А я теплом тебя укрою

С самого утра, день у него задался просто ужасный. Мало того, что у него сломался зонтик, так его ещё и окатили ледяной водой и вся одежда, что сейчас была на нём была полностью мокрой. Локи выругался сквозь зубы, сжал зонтик в руке до побеления костяшек, и не долго думая, швырнул его в ближайший мусорный бак. Какой смысл теперь от этого чёртого зонта, если он банально свою работу выполнить уже не в силах? Чтоб его, и этот день. Убрав мокрую прядь волос со своего лица, что так неприятно липла к коже, мужчина глубоко вздохнул, в попытках успокоиться и не обращать внимание на крупные капли дождя, что били прямо в лицо. Всё хорошо, всё супер. До дома ещё не так много осталось, если ускорить шаги, то в родное тепло можно попасть за какие-то пол часа. Пустяки, правда? Заодно и на такси сэкономит, ведь кошелёк и телефон, он просто-напросто забыл дома. Ветер усиливался, а дождь грозил стать чем-то намного серьёзным, чем сейчас. Наплевав на одежду и ботинки, которые уж точно невозможно было спасти от влаги, мужчина быстрыми шагами направился по дороге в сторону дома, иногда переходя на бег.       — Чёрт, — выдавил из себя бог, еле держа равновесие, и только чудом не падая лицом в огромную лужу. Да тут даже зонт не помог бы! Воды хоть на целый потоп города хватит! К своему счастью, не только он один сейчас бежал и мок, проклиная эту жизнь. Много мидгардцев также в спешке бежали домой. На такси было бы намного лучше. Молодец, оставил кошелёк, а теперь остался на улице! Как итог, прибежал он до башни за рекордные десять минут, весь мокрый, недовольный и кажется, уже больной. Ругаясь сквозь зубы, не жалея ни себя, ни кого-либо ещё в башне, что смотрели на него с огромным шоком в глазах, он дал волю эмоциям, и ругался на чём свет стоит.       — Итак? — осторожно подаёт голос Брюс, прекрасно понимая, что бог сейчас в разговоре не нуждается. Это точно. Но спросить или возможно помочь, он мог. Зная Локи, тот сперва поворчит для вида, кинет убийственный взгляд, как сейчас, и поинтересуется у окружающих, где же чёрт возьми Тони.       — И где этот смертный, когда так нужен? — громко чихнув, ворчливый бог обмана отправился в сторону лифта, интересуясь у Джея о местонахождении Тони. На удивление, тот не был в мастерской, как несколько часов назад. Нет. Старк был в их общей спальне. «Наверное узнал о том, что я промок, и решил встретить меня как положено» — пронеслась мысль в голове, и пока что Лафейсон (он претендует на Старк), почувствовал как сердце трепетно сжалось от одной только мысли, что он сейчас сможет упасть в чужие объятия, забывая этот день как страшный кошмар.       — Ну наконец-то! — вскрикивает Тони, как только тот входит в их комнату. Сам мужчина сидел на кровати, и неотрывно смотрел на дверь, а при виде него, и вовсе подпрыгнул в нетерпении. — Да ты весь мокрый! Ну-ка, давай ко мне! Локи послушно подошёл, и смертный притянув его к себе за руку, усадил на край кровати, заботливо вытирая волосы полотенцем. Скрыть улыбку бог не смог, да и не хотел, если честно. Когда о тебе кто-то заботиться, да ещё и таким способом, то к чему ограничения и холодность?       — Так, молчаливый мой. Джей сказал мне, что ты пришёл весь мокрый. А это значит, что сейчас ты должен довериться мне, и снять с себя всё.       — Что, уже не терпится раздеть меня, милый? — шепчет Йотун, наклоняясь к уху своего человека. Тот, ни капли не стыдясь, только сильнее подался вперёд, хмыкнул в ответ, и сам быстро стянул всё лишнее с любимого, не желая видеть его больным. Но кажется, уже поздно. Локи во всю сопел, а красный нос только подтверждал это. А ведь раньше, Тони искренне верил в то, что боги не болеют. Как оказалось после, когда их отношения стали намного больше, чем просто секс, человек и узнал, что и боги, так же, как впрочем, и все живые существа, болеют. Болеют, но встают на ноги быстрее обычных людей, чей иммунитет настолько слаб, что даже смешно. Одежду с парня Тони снял быстро, но аккуратно. Бог так же делал вид, что всё в порядке, да и вообще, всё под контролем, но человек же не глупый, правда? Он всё прекрасно понимал. Локи трясло, губы его дрожали, а нос и щеки имели с виду приятный, красный цвет. Чих после, смял все сомнения разом.       — Ну-ка, больной наш, сейчас мы проведём для тебя сеанс лечения. — Уложив бога на кровать, и укрыв недовольно сопящего больного одеялом, Тони довольно хлопнул в ладоши. — Джей, закажи нам нужных таблеток.       — Есть, сэр. Лекарства должны прибыть в ближайшие пол часа. Желаете ещё чего-то?       — Нет. Дальше я сам справлюсь. — инженер кинул на притихшего больного взгляд, отмечая его улучшение. Да, он не выздоровел, но хоть от холода трястись перестал.       — Ты уверен, что нам не нужно вызывать ваших Мидгардских лекарей? — мило шмыгнул носом бог, а после, тихонечко чихнул, на несколько секунд спрятав лицо под одеялом. Скрыть улыбку, от увиденой картины, у Старка не получилось.       — Я? Да, я вполне себе уверен. — Тони поцеловал к счастью, не горячий лоб любимого, и хотел было отстраниться, но ему этого не позволили. Локи становился таким невинным, словно ребёнок, и так тянулся к нему. Хмыкнув, человек позволил богу ненадолго прижаться к своей груди, и тот, недолго думая, обнял его за шею, довольно вдыхая.       — Останься. Я уверен, что уже завтра мне станет лучше, — шепчет бог, пытаясь утянуть изобретателя за собой, но тот только увернулся, и уверенно направился в сторону выхода.       — Я быстро. Одна нога там, другая тут, — уверяет Тони, посылая недовольно надувшемуся Лафейсону воздушный поцелуй. Тони и правда старался делать всё быстро. Он отлично знал, что как бы его личный бог не устал, как бы не болел, или ещё что хуже, не был ранен, он всегда дожидался его, и только обняв, мог позволить себе отдохнуть. Изобретатель не знал с чем это было связано, но и не сопротивлялся. После смерти Фригг, матери Локи, бог не находил себе места, и всегда искал компанию Старка. Быстро сварив зелёный чай, и посыпав туда несколько ложек сахара — он точно не считал, ибо чем больше сахара, тем лучше — помешивая направился к двери, сперва забрав таблетки, которые до этого заказал Джарвис. Как и ожидалось, Локи не спал. Он лежал в одеяле, словно рулетик, и только его голова высовывалась из тёплого плена. При виде Тони, идущему к нему со стаканом чая, Локи расплылся в счастливой улыбке. Он удобнее утроился, и немного двинулся влево, кивком головы прося человека сесть рядом с ним. Тони сел, помог приподняться, отодвинул несколько подушек тому за спину, и медленно, как ребенку, не иначе, начал дуть в стакан с чаем, чтобы тот не дай боже, не обжёгся! Лафейсон хихикнул, но послушно пил, светясь при этом так ярко и счастливо, от одной мысли о том, что он кому-то нужен, что его любят, и им дорожат. Его человек был рядом, глядел на него немного обеспокоенно, но ласково, и дул на его чай, стараясь сделать его не таким горячим, какой он есть. Каким любит он, Локи.       — Ну вот, — убрав стакан в сторону, довольно заявил человек, и как только Локи притянул его ближе к себе, кутая в одеяло, хмыкнул, прекрасно понимаю, что и сам впринципе не против сейчас быть плюшевым мишкой. Локи обнимал его крепко, но осторожно, уткнувшись лицом в сгиб шеи и плеча, и никак не мог подавить улыбку. Вот за что ему этот человек? Он никогда не бросит его, никогда не предаст, он самый верный и Локи отчётливо понимает, что единственный кто так был с ним честен, не считая Фригг, это он — Тони.       — Уснул? — осторожно шепчет мужчина, поглаживая больного по спине, — Если нет, то давай мы сейчас примем таблетки, а после, так уж и быть, пошлём весь мир к чёрту, и ляжем спать.       — Только я и ты? Весь день? Смертный, а ты продолжаешь меня радовать.       — Только ты и я, — уверенно кивает Тони, но не тут-то было! Наглый кошак, которого месяц назад подобрал Локи, не пойми откуда, мяукнул, и довольно замурчав, принялся теряется об них своим телом, всем своим видом показывая что и он тоже тут.       — Ты хотел сказать, ты, я и Заразик? — хихикает Локи, поглаживая довольного жизнью котика по голове. Тони кивает и всё-таки принимается за его лечение. Как бы бог не любил это, как бы не относился к столь странному способу поддержания своего здоровья, он молчал. Лучше он будет терпеть и пить горькие таблетки, запивая их водой, чем наблюдать за грустным и встревоженным любимым, который искренне не понимал и не умел ухаживать за больным. Но разве это нужно? Разве то, что он будет лежать рядом, гладить его по голове и спине и шептать всякие глупости в ухо, не есть радость? Под утро Локи будет лучше, и от какой-то там болезни не будет и следа, зато ощущения любви и нежности к своему человеку, никуда не денутся.       — Именно так. — поцеловал развеселевшего бога в носик, а следом ещё и прикусив, изобретатель поднял взгляд на бога, и шепнул, вкладывая всего себя в эти слова, — Люблю тебя, Оленёнок. Локи молчал, но слова были не нужны. Постепенно Локи открывался, сперва немного, потом ещё больше, но для того, чтобы преодолеть все барьеры, ему придется много над собой работать. Тони не нуждался в словах, он прекрасно знал, что тот любит его. О чем и говорили те нежные, влюбленные взгляды, которыми одаривал его Локи каждый раз, когда думал что он, или ещё кто-то в команде, не видел этого.       — А теперь, как я и обещал, мы можем послать всех к чёрту и лежать весь день. Джей, нас для всех нет. Отложи все дела на завтра и да, сообщи всё как есть Пеппер, она должна понять.       — Пеппер предупреждена, все дела на сегодня перенесены. — сообщил Джарвис, а после отключился, не желая им мешать. И правда, их больше никто не беспокоил, и Локи прижавшись к нему всем телом, уснул за считанные секунды, довольный и весь такой милый. Заразик, не долго думая, устроился под ногами хозяев, и замурлыкал особенно громко, всем свои видом показывая как он доволен тем, что сейчас лежит рядом. Поцеловав Локи в лоб, Старк укрыл их одеялом, и, осторожно продвинувшись ближе, так же уснул, надеясь под утро увидеть довольного, и до безумия счастливого бога рядом.