Чёрное солнышко

***

Шла неделя. Шла быстро. Юра каждый день наблюдал за поведением паренька. В масштабе дней он вел себя неизменно. Что-то делал, иногда выходил гулять. Но в сравнении с прошлым годом он поменялся кардинально. Давно можно было это заметить, но Юра, почему-то, не уследил. Он даже сам почти перестал спать, его руки начали немного дрожать, из-за чего работать он не мог. Сене он об этом не говорил, просто уходил иногда из квартиры под предлогом клиентов и работы, а сам сидел где-то на окраине города и курил. Пока что ни к кому, кроме Даниэля, за помощью он не обращался. Время сильно близилось к четвертому числу, а Юра места себе не находил. Он старался не трогать Сеню лишний раз, в конце концов, тот занимался своими делами, выглядел почти здоровым. Он знал, что скорее всего, Сеня не захочет праздновать свой день рождения как-то обширно, но определенно захочет провести этот день с Лерой, Женей и Эдом. Так, в принципе, и произошло, вот только Сеня все же позвал и самого Юру тоже. Тот, конечно, согласился, ибо знал - ребята очень вероятно пойдут куда-то выпить, и не дай бог Сеня снова набьет себе еще какие-то татуировки или что-то проколет. Поэтому Юра большую часть молча слушал, иногда отвечал анекдотами на анекдоты, следил, чтобы Сеня не прыгнул на рельсы или под машину. Сеня почти все время крепко держал его за руку, он был бодрым и веселым. Лера подарила ему какие-то скидочные карты, среди которой оказалась даже одна в аптеку, сколько-то денег, чехол для телефона, правда, разбитого.. Женя с Эдом скинулись на фарфоровые фигурки котят и даже купили какую-то открытку не по акции, вложив в нее пару тысяч. Сеня всем был доволен, он смеялся, его глаза блестели… когда они забрели на рынок на удельной, Юрка отпустил его. Паренек метался от прилавка к прилавку, смотрел то на одни, то на другие вещи… Юра стоял в стороне и улыбался. Он знал, что это на один день. Знал, что это ненадолго, но все же, антиобсессивные с прошлого года и пара других вещей из Юриного личного шкафа, которые Сеня неосознанно принимал в течении последней недели, отлично справились сегодня. Завтра, наверное, у парня будет сильно болеть голова. Но это того стоило. Все что угодно стоило того, чтобы Сеня испытывал восторг даже от таких мелочей. — а ты чего остался?— Лера подошла к нему — а зачем уходить? Отсюда все вижу. — что ты ему подаришь? — не знаю,— проговорил Юра, улыбаясь,— наверное, серёжки какие-нибудь. — дорогие какие-то, зная тебя? — посмотрим. Как там квартира моя? — да все в порядке, убираемся. Ничего не разбили, разбивать дорого. — я снижу оплату тебе,— проговорил Васенков,— если пообещаешь поговорить с ним об одной вещи. Лера немного нахмурилась: — хочешь манипулировать им через меня? — не совсем, скорее, не хочу, чтобы ты имела друга в психбольнице. — что сказать?— осторожно спросила Валерия, краем глаза замечая, как Эдик рассматривает очередную жилетку — поговори с ним на тему его здоровья и последствия этого всего. Только не прямо, это будет очень большой ошибкой, он подумает, что ты считаешь его психом, и закроется. Поэтому аккуратно спроси его, как он себя чувствует, ощущает, не думал ли он, что могло быть лучше, а вот это всё вообще опасно… вот это все подобное. Сможешь? Лера задумалась. Юра выжидающе и тревожно смотрел на нее сверху вниз. Наконец, девушка поправила волосы, вздохнула и проговорила: — я попробую, ладно. Но мне кажется, все не так плохо, вон, смотри как бегает. — обычно не так. Спасибо большое в любом случае. Оплату снижу. Лера улыбнулась, Юра улыбнулся в ответ. Девушка отошла к своим друзьям, обняв их обоих за плечи, они вместе рассматривали виниловые пластинки и перьевые ручки. Они выглядели так по-питерски, особенно Лера с Женей. Эдик тоже выглядел как Питерский, но как Питерский солевой наркоман. Сеня все еще рассматривал что-то. Юрка подошел к нему, положил руку на плечо: — чего смотришь? — вон, рубашки, смотри, какие хорошие. Хлопковые. Думаю о них. — купить? — ой, а можно? Да, давай! — без примерки, прямо так? А если не подойдет? Сеня поморщил нос - не хотелось переодеваться на улице в ноябре у всех на виду. Юра это тоже прекрасно понимал, потому просто оплатил рубашку без лишних вопросов. — неужели не жалко денег?— спросил брюнет, уходя вглубь рынка — не сегодня. Двадцать лет, юбилей. — пиздец конечно, слишком быстро старею. — ага, я помню, когда мы встретились, тебе не было восемнадцати еще,— Юра улыбнулся,— смешной такой был. — сам такой, ты вообще выглядел как наемный убийца. Смотришь всегда так, дрожь берет. — ну прямо всегда. — да-да, прямо всегда. Юрка фыркнул. Сеня снова взял его за руку, таща к очередному прилавку с подвесками. Юра не сопротивлялся, он готов был хоть последние деньги отдать сейчас. Ему так нравилось смотреть, как Сеня улыбается, пусть у него и выступали вперед клыки и потрескались немного губы, все равно. — а ты покушать никуда не хочешь зайти?— спросил Юра через время — я думаю об этом. Предлагаю поехать часиков в пять в мак, например. Что думаешь? — в Мак?— переспросил Юра с улыбкой,— серьезно? Сеня закивал головой, высматривая себе очередную вещицу: — конечно, почему нет? Я очень хочу туда просто, сто лет там не были! Да и ребята, думаю, согласятся. Отличная идея, мне кажется. — уверен? — две причины против? Юра пожал плечами и все же согласился с выбором друга. В конце концов, ничего они не потеряют. К пяти должно было стемнеть, и они действительно зашли в мак. Сеня сидел у окошка, ожидая свою картошку, и беседовал с Женей по поводу экзаменов. — ..я не думаю даже, что так можно. Сяду выучу, все будет нормально, никаких шпор,— говорил блондин, крутя карандаш в руке — химию сложно сдавать,— парировал Арсений, периодически посматривая на Леру, Эда и Юру, стоящих в сторонке,— там столько взаимосвязанного всего, убиться можно. — да будто история легче. Там одни даты чего стоят, а еще развернутая часть есть. — ну да,— согласился Сеня,— есть. Там просто за два-три года постоянного повторения уже помнить начинаешь.. вообще я писал как-то на «отъебись», как знал, что не нужно будет… я изначально вообще не хотел историю сдавать. — ну так а мне нужно, я ж из Воронежа в столицу и в мед.. У нас как минимум все дешевле, от коммуналки до тампонов. — а в чем ко мне претензия, ты, мне кажется, перепутал. Ты же доказать пытался, что химия легче истории? — так и есть. Сложнее истории, мне кажется, только литература. Как Лера её сдала я не знаю, она, кстати тоже. Ты загугли, там вообще все говорят, что это два самых сложных предмета… Он прервался, закашлявшись. Сеня долго наблюдал, как он кашляет, прикрывая рот рукавом, после чего спросил: — как здоровье?.. — да нормально,— блондин снял очки и вытер проступившие слезы,— держимся. Воспаления нет, уже хорошо, волчанка не обостряется - тоже хорошо. — слушай, а тебе разве не нужно ну.. на учете каком-то стоять?.. — надо, всем таким надо. Я подлежу «обязательному диспансерному наблюдению». — и что оно предполагает?… — много разных анализов и врачей,— мрачно ответил Женя и начал загибать пальцы, — ревматолог, офтальмолог, гинеколог, анализ крови общий, анализ крови биохимический, анализ на липидный профиль.. И прочие. И много препаратов. Не дай бог ухудшится,— улыбнулся он — жестко,— проговорил брюнет, и помахал Юрке, который наконец получил заказ Дальше поговорить про медицину и болезни уже не получилось, ибо ребята пришли с едой и начали развивать новые, другие темы. Юра наблюдал за всеми необычно пристально. Но все было в порядке, никто не спросил ничего тревожного, никаких катализаторов не было. В основном говорили про учебу, работу и Питер, иногда отвлекаясь на обсуждения какого-нибудь картофеля или клубники. Поскольку был уже ноябрь, за стеклами здания было холодно и темнело быстро, окна запотели, Сеня что-то на них рисовал. Парнишка вдруг расширил глаза и тряхнул головой, словно бы отгоняя непрошеную картинку. Юрка слегка нахмурился. Но, кажется, это было просто случайное промежуточное действие. Подобных больше не случалось. Он продолжал смотреть, почти не слушая окружающие его диалоги. Сеня под столом слегка пнул его коленку, Юрка опомнился и посмотрел на него. Сеня беззаботно улыбался, подперев голову рукой: — ты чего молчишь все время? — ..а надо говорить?..— немного потерянно ответил Васенков, окончательно растерявшись Сеня улыбнулся еще шире. — ну желательно да. А то как будто ты стул. — а-ага, окей. О чем диалог? — Лера рассказывает про родственников из Тулы. — и что рассказывает?.. — да ничего такого, просто шумные они. Они нечасто приезжают к нам, но этого более чем достаточно,— пожала плечами девушка,— мне тогда приходится делить комнату со своей двоюродной сестрой, потому что моя родная сестра с ней жить не хочет и живет с родителями, пока тетя с дядей спят в её комнате. Нелогично, но ничего не поделаешь. — а что, двоюродная сестра - худший вариант из возможных? — ну вообще да. Она постоянно перекладывает мои вещи, потому что для её вещей места не хватает. Не важно, что она на пару дней приехала, ей обязательно разложить все вещи из своего рюкзака, чтобы он был полностью пустой. И мне даже не почитать ночью нормально - она спит «только в полной темноте». И кошку постоянно достает,— последнюю фразу она произнесла с особой грустью и обидой — очень понимаю тебя,— ответил Юра, заинтересовав Валерию,— когда брат был жив, а я жил в Питере, ко мне периодически приезжали две его сестры одиннадцати и двенадцати лет. Одна тащилась по косметике и постоянно ходила с очень яркими стрелками, вторая романтизировала психологические заболевания и убийц. И жили они со мной, потому что у меня был диван, у меня был компьютер… особенно когда я переехал, у меня же тогда вообще целая своя квартира появилась. Про кота очень понимаю, он как только появился у меня - я сразу подумал, что надо бы его морально к ним готовить. — а что значит «когда был жив»?.. — ну сводный брат, претендовал на квартиру, недавно умер. Один раз мы с ним сделали что-то без конфликтов - волосы покрасили. А так всегда конфликты. Мы не были близки, забей. Сеня слегка нахмурился, и, пытаясь вслепую воткнуть трубочку в стаканчик, спросил: — а его родственники не приезжают больше? — не, давно нет. Это уже его сводные сестры, но от другого брака того мужчины. Сложно, забей. Никто в мою квартиру не вломится и делать тебе прически не будет. — ну-ну, не дай бог,— проговорил брюнет, поправляя волосы Юра рассматривал его ногти. На этот раз они были матовыми длинными и черными, однако на безымянных пальцах красовались бледно-розовые маленькие сердечки. Он осторожно дотронулся до одного из ногтей, Сеня, улыбаясь, тихонько сжал ногтями его кисть, чуть чуть царапая. — где ты ногти делаешь?— спросил Женя, тоже заметив маникюр парня — дома,— ответил мальчик, открывая свободной рукой пирожок с вишней — ебать, сам?— переспросил блондин, наклоняясь поближе, чтобы рассмотреть получше,— так ровно?.. — я на курсы ходил, когда учился, потом подрабатывал, опыт есть. Левой рукой умею тоже, так что.. — жестко.. но там же деньги на это все нужны, наверное?.. — конечно нужны,— проговорил Юрка, постукивая пальцем по косточке на запястье парня,— неоправданно дорогие эти лаки, на самом деле… но чего уж не сделаешь. Пупок он тоже за мой счет прокалывал. Но тоже непонятно зачем. — а тебе вроде всегда очень нравилось,— заметил Арсений, сощурив глаза, на что Юра улыбнулся и кивнул, подтверждая его слова Просидели они в помещении еще недолго, дальше зашли в магазин, Эдик с Лерой и Сеней купили по пиву, Юрка взял сидр и пополнил запас сигарет очередной пачкой «Harvest cherry», Женя решил сохранить остатки убитых волчанкой почек и не восстановившихся до конца после болезни легких и не взял ничего. Они гуляли где-то по удельной, пили, рассказывали анекдоты, Юра иногда рассказывал истории из студенческой жизни, Эдик вспоминал, что происходило раньше в Воронеже, Сеня, как всегда, говорил про аборты в средневековье. Часам к одиннадцати наконец решили расходиться и больше не пить, ибо Эд уже не осознавал систему координат, в которой находится, и Женя с Лерой, попрощавшись с ребятами, смеясь, потащили его под руки наверх по лестнице. Юра проводил их взглядом. — забавные у тебя друзья. Поедем домой? — а есть варианты? — хочешь, можем погулять немножко по городу, по мостам или дворцовой, например,— предложил Юрка — конечно! Давай, поехали быстрее!! Сеня схватил его за руку, и побежал к машине. Юра, придерживая легкий полупрозрачный черный шарф, едва поспевая за ним. Он отвез его всего за десять минут до дворцовой, Сеня тут же выбежал из машины и замер. Он восторженно и ошарашено смотрел то на колонну, то на отражение света зданий на камнях на земле, то на сами здания… наконец, он медленно прошел несколько шагов поближе, затаив дыхание. Юра наблюдал за ним, облокотившись на машину. Парнишка задрал голову, рассматривая то ли небо, то ли колонну. Он был похож на ребенка. Помимо них было еще несколько человек, некоторые туристы, кто-то даже с детьми. Они все двигались, медленно или быстро прохаживаясь по земле, отстукивая каблуками обуви мерные шаги, а Сеня стоял, словно приклеенный к одному единственному месту. Юрка подошел к нему, обнимая за талию: — ну что? — все как рассказывают,— проговорил Сеня, и перевел глаза на кавалера,— ты живешь всю жизнь в пешей доступности до этого места и не ходишь сюда каждые выходные? Его глаза словно бы искрились, он выглядел таким пораженным.. Юра снисходительно улыбнулся: — нет. Когда живешь тут всю жизнь не очень хочется так часто смотреть. Но ты можешь приходить сюда хоть каждый день, никто не запрещает. Юра сел на поребрик, Сеня сел рядом с ним. Васенков обнял его за плечо. — у тебя так красиво в Питере,— проговорил брюнет,— не верится, что я тут уже год живу. Как будто и не было ничего до этого.. — привыкай. Я, кстати, тебе не подарил ничего сегодня,— вспомнил Юрка и протянул ему небольшой шелковый мешочек,— держи, решил, что золота у тебя не так много, как серебра. Сеня аккуратно взял из его рук мешочек, так же аккуратно раскрыл, и долго рассматривал длинные сережки, заканчивающиеся на концах небольшими ажурными солнцами, украшенные по длине тремя светлыми камнями. — и кольца,— подсказал Юрка Паренек, осознав, что достал не все, аккуратно вытащил пару колец, про которые говорил еще месяц назад, но про которые они оба, казалось бы, успешно забыли. Он молчал, а потом тихо спросил: — дорогие?… — не скажу. Ну, будешь носить? — конечно! Боже мой, Юра, такие сережки чудесные, откуда? — на заказ. А кольца подходят? Сеня кивнул, и аккуратно сложил все обратно - дома сложит в коробочку к остальным украшениям. Он неловко улыбнулся и наконец обнял Юрку, едва не плача: — спасибо большое, боже мой, Юра.. — не за что. С днем рождения,— улыбнулся Юра, и поцеловал его в лоб,— тебя из родственников поздравил кто-то? — ага, родители денег скинули, бабушка тоже поздравила. Некоторые знакомые тоже. А в лоб покойников целуют. — дурак ты. Сеня рассмеялся и взял его за руку, рассматривая здания на площади издалека. Юра смотрел куда-то вперед на небо. Ему очень хотелось спать, но и остаться тоже. Пока мозг засыпал, сам он остался сидеть еще до полуночи, пока Сеня сам не задремал у него на плече. Но слава богу, на руках нести его было не тяжело, так что. что до машины, что до квартиры, Юра донес его одинаково быстро.