Код Реальности. Исходное значение.

— Пеппер Поттс в сопровождении Стива Роджерса зашла в башню, — оповестила Пятница задумчиво разглядывающих город Джеймса и Морэна. Солдат, слегка оглянувшись, наблюдал, как медленно зарождалась складка между нахмуренных темных бровей, а в голубых глазах столь явно читалось недовольство. Морэн уважал и ценил Пеппер, но матери в ней никогда не видел. Барнс примерно представлял историю знакомства этих двоих, хотя в подробности никогда не вдавался. Ему было достаточно того, что он видел лично. Может быть, Пеппер сперва и отнеслась к мальчику с искренней добротой, не доверяя Тони заботу о пятилетнем ребенке, но так было лишь до поры до времени. Баки усмехнулся, поскольку обычным ребенком Морэна вряд ли можно было назвать. Он его в столь юном возрасте не застал, но достаточно хорошо знал характер парня, его прошлое и то, что успел в него вложить сам старший Старк — «нормальностью» здесь и не пахло. Потому не удивительно, что со временем Пеппер начала отдаляться от тех, кто так сильно отличался от неё самой. — Ты всегда можешь сделать вид, что тебя нет. — Признайся, Джеймс, Стив отдал тебе, несомненно, важное поручение, — слегка растягивая гласные, развивал свою мысль Морэн, на самом деле веселясь от того, насколько вдруг несчастным теперь казался Барнс: — И ты должен был меня задержать, чтобы точно не ушел раньше времени. Так к чему теперь предлагать мне бежать? В тебе проснулся бунтарь? Джеймс на слова Старка отвел взгляд в сторону и приложился к бутылке, силясь спрятать ухмылку: — Я хороший друг. — И хреновый конспиратор. Как тебе после такого доверять важные поручения? — А, казалось бы, за сто с лишним лет мальчик должен был научиться врать, скрывать и подавлять в себе сочувствие. Или вас этому на курсах идеальных убийц не обучали? — Тебя так и вовсе не спрашивали, — вздохнул Джеймс, покачивая головой. — Я ведь и не старался. Не вижу смысла. Тебе не нравятся эти встречи. — Согласен, но кое-кого этот факт не останавливает, — пожал плечами Морэн. — Только ты от подобных просьб Стива вечно испытываешь вину и неудобство. Почему бы просто не отказать? Соглашаешься, а потом даешь возможность сбежать, беря всю вину на себя. — Рыцарю нравится чувствовать себя героем. К тому же у него хорошо получается строить моську побитой собаки. — Старк… — Да, Харибо? Джеймс на упоминание мармеладных мишек устало выдохнул, однако расслабляясь, ведь Морэн так или иначе дал неозвученное согласие на «семейный сбор». Если бы действительно был против, то духа бы его тут не было. Чего ему стоило призвать костюм и за считанные секунды скрыться за горизонтом? Тем более, броня Морэна на данный момент являлась лучшей версией из всех возможных, а наноботы всегда оставались под рукой. На самом деле буквально находясь и существуя внутри Старка, отлаживая работу организма и даже заменяя несколько органов. Для Морэна прошлые битвы не прошли даром, оставив четкий след на теле: было то отсутствие глаза, нескольких пальцев и даже почки — какие ещё внутренние повреждения имел этот гений без инстинкта самосохранения, Джеймс не знал. Не уверен, что хотел бы знать. Тем не менее, для Морэна замена живой плоти на технически продвинутые импланты казалась лишь в радость. Оно и понятно: подобные апгрейды значительно облегчали рабочие процессы, а также позволяли улучшать собственное тело. Лишь бы не заигрался, однажды сказал Роудс, чем вызвал явное беспокойство у того же Роджерса. С тех пор Стив буквально требовал у молодого человека результаты медицинских обследований. Но Морэн был слишком упрям, чтобы беспрекословно терпеть подобное издевательство, усмехнулся Джеймс, разглядывая обманчиво живые пальцы собеседника. Со стороны праздничного зала послышался усилившийся гул приветствий. — Кажется, пришли, — кивнув в сторону открытых дверей, Джеймс оторвал Морэна от молчаливого созерцания ночного мегаполиса. Тот обреченно кивнул, подавил в себе желание сбежать и, оттолкнувшись от ограждения, довольно резко развернулся, направившись прямиком в гущу событий. Гости веселились, устраивали соревнования или вели незаурядные беседы, а некоторые и вовсе собрались вокруг подошедших Роджерса и миссис Поттс. На самом деле Джеймс не совсем понимал, как эти двое продолжали ладить друг с другом, прекрасно осознавая какие чувства они испытывали к почившему Тони, и как сам гений относился к ним двоим. Они словно бы делили чужое сердце на двоих, порой забывая, что в жизни Энтони Эдварда Старка некогда властвовала Мария Дубровская — та самая дочь маминой подруги, которую и назвали то, казалось, в угоду давней дружбы. Барнс знал о Марии ровно столько, сколько ему позволил Морэн — достаточно, чтобы понимать причину, по которой тот никогда бы не смог принять Пеппер, как мать. А Пеппер бы никогда не смогла стать такой, как та русская аристократка. Морэн маму помнил, уважал и честно берег женский образ на полке важных воспоминаний в своём сердце. Она была нежна, порой строга, но абсолютно справедлива. Хотя бывали моменты, когда её действия вызывали в сердце Барнса неодобрение женских методов воспитания. Однако сам Морэн ни разу не выказал неповиновения, впитывая в себя как можно больше информации, которую вкладывала в детскую голову умудренная жизнью Дубровская. Джеймс помнил отчаяние в невозможно светлых глазах и застывшую печальную улыбку, когда друг рассказывал ему истории из детства. Барнс тоже не забывал родителей, берег образ матери в своем сердце, но не был к ней привязан так, как Морэн. Впрочем, он не рос вдали от цивилизации и не видел смерти родителя в пять лет. — Они желают только добра, хотя методы их бывают… раздражающими. — поделился Джеймс последней мыслью и отошел в сторону. Что бы Старк ни говорил, как бы ни реагировал, но каждую новую встречу с Пеппер и Стивом внутри него всё-таки зарождалась радость, симпатия, тепло. Он любил их по-своему. Джеймс был таким же. Баки наблюдал за тем, как виновник нынешнего торжества, не сдерживая улыбки, как можно теплее взглянул на поседевшую Поттс в коляске и стоявшего за её спиной Роджерса. — Морэн, смотри кто опоздал! — радостно защебетала Морган, ухватывая брата за локоть. — Я уж думала, что не придут! Тихо фыркнув, Барнс сделал глоток уже теплого пива. Морган всегда старалась сгладить слишком острые углы — иногда можно было увидеть, как она нервничала. Редкое зрелище, довольно отметил Барнс, зная сколько сил прикладывала младшая Старк к тому, чтобы стать той, кем являлась сейчас. Она выстраивала себя, лепила и создавала не просто образ, а личность. Взглянув на Морэна, Джеймс довольно кивнул — друг не показывал ни толики раздражения. Приветливое выражение лица казалось весьма натуральным. Морэн направился к новоприбывшим, получая в ответ добродушную улыбку от Стива и позволяя пожилой женщине разглядеть себя во всей красе. А ведь с ней они не виделись долгих два или уже три года. Джеймс неосознанно зацепился на взгляде Поттс. Он его знал, ненавидел. В чём-то даже понимая причину, из-за которой Морэну претили встречи с Пеппер. Она видела в нём кого угодно, но только не его, не Морэна. Было время, когда подобным образом на Барнса и Роджерс смотрел, отказываясь принимать суровую правду — прошлое не вернуть. Нельзя убедить барана, что мясо являлось травой, а кровь, на самом деле, зеленая. Нельзя было переубедить Стива, что Джеймс не его "Баки". Туманная пелена в глазах Пеппер рассеялась, оставляя место размышлениям и недовольству. Джеймс мысли читать не умел, тем не менее не единожды лично слышал недовольство женщины. Иногда казалось, что та в действительности ненавидела пасынка: выглядел слишком молодо; слишком много работал; слишком часто делал научные открытия, — всего было «слишком». Кто бы услышал, подумал бы, что это пустые придирки. На самом деле нет, констатировал Джеймс. Она беспокоилась, волновалась, но правильно выразить эмоции не могла, ведь давно потеряла общий язык с приёмным сыном. Если бы он, Барнс, был обычным человеком, то тоже бы беспокоился. Но он им не был и никогда бы вновь таковым не стал. Его «нормальность» осталась в далеких сороковых. Именно поэтому Барнс спокойно относился к тому, что Старк выглядел в два раза моложе истинного возраста, а также то, что предпочитал закрываться в лаборатории и делать научные открытия, а порой и вовсе ставить эксперименты на самом себе. Да, опасно, в чём-то неправильно, однако это его право. Технологии? Импланты? Магия? Чем бы дитя не тешилось, но выбор оставался за ним. Не за Пеппер с её порой неоправданным беспокойством и не за Роджерсом с его избыточной заботой. Тони ведь тоже не беспокоился о собственной сохранности, напоминал себе Джеймс, саркастично отмечая, что гены Старков имели в себе сотую долю доминантности. Мельком оглядывая Морган, обнимавшую старшего брата за руку, Баки усмехнулся. Вот кому передалось благоразумие и сердечная выдержка Марии, матери Тони Старка. Не та железная воля Поттсов, а обволакивающая своим теплом нежность и стойкость. — Я рада тебя видеть, Морэн, — устало, но искренне призналась Пеппер и получила в ответ легкое смущение и неуверенность на бледном, но столь привлекательном лице. — Тоже, Пеп.

***

— А потом он натравил на меня блоху-переростка, у которой из глаз сыпались взрывоопасные кристальные слезы! — тем временем вещала Валькирия, не стесняясь своего громкого голоса и не первой бутылки коньяка в руке. Морэн на слова воительницы улыбался и в отрицании покачивал головой, как бы говоря, что быть такого не могло. Но женщину это не останавливало, наоборот, на радость зевакам распаляло сильнее. Тор первое время силился её переспорить, рассказывая о собственных подвигах, но в итоге Бог Грома покинул их скромную компанию, оккупировавшую два дивана и кресло. В последнем как раз-таки располагался нынешний Железный Человек, приобнимая прильнувшую под правый бок сестру. Благо сиденье было широким, да так, что даже Веленсия при всем своем желании могла бы не ютиться на подлокотнике, а завалиться под левый мужской бок. Впрочем, ей хватало и того, что она, ничуть не стесняясь, упиралась локтем в широкое плечо, находя в том опору, тепло и новый повод для бурных девичьих фантазий. — Да что вы понимаете! — тем временем продолжала Валькирия, отмахиваясь от забавлявшихся слушателей: — Вот вы, чародеи да маги, будто бы мало странного видели, гуляя по другим измерениям! Софию бы спросили, она бы поведала вам какие странные однако существа встречались на её пути. — Мама и без рассказов справляется, — пожимая плечами, ответила Веленсия. — Ага, ей хватило одного лишь трактата о магических тварях-паразитах, чтобы у нас пропало всякое желание поднимать эту тему, — согласно поддакнул подруге Морэн. — Вот! — вскочив на ноги, женщина в сердцах взмахнула руками вверх, проливая содержимое бутылки на пол. — А про блоху-переростка вы не верите! — Не в блохе дело, — встрял в беседу Купер, — а в твоих «героических» похождениях! — Да что бы ты знал, ребенок! — слегка пьяным голосом Валькирия начала отчитывать «глупую молодежь», что не уважает старших и не чтит их прелестные традиции. Морэн зарылся носом в густые темные волосы, скрывая смех и ничем не прикрытую улыбку — попасться с поличным Валькирии означало обратить на себя её праведный и пьяный гнев. Нет уж, думал он, предпочитая отдать на растерзание Бартона, не сумевшего удержать язык за зубами. Морган пахла домом, семейным уютом и чем-то тёплым. Возможно, молоком с мёдом, которое по вечерам мама разогревала специально для «сладких снов». На самом деле, он был не уверен, ведь Тони, зная привычку сына, также порой лично укладывал того в постель. Хотя старший Старк, стоило признать, редко когда был озабочен правильным режимом своего ребенка, позволяя путать день с ночью. Морэн фыркнул, снова заулыбался и сам не заметил, как встретился взглядом с Роджерсом. Капитан с самого возвращения будто бы силился его подловить, выкрасть свободную минутку и поговорить. Даже гадать не нужно о чём именно, ведь чувство вины, словно в раскрытой книге, было написано на идеальном лице. Конечно же, извиниться за запрещенный прием, за упоминание Тони и растревоженную, вовсе не затянувшуюся, душевную рану. Только Морэн этого не хотел. Всеми силами он избегал общения и столкновения с Капитаном, решив, что этот вечер портить нельзя. Ведь ему сегодня даже не хотелось исчезнуть! Да, началось всё не столь гладко, но потом компания увлекла его, виновника торжества, выбив прочие негативные мысли из темной макушки. Оставался лишь свербящий тоскливый взгляд со стороны. Завтра, мысленно пытался донести до Стива Морэн — они поговорят завтра, когда все проспятся, когда реальность вновь вернет героев на землю, а Мир преподнесет новые сюрпризы. Вот только Капитан телепатом не был, потому Старк сделал ровно то, что проворачивал крайне редко. Особенно по отношению к Роджерсу. Хитро сощурившись, впрочем, беззлобно, он блондину подмигнул и улыбнувшись разорвал зрительный контакт, чтобы щекой прижаться к темной макушке задремавшей сестры. Морэн был уверен, что сердце Стива ёкнуло, а надежда восстала из мертвых — детский запрещенный прием против строгого и правильного Капитана Америки работал до сих пор. На самом деле Морэн тоже устал, а Морган казалась столь уютной и тёплой, что сонная нега только так накрывала Старка пуховым одеялом. Мужчина моргнул пару раз, вслушался в разгоравшийся спор между Валькирией, Купером и пытавшейся всех успокоить Лирой и провалился в темноту. В ней он слышал пение, тихое, но четкое. Подобно чистому природному роднику, оно журчанием заполняло утомившийся разум. Морэн позволял себя укачивать. Как младенец стремился к нежным рукам матери и её убаюкивающим движениям. Было прохладно, но вовсе не холодно. Было темно, но вовсе не боязно. Бояться ведь нужно живых, а не мертвых, однажды объяснила ему мама. Ведь только те, кому есть что терять, готовы в страхе перед неизбежным сотворить сущее зло. Морэн помнил об этом уроке всегда. Потому он с трудом доверял окружающим, и потому был безукоризненно предан своим друзьям. А марево его качало, будто бы пуская люльку по воде. И укутан он был с теплом и заботой. Вдыхал, наслаждаясь, доносившиеся до него травянистые, слегка мятно-фруктовые запахи с нотками древесины. И хотя от морозного воздуха покалывало щеки, дискомфорта от того не появлялось. Лишь приятная усталость да наполненность со вкусом тёплого медового молока. — МОРЭН! — буквально в ухо прокричал знакомый голос и что-то в пару метров от него взорвалось, на секунду оглушая мужчину. Зябкий сон прошел не сразу, отпускал нехотя. Старк собрался призвать броню, но та была уже на нём — Тони действовал по собственной инициативе, защищая сына, пока тот не пришел в себя. Оглядевшись Морэн обнаружил лишь разруху. Всё, что осталось от некогда уютного этажа, теперь напоминало руины. Вдалеке виднелись силуэты, застывшие в воздухе: способные к перелету, старались увести хорошо знакомого колдуна подальше от города. Впрочем, тот действовал вразрез с интересами своих жертв, пуская магические плети во все стороны, задевая новостройки и травмируя неуемных зевак. Мстители рассредоточились кто куда, эвакуируя гражданских или же сражаясь с нежданным противником. — Морэн? — хватая его за плечо переспросила Морган, явно обеспокоенная столь крепким сном брата. — Серьезно? И вот я проспал такое? — обведя рукой разрушенное помещение поинтересовался он, убирая с лица забрало: — Гани, это все твоя вина! Слишком уютные у тебя объятия! — Морэн не к месту, совсем по-детски, пожурил сестру, используя ласковый позывной, чтобы успокоить взорвавшееся в страхе женское сердце. — День рождения без драки? Русский внутри меня полностью одобряет, — добавил Морэн, видя, как успокоилась сестра, взяв себя в руки. — Только сильно не буйствуй, Рэни, — передразнила старшего Морган, тем не менее бросая пускай взволнованный, но всё-таки собранный взгляд. — Будь осторожен! — Так точно, мэм! Шутливо отсалютировав, Железный Человек взмыл в воздух, анализируя и слушая доклад от Тони. Оказалось, что он действительно пропустил начало битвы, и если бы его не защитили, то стал бы Морэн хорошо прожаренным стейком. Но ведь друзья на то и друзья, чтобы прикрывать друг друга, подумал Старк, вовремя создавая перед собой энергетический щит, который позволил избежать встречи с плазменным сгустком энергии. Колдун, хоть и являлся тем самым сбрендившим стариком, с которым они сражались днем, но был несколько иным. Кожа его стала неестественно серой, а вместо глаз виднелись темные, будто бы потекшие провалы черноты. — Он ещё и маникюр успел сделать, — поделился Тони, отмечая удлиненные костлявые пальцы с десятисантиметровыми металлическими ногтями. — Видно, действительно хотел впечатлить, — вторил Морэн, посылая очередной залп взрывных снарядов. К сожалению, все сопутствующие атаки со стороны нападавших Мстителей оставались безуспешными. Стоило признать: кто-то или что-то дало серьезный апгрейд безумному старику. Тактика боя у него тоже изменилась. И если раньше колдун с умом использовал имевшиеся ресурсы, то теперь он повиновался инстинкту, напоминая бешенного зверя. Старик буквально бросался на все что видел и слышал, реагируя и действуя на голых инстинктах. В разы увеличившийся магический потенциал сам по себе являлся проблемой, а в совокупности с отсутствием логики доходило до катастрофы. Впереди Морэн заметил Веленсию, измотанную и немного паникующую. Вовремя ухватив девушку за талию, Железный Человек буквально увел ту с пути странно потрескивающего заряда. — Ты жив? — несколько невнятно пробормотала блондинка. — Ты спятила, — шутливо начал Старк, — конечно же я умер. Мы все умерли, а это наш ад. Вид опешившей и в то же время серьезно задумавшейся над его словами чародейки, признаться честно, выбил Морэна из колеи. Ещё не хватало довести до сумасшествия подающую надежды юную чародейку. — Стрэндж, приди в себя. Конечно, я жив, — несколько строго обратился к ней Старк, подмечая, что колдун активно следовал по пятам: — Почему он преследует нас? — Я бы потешил твоё эго, сынок, но сдается мне сегодня не ты королева бала. — Спасибо, пап, я уже в курсе, — закатывая глаза, ответил Морэн, тут же обращаясь к потерянной чародейке: — Ленси, что происходит? Веленсия? Но от блондинки не было ответа. Девушка, будто опьяненная, не могла ни сфокусировать взгляд, ни собраться с мыслями. Тело её казалось ватным, а магический резерв, как понял Старк, и вовсе практически пуст. Просто невозможно, думал Морэн, силясь понять, отчего у подруги произошло магическое истощение. Не могла же она за столь короткий срок истратить практически всю внутреннюю энергию, игнорируя элементарные правила? Чародеев обучали манипулировать и формировать окружающую реальность, используя всевозможные ключи, облегчающие воздействие на исходный код Мира. Они использовали формулы, знаки, предметы, которыми тот столь великодушно делился самопровозглашёнными чародеями. Подобное отношение к магии считалось правильным, ведь так проще и безопасней, поскольку, расходуя собственную Ци, чародеи рисковали расстаться с жизнью, истощая не только разум, но и физическое тело. Энергия собственной реальности подходила как нельзя кстати, потому что взаимодействие с ней не наносило ни увечий, ни урона. К тому же та легко поддавалась манипуляциям. Это азы, думал Старк, понимая, что останки сломленной защиты, которые уберегли его и Морган в башне, принадлежали именно Веленсии. Но то заклинание было создано правильно, без особых затрат собственных резервов. Внутреннее чутье вопило, не давая Морэну успокоиться. Он нутром чувствовал, что ответ лежал на поверхности, однако углядеть его не мог. Как бы то не было, колдун облегчать задачу Железному Человеку не спешил, потому создав несколько шаровых молний подорвал поздно сориентировавшуюся парочку в воздухе, снижая их высоту и скорость. — Да чтоб тебя леший побрал, уродец, — сквозь зубы прорычал Старк. — Ты в порядке? — обратился к нему Роджерс, который с земли наблюдал за полетом Железного Человека. — Он сосредоточил всё внимание на вас. — На Веленсии, но я не понимаю причину. — С Софией нет связи, территория оцеплена магическим куполом, — невесело отрапортовал Барнс. — Гражданских не эвакуировать, можем лишь укрывать. Морэн выдохнул. Он тоже не может вечно летать вокруг колдуна, имитируя надоедливого комара. Нужно было атаковать, но тогда забота о сохранности Веленсии перекладывалась на чужие плечи. Ему было трудно отпустить блондинку, когда в мыслях витали худшие образы будущих событий. Безопасность команды — это часть его жизни, в которой он порой вел себя пугающе фанатично. — Халк, Кэп, — по связи обратился Старк к товарищам. — Веленсия летит к вам. — Летит? — переспросил Роджерс. — Ты же не собираешься… — Уже, — оборвав вопрос Капитана, Морэн подобрав момент и, совершив резкий маневр в сторону, заходя в слепую зону колдуна, отпустил тело девушки. Он был уверен, что Халк юную Стрэндж поймает, а нравоучения Стива он, возможно, выслушает позже. Сейчас же, отлетев на значительное расстояние от врага, Морэн замер в воздухе и развернулся к тому лицом, убирая забрало и вскидывая руки в сторону. Начиная чертить невидимые символы, он проклинал себя за то, что взял лишь одно кольцо-ключ, с помощью которого манипулировал реальностью. Слишком маленький приток энергии, понимал мужчина, впрочем, продолжая творить магические формулы. Те заискрились и в золотой вспышке обратились многочисленными копиями Старка, имитируя поведение и способности. Однако окруженный колдун не собирался подставляться под выстрелы оружия или созданных заклинаний, умело лавируя и отражая те в стороны. Хотя, на радость Морэна, пару раз он-таки задел пронырливую цель. Слишком активную для своего возраста и абсолютно взбешенную, понял Железный Человек, выставляя перед собой энергетический щит, чтобы волна черных сгустков миазмов, вырвавшихся из тела безумно завопившего колдуна, не снесла его в сторону. — Цел? — спросил Тони, прекрасно видя показания с костюма. — Да, спасибо, — поблагодарил Морэн, не желая представлять, что могло с ним произойти, не создай отец щит. — Это еще что за скверна из Тёмного Измерения? Старец всего лишь марионетка? — Хотел бы я ответить «нет», но… Стой, Стив ранен, — шутливый тон сменился на серьезный. — Стив? — позвал Капитана Старк, подавив шум и увеличив сигнал связи. — Я в порядке. — Ему требуется помощь, — выдал друга Беннер. Не реагируя на слова Стива о том, что с ним всё в порядке, Морэн направился прямиком к товарищам. Он решил воспользоваться случаем и передышкой, пока колдун, окруженный, принявшими шарообразную форму, всполохами магии застыл высоко в воздухе. Атаковать было бессмысленно, ведь против подобной мерзости мог бороться разве что Стрэндж да прочие искусные чародеи. Но вот Морэн, признаться честно, мало что знал о подобной скверне, как он предпочел назвать отвратное месиво. К слову, уничтожающее всё живое. Роджерс принял удар, не успевая укрыть левый бок и ногу, по которым попало тёмное вещество. И если Халк с его непоколебимой прочностью получил небольшого размера ожоги, уже затягивающиеся, то Капитан потерял куски плоти. Оголенный бок пестрил вывалившейся наружу кишкой, а бедро белело крепкой костью. Морэн почувствовал тошнотворный позыв, пока сердце в ожидании дальнейших событий тихо ухнуло вниз. Тони Стива просканировал, оповестил сына о нынешнем состоянии и оба Старка, как один, решили действовать по одной определенной схеме. Чудо-лекарства у Морэна не было, зато были мозги и способности, коими непременно стоило воспользоваться. Осторожно прикоснувшись пальцами к ране, Железный Человек позволил наноботам, подобно жидкости, перетечь на разорванную плоть. Безусловно, они не проживут в чужом теле и суток, но этого времени будет достаточно, чтобы Америка не потеряла своего идола. Маленькие роботы, получив конкретную команду, силились, если не восстановить, то предотвратить смертельное кровотечение и потерю внутренних органов, создавая собой особый каркас. Морэна не страшила потеря наноботов, являвшихся не только частью костюма, но и его самого, ведь позднее он либо вернет их обратно, либо, позволяя тем самоуничтожиться, создаст новых. Проблема состояла лишь в боевых ресурсах, сократившихся из-за спасения Стива. Но когда трудности пугали Старков? Так веселее, думал Морэн, заливая раны Капитана медицинским шовным спреем и предлагая тот отказавшемуся Халку. Остался ещё один пункт, тяжело выдохнув, напомнил себе Железный Человек. Для него это была, пожалуй, самая неприятная часть из всего, что он уже сделал. Отзывая с левой руки броню, он сдвинул вниз кожаный браслет, открывая ровные зигзагообразные линии четких шрамов горизонтально пересекавших запястье. Создав нож и полоснув им по коже, Морэн быстро зашептал заклинание, глядя в глаза напротив. Стив прекрасно знал, что он делал и что должен был сделать сам. Всем видом не одобрял, хотел бы противиться, но послушно прижимался губами к окровавленному запястью. Морэн не впервые пользовался тёмной магией, даже не во второй и не третий, но конкретно к нему, к Стиву, он применял ту шестой раз. Стоило сказать, что первые четыре были направлены, чтобы навредить, и только последние два, чтобы спасти. И если первый раз Роджерс, скрипя зубами и сжимая кулаки, с отвращением слизал густую кровь, то в этот раз он покорно следовал молчаливым указам. Ему явно претило то, что ради него Старк наносил себе увечья, ведь иначе трудно найти причины, по которым Капитан отказывался от подобного способа лечения. — А теперь будь паинькой и сиди тут, — осторожно похлопав Капитана по здоровому бедру, по-доброму приказал Старк. Он хотел встать, но резкий подъем явно не способствовал хорошему самочувствию. Покачнувшись, Морэн почувствовал, как его повело в сторону, и если бы не вовремя подхвативший его Беннер, то с позорным шлепком упал бы он на пыльную землю. — Не стоило, — поморщившись, выдал недовольство Стив. — Чтобы ты сдох в этом подвале? — поинтересовался Морэн, ощущая, как отступало головокружение. — Считай, это единственный способ удержать тебя в живых. — Я знаю. Спасибо, — выдохнул Капитан слова благодарности и оглянулся на мирно спящую Веленсию: — Что с ней? Похлопав Беннера по зеленому плечу, как бы показывая, что он пришёл в себя, Морэн в два шага преодолел разделявшее его с чародейкой расстояние. Сидя на корточках, он ещё раз воспользовался диагностикой, всматриваясь в данные, отображенные в визоре. Исходя из показателей с ней всё было в порядке, но лишь с точки зрения человеческих норм. Веленсия же наполовину принадлежала к другому виду и на самом деле состояние её близилось к коматозному. Нечто истощало её резервы, как энергетические, так и физические. — Идеи? — вслух поинтересовался Морэн. — Колдун не мог наслать проклятие? — выдал гипотезу Капитан. — Или тянуть из нее силы? Он, кажется, стал резко сильнее, — поделился наблюдениями Халк. — Зная эту фурию, она добровольно позволила чему-то тянуть из себя энергию, — высказался Тони, подталкивая чужой мыслительный процесс. — Чёрт подери, ты гений, Старк! — восхищенно выдохнул Морэн, вскакивая на ноги и начиная плести отслеживающее заклинание. Наблюдая за золотыми формулами, он всё-таки решил пояснить опешившим, но отнюдь не удивленным зрителям собственное умозаключение: — Изначально колдун охотился за Глазом Агамотто, но мы, победив его, вернули амулет в храм. Вот только зная Веленсию, она наверняка выкрала тот из-под надзора невнимательных смотрителей, считая, что сама прекрасно справится с его защитой. Излагая логическую цепочку сухих фактов, Морэн аккуратно вливал в магические формулы энергию. Те вспыхивали и затухали, заставляя морщить лоб. Не такая уж и сложная магия, соглашался Старк, однако продолжал допускать элементарные ошибки — у Морэна иная специальность! Тихо цыкнув, он вновь создал формулу и с ожиданием наблюдал за возникшим в его руке золотистым искрящимся шаром. — Энергию, которую мы тянем из нашей реальности, отследить довольно просто, но вот чужую Ци обнаружить можно только при наличии первоисточника. Колдун пытался поймать Ленси, чтобы найти амулет, — подкинув шар, он бросил его на грудь девушки, чтобы тот на секунду замер, а позже взлетел на уровне глаз, словно верный пес, дожидавшийся команды: — Её собственная энергия истощена, потом что заклинание, которое она наложила, дабы спрятать Глаз Агамотто, попросту расходует её внутренние резервы. Шар-ищейка тихо завибрировал и подлетел вверх, дожидаясь приказа создателя. Напоследок подмигнув Стиву и Брюсу, Морэн последовал за шаром к выходу из подвала разрушенного дома: — А теперь господа, мне нужно найти одну вещь и прости, Стив, но на этот раз точно избавиться от надоедливой проблемы. Как бы Капитану Америке ни претила идея убийства врага, теперь он был вынужден уступить. Морэн бы фыркнул нечто вроде того, что таким образом стоило поступить ещё днем, избегая ненужной ссоры. Но он сдержался, ведь Стива и без того снедало чувство вины. Идол Америки ведь до сих пор не смог попросить прощения.

***

Морэн всеми правдами и неправдами старался не отставать от собственноручно созданного проводника. Но то ли у того имелись проблемы с навигатором, то ли он попросту издевался над создателем. Ведь как ещё можно было объяснить маршрут, по которому магический шар неустанно перескакивал? Проблема состояла отнюдь не в том, что приходилось перемещаться через развалины, нет, поскольку над ними можно было попросту пролететь. Но вот с зависшими в пространстве черными кляксами бороться оставалось до крайнего неразумно. На самом деле, магическая ищейка сделала порядка трех остановок, натыкаясь на ложный след пустышек, предусмотрительно разбросанных Веленсией по району. Когда она успела это сделать Морэн так и не понял, зато осознал отчего у девушки столь скоро произошло истощение магического резерва. Хотелось верить, что она скоро поправится, однако Старк, как никто иной знал, чем грозил дефицит энергии Ци. Веленсия тоже знала, напомнил себе Морэн, силясь куда подальше затолкать так некстати росшее беспокойство. Чего уж таить — сердце Старка открывалось редко, а закрывалось прочно, да так, что вошедших он при всем желании отпустить так просто не мог. Следуя инстинктам, «своих» он держал рядом, остервенело оберегая и порой доходя до крайностей. Прям ужесточенная версия Роджерса, в уме фыркнул Морэн, оглядывая местность. — Снова обманка? Ты сколько раскидала, Ленси? — недовольно проворчал он, отталкиваясь от земли и продолжая путь за магической ищейкой. До него смутно доходила логика передвижения чародейки: рыская по всему району, но лишь вокруг базы, она то тут, то там создавала ложный след, напитывая всевозможные безделушки собственной Ци. — У нас проблемы, — отозвался в наушнике голос Лиры. — Не знаю активизировался ли это колдун, но у нас тут некоторые пятна скверны стали порталом. — И лезут из них отнюдь не пушистые розовые кролики, — согласился Бартон, оглашая схожую ситуацию в своей зоне. — Колдун бездействует. Но мы не можем быть уверены, что это не его рук дело, — доложил Халк, по всей видимости лично наблюдая за врагом. — Что с Веленсией? — поинтересовался Морэн. — Её ребята пытаются что-то сделать, но, как по мне, результатов не видно, — поделился Барнс, вместе с парой чародеев прибывший к Капитану. — Стив жив, подлатали. Заберешь жуков? — Это не жуки, даже не насекомые, — ощетинился Морэн. — Потом заберу. — Чем тебе не угодили насекомые? — вмешался в разговор Кэрри Пим, тут же начиная что-то ободряюще нашептывать своим маленьким друзьям. Слушать дальнейшие шутки в эфире Морэн не стал — отвлекся на неожиданно активизировавшуюся кляксу. Резко отпрянув в сторону, Железный Человек выругался, ощутив распавшуюся формулу заклинания. По всей видимости магическая ищейка попала в засаду, но не имея ловкости хозяина пала жертвой притаившегося врага. — Что-то мне подсказывает, что мы уже знаем, где наша ведьма спрятала сокровище. Ведь знаем? — Да. Стоило раньше догадаться, — согласился с ИскИном Морэн, оглядывая слегка поврежденную базу, коей служила башня Старков. — Конечно, — весело протягивая согласные начал Тони, — где как не у самого сердца, да? — Пап… — Здесь нечего стыдиться, всё-таки мы, Старки, не только гении, но и… — Нет. — Как скучно, — наигранно вздохнул Тони, выражая свое глубочайшее разочарование из-за закрывшейся темы. И в самом деле, разруха, попутно передвигаясь к башне, Морэн оценивал нанесенный ущерб. Благо местная территория была отдана под офисы, да иные публичные заведения, потому эта ночь наверняка обошлась без многочисленных жертв и крови. По крайней мере, на это надеялся Железный Человек, обеспокоенный отнюдь не людскими жизнями, а репутацией и выплатами компенсаций. И как прекрасно, что с цифрами и конфликтами в дуэте Старков работала именно Морган. Морэн же был мозгом, который порой тактично, но жестко пользовали — вот и думай, о чём именно была ассоциативная мысль, позабавился мужчина, уворачиваясь от пульсирующих клякс, застывших в воздухе, подобно подводным минам. Успешно миновав опасность, Железный Человек приземлился посреди гостиной, где изначально шло празднование. Сканирование не показало ничего интересного, разве что быстрое движение, маневрирующее вокруг башни. Однако и в нём Морэн не видел ничего интересного: — А ты почему здесь? — Мне показалось, что тебе нужна помощь? — Морган. — Морэн. Женщина, облаченная в черно-серебряную броню, так сильно похожую на Железного Человека, наблюдала за исчезавшим забралом и тем, как Морэн закатил глаза — неосознанный жест, выражавший несогласие и непринятие. Впрочем, также это означало то, что он взял себя в руки, сдержал недовольство и ненужные эмоции, поразмыслил и был готов пойти на компромисс. — Где Пеппер? — С ребятами недалеко от границы барьера, — объяснила брюнетка, оглядываясь по сторонам. — Мы что-то ищем? — Глаз Агамотто. Ленси спрятала его где-то здесь, а также наложила защитные чары. — Тогда давай искать. Морэн на слова сестры лишь кивнул, соглашаясь с поступившим предложением. Порой ему действительно хотелось запереть младшую где-нибудь в бункере, под землей, в полнейшей безопасности, однако не мог, не решался, не смел подобного сделать. К слову, как и все Старки, Морган находила приключения везде, где только могла, зачастую благополучно разрешая те собственными силами — одна из причин, почему Морэн создал женскую версию костюма. Да, в нём не имелось ни намека на присутствие наноботов, но со всей присущей заботой к младшенькой сестренке, Морэн снарядил своё творение столь обширным технологическим оружием и высокой огневой мощью. Вполне логично, что при желании Морган вполне успешно могла уничтожить ту же самую оснащенную защитными протоколами и функциями настоящую и основную базу Мстителей. Башня была местом отдыха, домом, местом встреч и развлечений. Она являлась символом величия одного конкретного семейства, но не истинным местом сбора супергероев. Как бы то ни было, Морэн пускай неохотно, но признавал, что в подобного рода разбирательствах присутствие Морган нет-нет, но делало ситуацию веселее, интереснее. Как однажды пошутил Клинт Бартон, двух Железных Старков этот мир вряд ли потянет.