Рыдания над могилой

Макс шёл и пил энергетик с уж очень усталым лицом для десяти утра. Макс, ты во сколько вообще вчера лёг спать? А я и не ложится -  спокойно ответил Макс. Как!? Я  заорал на всю улицу, сам не ожидая от себя такого. Не ори, ты людей пугаешь. Прости, я просто удивился. Громко ты удивляешься. После этой фразы Макс начал смеяться. Мы шли и болтали, как вдруг Макс вспомнил что рядом с метро за которым находится наша школа, есть магазин табачной продукции. И конечно мы пошли туда за пачкой сигарет для Макса. Я стоял и ждал его снаружи. Я не пошёл туда не потому что мне нет восемнадцати, мне девятнадцать, а   потому что боялся что шикарный букет роз купленный для моей такой же шикарной классной пропахнет табаком, а она не любит запах табака, но обажает запах роз. Из табачки Макс вышел с особо радостной ухмылкой, и уже направлялся ко мне с дымящей сигаретой и белой пачкой "Winston" в кармане. Макс, не хочу тебя расстраивать, но уже без пяти одиннацать и нам бы пора идти, а не курить всякую дрянь. Сказал я это в шутку, и он это понимал, но идти и правда уже пора, хоть и до школы рукой подать, но лучше придти раньше, чем опаздать. Тем более я хотел создать о себе хорошее впечатление перед нашей уже классной руководительницей. Если чесно, то мне уже не терпится увидеть мою Женечку и поговорить с ней хоть немножко. "Моей Женечкой" или просто "Женечкой" я называю Евгению Валерьевну свою возлюбленную учительницу. И вот мы с Максом подходим к нашей школе и идём на стадион где проводится линейка. На секунду я замер, сердце стало колотиться с новой силой, земля начала выходить из под ног, а воздух стремительно заканчивался и я стал падать на землю.