Любовь в янтаре

      Это пожирало меня с каждым днём всё больше и больше. Я чувствовал, как умираю внутри. Вероятно, настоящая смерть тоже не за горами. Тёмный Лорд определённо найдёт причину избавиться от меня и от моей семьи. Но мне нужно протянуть хотя бы ещё немного, чтобы найти спасение. Чтобы спасти их. Но, если всё пойдёт ужасно, единственное, чего я хочу: видеть её янтарные глаза, в которых отражается любовь.       Находясь на стороне пожирателей, цель которых уничтожить грязнокровок, я умудрился влюбиться в одну из них. Но она не такая как все.       Нет. Она определённо особенная.       Я не был бы самим собой, если бы не отрицал это. Но это было раньше. Сейчас нет. Но в любом случае никому не нужно знать. Из-за этого моя семья и она могут оказаться в опасности.       Мне лишь остаётся наблюдать, как переливаются на осеннем солнце её золотые кудри. Аккуратные пальчики перелистывают страницы книги, которую она так жадно изучает. Она вся излучает тепло и комфорт, которого мне так не хватает. — Малфой, хватит пялиться, заметят, — вырвал меня из раздумий Блейз. Он, пожалуй, единственный, кто знает о моём помешательстве. Другие не поймут. Возможно, он тоже не понимает, но не осуждает. Это мне и нужно. Поддержка. Он ни разу мне не сказал по поводу метки, которую я получил в начале года. Прелесть. — Как ты? — Как я? — медленно отвернулся от гриффиндорки. — Жив и всё также в дерьме. — От матери вестей нет? — я покачал головой и опустил взгляд. Этот безносый ублюдок поселился в моём доме. Хотя, я сомневаюсь, что дом мой, после того, как он его оприходовал. — Ты уже придумал, что будешь делать с заданием? — Нет, Блейз, давай не сейчас, — я поднялся с земли, на которой сидел последний час во дворе школы, провожая последние тёплые дни в этом году, иногда смотря за Грейнджер. И, конечно, я проторчал на этом чёртовом месте час не из-за неё. Просто хотел погреться на солнце. — Ты же знаешь, что не можешь просто следить за ней? Скажи ей. Или переставай себя так вести. Вислый и шрамоголовый скоро заметят. И поверь, им точно хватит мозгов на мысль о том, что ты хочешь её убить, учитывая, на каком ты факультете, — лицо Забини было расслаблено, возможно, был даже намёк на улыбку, если бы не напряжённый до предела голос. Я растерянно кивнул.       Поднявшись, я последний раз посмотрел на золотую девочку, которая пристально смотрела в нашу сторону. Я напрягся, но взгляда не отвёл. Спустя пару мгновений, она сконфуженно отвернулась, смотря в противоположную сторону.       В груди что-то болезненно ёкнуло. Я пошёл с Блейзом на трансфигурацию. Сегодня у нас совместных пар нет. Увижу ли я её на ужине?..       ***       Прошло несколько месяцев. Я старался не подавать виду, что могу хоть что-то испытывать к Грейнджер. Но сам не мог не заметить её взгляд, направленный в мою сторону. Я мог бы сказать, что я помешанный и у меня галлюцинации. Но это заметил и Блейз. Который в последнее время то и дело приводит меня в места, в которых есть Гермиона.       Ещё этот Поттер, который гоняется за мной, как бешеная фанатка. Конечно, я знаю, о чём он думает. Что я чёртов пожиратель смерти. И он ведь прав. Как бы я хотел, чтобы у меня не было этой отметины на руке. Чтобы я мог спокойно быть с той, кого люблю.       Отвратительные надежды никогда не сбываются. И я с радостью избавился бы от них. Но здесь даже окклюменция не помогает. Когда я вижу её, весь остальной мир перестаёт существовать.       Уроки истории никогда не были моими любимыми. Я всегда на них слишком много думаю. Ещё и с гриффиндорцами. Комбо.       Она сидит на второй парте с Поттером. Тот то и дело заглядывал к ней в тетрадь, делая различные пометки. Грейнджер же не обращает на него никакого внимания. Она медленно крутит перо между пальцев, закусывая губу. Мне бы стоило отвернуться, потому что член уже колом стоит, но я продолжаю смотреть за её плавными действиями.       Будто почуяв на себе моё внимание, она поворачивается, приподнимая вопросительно одну бровь, а я в ответ ухмыляюсь. Гермиона продолжает смотреть. Это замечает Поттер и убийственно смотрит на меня. Я ухмыляюсь еще шире и с вызовом смотрю на него.       Теперь наши переглядки замечают все. — На тебя смешно смотреть, грязнокровка. Отвернись и смотри в свои конспектики. Больно смотреть на твоё гнездо, — зло прошипела Пэнс справа от меня. Я проигнорировал её слова. — Тихо, мисс Паркинсон, — сказал профессор, на которого никто особо не обратил внимания. — Я уверен, у Грейнджер просто резко появилось желание нас отшлёпать за то, что мы слишком неаккуратно пишем или недостаточно внимательно слушаем, — весело сказал Нотт, сидя передо мной. — Я не против, чтобы я её отшлепал, — хохотнул кто-то сзади.        Уши шрамоголового аж покраснели от злости, но Грейнджер держала его за руку, чтобы он не сорвался. Чёртова Грейнджер держала его за чёртову руку. Я медленно выдохнул. — Фуу, — брезгливо протянула Пэнси. — Это же отвратительно! Она уродливая и грязнокровка, что ещё хуже. — Молчать, — зло выдавил Бинс. — Минус 10 очков слизерину. Все записывайте конспект.       Кто-то ещё иногда посмеивался сзади, а я со злостью сжимал идиотское перо, представляя на его месте шею Поттера. Какого хера она так держала его за руку?       Гермиона всё ещё смотрела на меня, когда я поднял взгляд, оглядела и отвернулась.       ***       Я уже несколько раз пытался убить Дамблдора. Я испытываю к себе полное отвращение. Хуже всего было с девчонкой Белл. Я чуть не убил её.       Сегодня она возвращается. Я не знаю, как это выносить. Я не знаю, как себя вести.       Пока я шёл до Большого зала, я тысячу раз подумал о том, чтобы не идти на обед. Но это, вероятно, будет подозрительнее всего.       Я вошёл и вот, Белл и Поттер. Стоят посреди зала и мило болтают. Она первая заметила меня и застыла. Повернулся Поттер.       В голове забила мысль: «Они знают. Они знают. Они знают»       Я сглотнул, развернулся и быстрым шагом пошёл в туалет Плаксы Миртл.       Я захлопнул дверь и стянул с себя жилет. Умылся и посмотрел на себя в зеркало. Я уже не тот. На меня смотрит совершенно другой человек. Из глаз полились слёзы. Я со злостью ударил по стеклу. — Я знаю это ты, Малфой, — раздалось сзади меня.       Я обернулся. Поттер. Ну, конечно же. Кинул какое-то безобидное заклинание и попытался скрыться, но шрамоголовый посылал проклятия одни за другими. Я пытался отбиваться, перебегая из одного укрытия в другое, я услышал: — Сектумсемпра!       Меня поразило заклятие. Я упал посреди туалета для девочек, медленно истекая кровью. Кто-то ворвался к нам и начал что-то говорить, но я уже не мог различать голоса. Несмотря на боль, стало так хорошо и спокойно.       Кто-то поднял мою голову, я открыл глаза, но всё отчаянно плыло. — Боже, Малфой! Я. я не знаю контрзаклятия, — девчачий дрожащий голос. Грейнджер. — Пожалуйста, пожалуйста, держись, — умоляла она меня.       Я лишь видел эти золотые кудри, янтарные глаза, из которых лились слёзы, красивые пухлые губы, которые исказились в гримасе боли.       Я, наконец, почувствовал удовлетворение и покой. — Ты такая красивая, — прошептал я.       Веки тяжело опустились, но перед глазами всё ещё стоял образ Гермионы Грейнджер.       Я умер счастливым.