Мое проклятие и спасение

Иван сидел на собрании и скучающим взглядом сверлил стол, где-то на периферии слышалась речь Германии. Россия скрестил пальцы в замок и уперся в них лбом, закрывая глаза. Его неумолимо клонило в сон. Собрание всех стран уже третий день подряд не давало никаких результатов. Иван не против общества других, но не когда это в зале собраний, где мало места, душно и чересчур много стран, ссоры, крики, скандалы. Иван утомился и уже не собирался скрывать этого. Он медленно, но верно погружался в сон. Стул по соседству скрипнул, затем раздался до боли знакомый голос, который произнес одну только фразу «пересядь», Латвия вскочил и с радостью ускакал на другое место. Прибалты опоздали, и поэтому латышу, несмотря на страх, пришлось сесть рядом с Россией. — Эй, Раша! Проснись! — громкая речь раздалась над ухом Ивана, а после его беспардонно и достаточно грубо Америка пихнул в плечо. — Я тебе руку отгрызу, — проворчал русский, выпрямляясь и смотря на шумного соседа. Спать перехотелось сразу, но злиться и сердиться сил все равно не было. — Можешь попытаться, — нагло улыбнулся во все тридцать два зуба Америка, а после продолжил. — Но если ты с этим повременишь, то у меня есть к тебе одно заманчивое предложение. — Не интересует, — отрезал Иван. Иметь хоть какие-то отношения с Джонсом не было желания. Американец положил руку на спинку стула Ивана, чтобы тот не вздумал сбежать. — Раша, выходи за меня замуж, — самоуверенно сказал Альфред, от такого предложения многие бы упали в ноги к Америке и с радостью расцеловали его ботинки за подобную честь. Но Россия не многие. Кстати о многих. Иван обвел взглядом других членов собрания. Большинство было в замешательстве, в шоке выпучив глаза и открыв рот. Но самые разумные выглядели недовольными. У Англии челюсть была сжата до скрипа зубов, невольно дергался левый глаз. Но высказать свое мнение в открытую никто не собирался. Какой же Америка дурак, решив просить о союзе во всеуслышанье. Никому из других стран такой союз не выгоден, так что палки в колеса были бы обеспечены, согласись Иван. Но Россия был категорически против Америки, его интересов и методов. Да и если бы хотел, не мог. — Нет, — просто ответил Иван без каких-либо объяснений. — В смысле «нет»? — не понял Альфред и даже растерял свою уверенность. Улыбка медленно исчезла с его лица. Зато где-то на заднем фоне многие страны вздохнули с облегчением. А Сербия и вовсе ликовал, поддерживая брата. — Нет, значит нет. — Назови хоть одну вескую причину! — вскочив со стула, прорычал Америка, смотря на спокойного русского. — Я уже давно состою в браке, — теперь настала очередь Ивана улыбаться. Он неторопливо начал снимать перчатку с левой руки. Когда-то этот брак Иван воспринимал как проклятие. Император пошел на поводу у высокомерной сволочи, желавшей унизить Ивана этим браком еще больше. Скольких нервов ему тогда стоило не наброситься на императора и не придушить его своими руками, разорвать плоть зубами, смотря как огонек жизни медленно тухнет в его глазах. Но прошли года, десятилетия, столетия, и Иван смирился. Своих целей император все равно не добился, а брак так расторгнуть и не получилось. За месяц до свадьбы Иван, сделав вид, что смирился, выпросил у императора возможность самому выбрать кольца. Когда император дал согласие, русский заказал обычные золотые кольца, без всяких прикрас и замысловатых форм. Когда же кольца были готовы, Россия, а в те времена Российская Империя, заговорил кольца, что кольцо можно будет снять, как только исчезнут чувства. «Пока горит хоть слабое пламя взаимных чувств в душе супругов, во веки вечные будет не рушим брак». Россия рассказал о своей проделке императору за несколько минут до церемонии. Когда отменять и переигрывать что-то было поздно. Он хотел посмеяться ему в лицо, когда снимет кольцо на глазах у императора, после того, как тот распинался о высоких чувствах его супруга: «Он тебя любит и хочет, чтобы ты был только его. Ты должен быть благодарен за оказанную честь! Когда еще кто-нибудь на тебя посмотрит так, как он. И меньшее, что ты можешь сделать, это полюбить его в ответ». Свадьба проходила в католической церкви тайно, в присутствии только императоров и высокопоставленных чиновников. Даже сестры Ивана не были посвящены в это мероприятие. В церкви царил полумрак, витражные стекла с нанесенными на них картинами святых, пропускали недостаточно света. Когда Иван ставил свою подпись в брачном договоре, у него дрожали руки, словно он не на своей собственной свадьбе, а подписывает контракт с Дьяволом. Когда настала очередь обменяться кольцами. Российский император, стараясь не показывать свою злость, поднес супругам кольца. Иван посмел применить магию, а исправлять что-то времени не было. Оставалось уповать на Бога и что все эти магические штучки не больше чем выдумка. Иван, взяв кольцо, посмотрел на своего мужа. — Пожалуйста, пообещай, что наш брак прекратиться, как только кольцо спадет с твоей руки. — Но пока это кольцо будет на моем пальце ты мой, — высокомерно заявил мужчина, соглашаясь на условие русского. Иван уверенно надел кольцо на палец другой страны, оно подошло как влитое. А через пару секунд и на его левой руке появилось золотое кольцо. Затем было венчание… Но кольцо не снялось ни через день, ни через год, даже в ХХ веке кольцо оставалось на пальце Ивана. Когда Россия снял перчатку и продемонстрировал Америке кольцо на пальце, то Англия тут же почувствовал магию древнюю, сильную, которая сквозь века только укрепилась. — Какого черта, Раша?! — прорычал Америка, не понимая, кто мог обскакать его — героя сего мира. — Когда ты успел? — Еще до твоей независимости, — вместо России ответил немец. — Не важно. Всегда можно развестись, — успокоился Альфред, тут же найдя решение. — Нет, — покачал головой Англия, как всегда спокойно попивая чай. — Это ты? — Альфред от шока сел мимо стула, больно ударившись копчиком о твердый пол. Другие страны весело засмеялись, но, заметив гневный взгляд вновь поднявшегося Альфреда, затихли. — Ты идиот! Я никогда бы не мутил с Россией, — Англия от таких фантазий младшего брата поперхнулся чаем и теперь заходился в кашле. На помощь пришел Франция, нежно похлопывая Артура по спине. — Думаю, это Германия, — сказал Франция, уже поглаживая Артура по спине, который перестал кашлять, и теперь всячески хотел уйти от загребущих рук лягушатника. — Нет, это не он, — резонно заявил Пруссия, который сидел рядом с братом, он с высокомерным видом снял перчатку со своей левой руки, демонстрируя кольцо. — Теперь понятно, почему ты не отправился к праотцам, — скрипнул зубами Артур, не сложно было догадаться в какой год этот брак произошел, и Германия был чертовски прав, Америка тогда еще был колонией. — Неплохо сыграно, Гилберт. — Как ты согласился на это, Иван?! — изумился Франция. — Меня никто не спрашивал, — Иван покрутил кольцо на пальце и улыбнулся, обводя взглядом всех присутствующих. — Но я счастлив. Все что ни делается — к лучшему. — Хватит этот цирк! Гилберт не страна, снимай кольцо и выходи за меня замуж, — Альфред взялся за кольцо на пальце русского, желая его сорвать, но лишь обжегся и тут же убрал руку. — Что за чертовщина? — Эти кольца не снять, — впервые в жизни Иван радовался своему проклятию и спасению. — Даже если бы захотел. Я пытался отрезать себе палец, пытался разрезать кольцо. Но эффект всегда один. — Так нечестно, — тихо произнес Америка, он выглядел сейчас как обиженный ребенок, которому пообещали конфету, но не дали. — Жизнь вообще нечестная штука, Альфред, — усмехнулся Иван, бросив взгляд на часы. — Собрание окончено и я отправляюсь домой.