Кажется это уже надолго

Зима, минусовая температура и семь уроков. Как итог, домой они идут в восемь вечера. — Да блять, я форму в кабинете оставил, — устало вздыхает Чуя, когда они уже отошли от здания школы на приличное расстояние. — Забей, завтра заберёшь, — отмахивается Осаму. Под ногами хрустит недавно выпадший снег, отражая оранжевый свет фонарей. Голые, серые деревья, добавляют мрачности тем переулкам, по которым они сейчас идут. На улице ни души, да и кто кроме школьников в такой мороз из дома выходить будет. Пытаться приподнять шапку вверх бровями, вместо того, чтобы как нормальный человек, поправить руками, уже как смысл жизни. Они оба в побитых жизнью пуховиках, у Дазая так вообще шарф, который завязан так высоко, что неприятно щекочет нос, но без него он моментально превратится в ледышку. Осаму и в жару холодно, а тут минусовая температура. — я сегодня у тебя остаюсь, мать всё равно на работе, а у тебя хоть обогреватель есть и в рабочем состоянии, — сказал Чуя и цыкнул, увидев как нужный им автобус, уезжает. — ладно, но пледы с тебя, — они встали у пустой остановки и, в тишине, ждали автобус. Дазай переминался с одной ноги на другую, пытаясь согреться, а Чуя просто втыкал в пустоту. Автобус ждать ещё примерно минут десять, а Осаму, по ощущениям за это время окончательно замёрзнет. Им ещё сегодня как то надо сделать то бесконечное количество домашки,которое им задали к завтрашнему дню, у них как никак ведь ОГЭ на носу, а хотя бы на проходной балл сдать надо. Нужный автобус приехал спустя пять минут, отдав кондуктору деньги за проезд они сели на свободные места. Ехать было ещё пол часа, так что Дазай почти сразу вырубился у Чуи на плече и похуй что подумают те полтора человека, которые едут в этом автобусе. Они слишком устали, чтобы думать о чём то, кроме того как прийти домой и утонуть в горе одеял и чужих, но таких родных рук. Остальные пол часа прошли в тишине, только лишь Осаму сопел под ухом, пока за окном мелькали серые пейзажи. Когда автобус остановился на нужной остановке, из него вышел полумёртвый, полусонный Дазай и Чуя с максимально заебавшимся лицом. Жили они в соседних домах, так что часто ходили друг к другу домой и устраивали ночёвки. В квартиру Осаму они завалились к половине десятого, уставшие и жутко голодные. Открыв холодильник они обнаружили, что им нужно идти в магазин, так что пришлось снова одеваться как капуста и выходить магазин за чебупелями и «бич пакетами». За плитой как всегда стоял Осаму, так как Накахара не умел готовить от слова совсем и рисковать сохранностью квартиры никто не хотел. По итогу они переоделись в домашнюю одежду, придвинули к кровати включённый на полную мощность обогреватель, включили какой то фильм на ноутбуке,закутались в пледы и с тарелками чебупелей и лапши, сидели в обнимку на кровати. Фильм давно закончился,в комнате темнота, которую разрезает лишь свет фонарей с улицы, проникающий через окно, заклеенное на зиму, уже пожелтевшим скотчем. В квартире холод собачий, но Дазаю не холодно. У него под боком сопит единственный человек, который может заставить его искренне улыбнуться. Единственный человек, с которым ему комфортно. Единственный человек, который его понимает и не лезет в душу с вопросами, заставляя закрываться ещё сильнее. И эти чувства взаимны… Впервые в жизни он понимает, что это надолго. Они оба понимают, что это не оборвётся возможно уже никогда. Они слишком прикипели друг к другу, слишком привязались и уже друг от друга не отстанут. Кажется это и называют любовью. Кажется…