Чёрное солнышко

Сеня знал это место, он тут был трижды. Юра там работал, но сегодня, кажется, почти никого внутри не было.  — ты тут работаешь,— заметил Арсений, перешагивая порог  — да, работаю,— Юрка снял пальто, подошел к Герману, сидящему неподалеку на диване, что-то сказал. Они оба обернулись в сторону Арсения, тот отошел в угол. Недолго поговорив, Юра кивнул головой и вернулся, взял Сеню за руку и открыл ключом дверь.  — чего такое, Юр? Что ты делаешь?— Арсений осматривался, пока Юра шарился по полкам  — хочу нарисовать кое-что на тебе,— Юра глянул на него через плечо,— можно?  Сеня пару секунд осмыслял сказанное Юрой, а потом кивнул головой и проговорил, немного запнувшись: — да, б.. без проблем. А что делать хочешь?..  Юра лишь улыбнулся. Сеня наблюдал, как он меняет иглу и надевает маску.  — кое-что небольшое на твоем запястье. Ничего такого, не бойся, моего имени там точно не будет,— усмехнутся он, Сеня засмеялся,— ты хотел еще что-то на шее, кажется?  — да, хотел.. а это вообще.. это правильно? Я без денег, ты тут работаешь, это…  Теперь уже Юра засмеялся. Он указал Арсению на кресло, попросил положить руку ладонью вверх, сел рядом с ним, продезинфицировал его кожу, нанес эскиз. Сеня смотрел на него. Его волосы были собраны в хвост, на руках были черные перчатки, он аккуратно дотрагивался до кожи на запястье парня. Юра взял в руки машинку, на секунду они пересеклись взглядами, Юра начал работать.  — что ты рисуешь?— спросил Сеня, смотря на его руки  — тебе не видно? Я уже почти закончил на самом деле.  — я, если честно, больше смотрю на твои руки, а не на свои,— признался Сеня,— так быстро? Что это?  — точка с запятой,— Юра отложил машинку, накрыл свежее тату пленкой Сеня согнул руку, разглядывая рисунок. Это и правда была точка с запятой, совсем небольшой и никак не стилизованный рисунок, просто черные точка с запятой. Сеня перевел взгляд на Юру, немного подняв брови. Юра тоже пару секунд смотрел на рисунок, затем выпрямился и спросил: — шею сейчас будем делать, или лучше на другой день перенесем?  Сеня захлопал ресницами, немного приоткрыв рот. Он же никогда не видел, как Юра работал, как общается с клиентами в профессиональных рамках. Юра улыбнулся, как будто прочитал его мысли: —  Так что, сейчас делаем? Сень? — да, конечно. Давай. Прости, забылся немного..  — хаха, ладно. Что-то определенное хочешь?  Сеня пожал плечами, затем попросил Юру сделать что-то на его вкус. Юра согласился. Он некоторое время рассматривал шею Арсения, затем некоторое время копошился в стороне.  — ты не хотел раньше мне бить на шее ничего,— заметил Сеня, рассматривая свое запястье и аккуратно тыкая в него пальцем,— что-то изменилось? Ты теперь умеешь что-то новое? — нет, просто ты мне очень нравишься. Подними голову,— Юра продезинфицировал его кожу, приложил к шее специальную бумагу, нанося эскиз  — это причина, по которой ты решил сделать или не делал? — и то и другое. Уверен, что сегодня доделаем? Больно бить татуировки на шее, особенно в этом месте. Неприятно будет.  Сеня лишь улыбнулся, кивая головой. Юра пожал плечами, включил машинку. Он максимально аккуратно выводил контур тонкой линией. Он боялся сделать Сене больно и немного боялся потерять контроль над собой. Сеня лежал, подняв голову и глубоко дышал, иногда дергался и вздрагивал, за что получал строгое «ну». Юра закончил забивать контур и потянулся поменять иглу.  — что там? — Сеня повернул на него голову  — рядом с тобой зеркало лежит, глянь, если хочешь. Больно?  — необычно. Чувствительно,— Сеня приподнял голову, держа зеркало перед собой,— это солнце?  На его шее, ближе к ключицами был виден тонкий контур солнца с длинными изогнутыми и тонкими лучами. Само солнце не было большим, но лучи красиво изгибались и расходились далеко по шее.  — да. Щас забьем, и я закончу. Тут не очень долго,— Юра подтолкнул его в груди, чтобы парень вновь принял положение лежа — Оки.. почему солнце?— Сеня лег обратно, Юра снова сел к нему и продолжил работать  — ох, даже не знаю, как сказать… метафорами можно разговаривать?  Сеня усмехнулся и сказал, что можно. Юра говорил медленно, чтобы не испортить работу. Он чуть ли не дословно пересказал ему свой внутренний монолог и мысли, начинался с того, что каждое солнце светит. Он долго говорил, каким человеком Сеня являлся для него, что в нем было особенного… заключил он, сравнив Сеню с Солнцем, а точнее - с солнышком, которое он, к слову, доделал.  —…вот так, и получается, что ты стал моим черным солнцем.. солнышком,— Юра накрыл татуировку пленкой, отложил инструменты и снял перчатки,— я захотел как-то это.. ну, увековечить, что ли.. я закончил, ты можешь смотреть.  Сеня сидел неподвижно. Юра улыбнулся, осознав, что его слова сильно смутили парня.  — ты это все серьезно говорил?— спросил Арсений, встав на ноги и распустив волосы  — конечно. Не веришь?  — ну, ебать, пытаюсь.. ой, аж дыхание перехватило..  — да ну, брось. Поехали домой , нам больше нечего тут делать. Поверь.  — поцелуй меня,— вдруг сказал Сеня, подходя ближе. Юра взял ключи со стола и улыбнутся, убирая ему прядь волос за ухо: — на улице давай. Тут камеры стоят, мне будет неудобно потом перед Герой. Он, все таки, в выходной меня пустил. Сеня согласился. Они вышли из комнаты, Юра закрыл дверь на ключ и отошел, а Сеня подошел к зеркалу. На его шее действительно теперь был рисунок черного солнца. Красивый, какой-то очень ажурный и немного готический. Юра был прав - бить тату на шее было намного чувствительнее, чем на руках. Но учитывая смысл, вложенный в рисунок, атмосферу и обстановку, в которой он был нанесен, это становилось не важным. Сеня поднял голову выше. Самые длинные лучи слегка не доходили до углов его нижней челюсти, заканчивались они совсем тонкими. Само солнце было совсем небольшим, и действительно больше выглядело как солнышко.  Юра вернулся, надел пальто, они вышли на улицу. Небо окончательно потемнело, дул ветер. Они дошли до машины, но внезапно Сеня дернул Юру за рукав, пока тот не успел открыть дверь. Тот обернулся, Сеня крепко сжимал ткань в пальцах.  — поцелуй меня. Пожалуйста.  Разве это было так важно? На самом деле, более чем. Как минимум потому, что обещания надо было выполнять, а максимум нельзя было обозначить. Было столько причин, чтобы поцеловать друг друга, стоя на стоянке, и столько из этих причин были особенными для каждого из них. Разве мог ветер или дождь им помешать? Разве что только в качестве дешевой отговорки, в которой никто не нуждался. Потому Юра слегка приподнял парню голову и поцеловал его. Как будто в первый раз, неуверенно, аккуратно. Они оба ощущали, что это событие было каким-то особенным, но не понимали почему. На деле же это как бы ознаменовывало новый период жизни, а может, целую новую жизнь. Жизнь, в которой они оба будут счастливы.  В которой Сеня станет наконец счастливым, пусть и проходя множество сеансов психотерапии и будучи всю жизнь привязанным к таблеткам. В которой Юра сможет спокойно уходить на работу без страха, что Сеня себя покалечит, и больше никогда не испытает того, что испытал полтора месяца назад.  И он будет приходить каждый раз домой зная, что он не будет там один и что кто-то его там ждет. И он будет жить там и дальше, трепетно оберегая свое хрупкое и единственное Черное Солнышко.