпожа сняла рваные брюки, трусики и надела пояс с членом на себя. — Повернись ко мне спиной, — продолжила она командовать. Мужчина послушался, и Аркалия ввела сначала один палец, потом другой. Мужчина охал при каждом ее движении. Наконец третий. — Иди на кровать и вставай раком, — велела госпожа. Мужчина моментально исполнил ее волю.       Аркалия вошла в него и сразу начала двигаться, сначала плавно, потом резко, входя до самого основания. Мужчина подмахивал ей, и она рукой начала ласкать его яички и член, наращивая темп. Граф кончил. — Вы довольны мной? — шепчет в ухо Аркалия, извлекая из волос заколку и передавая мужчине в руки. — Это вам послание от императрицы, — сказала она и на миг сжала сонную артерию, отправляя мужчину в сон.       Аркалия подошла к столу, чтобы забрать деньги и заняться поисками пузырька со эссенцией сна. — Куда бы я на месте графа спрятала этот пузырек? — спросила она себя, цепким взглядом изучая пространство, ей не улыбалось облазить весь особняк. — Нашла! — торжествующе воскликнула она: пузырек стоял за радиоприемником. Девушка тут же его схватила. — Теперь я наконец смогу овладеть силой фрейлин! Я должна стать одной из них. Воспитатели пожелеют, что посчитали меня не достойной стать фрейлиной Ее Величества.       Она воровато оглянулась, проверила, спит граф или нет. Он спал. Аркалия подошла к нему и извлекла из волос заколку, оставив царапину на шее мужчины. Осталось только забрать деньги и срочно валить, пока слуги не заподозрили неладное. — Теперь, милый, ты никогда больше не проснешься. — Она бросает прощальный взгляд на мужчину, забирает деньги со стола и покидает особняк графа Досье.       Город встречает ее яркими лучами солнца, пением птиц, мимо мчатся мотомобили, ребятня гоняет голубей по улице. Аркалия спокойной походкой отдаляется от особняка Роз, в баре ее ждет интересная встреча.       Аркалия скрывается в ближайших дворах — надо сменить внешность и двигаться дальше. Куртизанка прикрывает глаза, представляя новый цвет волос и глаз, когда ощущает удар под дых. Она губами хватает воздух и падает на колени, из рук у нее выпадает сумка. — Где пузырек?! — разъяренно шепчет женщина.       Аркалия ощущает, как горят легкие.