У вас тоже есть недостатки!

Лера села на диванчик, рядом с Олег, который беседовал с Сережей. Увлеченно беседуя, не тот, не тот не заметили присутствие Макаровой в комнате. Сидела она, потому что Разумовский попросил ее задержаться на несколько минут, не говоря — зачем. — Чем она тебя не устраивает? — интересовался Олег, поправляя свое сидячие положение, выпрямляя спину. Сережа тяжело вздохнул, отвернулся от Волкова и схватился за ручку чайника, отвечая на вопрос: — Она не умеет убивать, знаю, утверждал что это не важно, но иногда — важно. — бесцеременно диктовал мужчина, уже с кипятком в руках разворачиваясь к наемнику. Леру окатил страх. Вот так просто, он избавится от нее, потому что она не умеет убивать людей. Перестанет выплачивать долги, Кирилла в тюрьму, а саму девушку — на улицу, где ее теперь, будет ждать опасность со всех сторон. В горле держался ком, и единственное что она могла сделать — это возразить: — У вас, Сергей, тоже есть недостатки! — задыхалась Лера. Олег повернул голову, что бы лицезреть человека, который ткнул Сережи в наличие в нем недостатков. Сам Разумовский выглянул из-за Волкова, так как он спиной загоражал Леру. Колени Макаровой неприятно трясло. Страх поразил ее тело одним толчком, проходился по спине, мурашками, а по пальцем онемением. — Какие же у меня недостатки? — акцентировал свое внимание Сережа на слове "меня". Глаза загорелись огнем, а уголок губ дернулся вверх. Лера притупилась, а потом воодушевленно выпалила: — Их много, на листке не упишешь. — сглотнула она. Олег удивленно смотрел то на трясущиюся от страха Леру, которая пыталась выйграшно смотрется в этой ситуации, то на Сергея, который с азартом смотрел на Леру. — Вы что дети? Серый, угомонись, какие недостатки? — хрипло твердил Волков, с жалостью смотря на девушку, которая без надеги следила за передвижениями Разумовского. Сережа упархал куда-то, в совершенно другую комнату, не слыша натации Олега. — Я надеюсь он не за пистолетом пошел. — с опаской кидала туда взгляды Лера — Я тоже. — кинул наемник. Вернулся неся что-то в руках. Оказывается нес два чистых белых листа и две ручки лежащие повверх одного из листов. Сережа улыбался противно довольно, следя за Леркой. — Давай, пиши, — он кинул лист на столик, протянув Лере ручку. — я тоже напишу, твои недостатки. Макарова подняла удивленные глаза на Разумовского, который на полном серьезе держал ручку в руках, готовясь начать писать все недостатки девушки на листе бумаги. Протянув горячую руку, она взялась за кончик ручки и потянула на себя, Сережа быстро отпустив предмет, начал отдаляться в сторону кухни. *** — Прекратите это, ну смешно же, два взрослых человека пишут недостатки друг друга. — Олега наскучило сидеть молча, а если он что-то изредко и говорил, — ответа не получал. Лера вошла в азарт и расписалась чуть ли не на весь лист. Написала все, что думает о Сергее, о каждой его ошибке, о недостатках. Зло заканчивала слова, ужасно громко ставя точки и запятые. Сжала челюсти и четко смотрела в лист, не куда более, даже боковым зрением не замечала Олега, который цокал на каждое слово Леры. Заканчивая свое творение в конце приписала: " Вы вообще убийца! " Сережа не старался как-то обидеть Макарову, и исписать весь лист, как сделала она. Но пару-тройку раз что-то все таки вывел черной ручкой. Олег махнул рукой на обоих и мучительно встал. Немного постояв, что бы ноги привыкли, сначало кинул взгляд на листок Леры — на нем живого места не осталось, последние строки шли не друг друга из-за закончивающегося места. Потом, пройдя несколько шагов заглянул в лист Сережи. Цокнул и похлопал Серого по спине. Разумовский отдернул руку Волкова и замотал головой. — Пока, Валер. — кинул на прощание мужчина. — Ага, — промямлила Макарова. Сережа постояв еще немного, подтвердил: — Я все. Лера, доводя последний кручок, подняла голову на стоящего к стойки Разумовского: — Я тоже. Рыжий неторопливым шагом прошелся к девушке, уверенно держащей лист в руках, слегка прижав его рукой, что бы с обратной стороны он выглядел не таким уж, и заполненным. Сев рядом, тыльной стороной положил лист на кофейный столик, и закинув руку на спинку дивана, начал ожидать Леру. Макарова подождала пока Сережа закончит, положила лист на столик, рядом с листом Сережи, но так, что бы они не пересекались. Как только лист коснулся столика, Разумовский сразу потянулся взять его и прочесть. Стянув бумагу за край, развернул его к себе и бегло прошелся по строкам. — Почерк у тебя все же, — запнулся он, — врачебный. Лера прокашлялась, полажив руки на колени, следила на переменчивыми эмоциями на лице Сергея. Тот то удивлялся, то даже давал себе улыбнуться. — Смешно, конечно. — процитировал мужчина. Девушка сжала губы и кинула взгляд на его листок, который до сих пор лежал на столике, не тронутым. — Прочитай, пожалуйста. — кивнул он на бумагу. Макарова закусила щеку, недоверчиво гляда на лист, но осмелившись взять его, протянула руку. Долго ей читать не пришлось, одна строка черного цвета явно выбивалась из белого листа, нечего более. Эмоции быстро сменились на ее лице. От опасений и спрятанного глубоко страха, до стеснения и удивления. На бумаге красовалась фраза: " Единственный твой недостаток — ты не моя. "