Дева и доспех

В лес королевства Аурии, самый обширный и великолепный лес на свете, с полупрозрачными струйками прохладного тумана и первыми солнечными лучами проникало утро. Заря теплила кристально голубое небо красным, оранжевым и жёлтым, с трудом пробивалась сквозь кроны деревьев, рассыпалась радугой на каплях росы, обещавшей жаркий день. По просторной поляне шныряла разная живность: вот мохнатый грызун, избегая солнечных лучей, пулей пробежит от одной норки к другой, а вон пёстрая шестиногая рептилия выползет на бурый, покрытый мхом корень, чтобы разогреть охлаждённую ночью кровь. Высокие, но гибкие деревья, окружавшие поляну, соприкасались верхушками крон, так что всё устланное сочной зелёной травой пространство походило на гигантскую залу с необычайно высоким потолком. Вдруг среди переливчатой мелодии пробуждающегося леса раздался ритмичный шорох, с каждой секундой приближавшийся к поляне: кто-то шагал сквозь чащу. Шагал, надо сказать, довольно уверенно, ведь лес усеивали поваленные недавним ураганом деревья, а идущий даже ни разу не замедлил ход, чтобы перешагнуть преграду. Наконец, увесистое бревно, которое с трудом далось бы двум крепким молодцам, замерцало светло-фиолетовым, с треском поднялось и само собой отлетело метров на пять, перекувырнувшись в воздухе. Из густой тени деревьев на мягкий, прогретый солнцем ковёр поляны ступила женская нога в металлическом наколеннике и туфле на толстом высоком каблуке. Если бы рядом оказался какой-нибудь городской работяга, глаза его, верно, рассорились бы между собой, на что дивиться больше: на то, какая эта нога ладная и сильная, и какая у неё гладкая, бархатная кожа, или на то, как искусно выкованы узоры и тонкие гермесовы крылья на этой туфле. Вслед за ногой из тени вышла и её обладательница. Тут уж бедный работяга наверняка грохнулся бы в обморок: деву такой лучезарной красоты вряд ли сыщешь во всём королевстве. Стройные бёдра переходят в узкую талию, аккуратные, изумительно гладкие руки сжимают грозный двуручный меч с надписями на языке древних королевств. Щёки пылают румянцем, а выдающиеся скулы придают обворожительным зелёным глазам выражение вечного лукавого прищура. Золотые волосы, словно облака на горных утёсах, спадают до пояса. Во всём теле струятся, перетекая из мышцы в мышцу, молодость и сила. Доспех воительницы достоин не меньшего внимания. Толстые металлические пластины, сшитые прочнейшими древесными нитями, закрывают плечи, живот, спину и талию, слегка придавливают восхитительный бюст, то и дело мелькающий в местах скрепления пластин. Ниже всего этого боевого великолепия — лишь лёгкая набедренная повязка да наколенники. Девушка окинула окружающее немного усталым взглядом, глубоко вздохнула, затем сделала несколько шагов вглубь поляны. За её спиной раздался лёгкий шелест, и из сумрака выпрыгнуло похожее на кота, но величиной с добрую свинью существо, полностью покрытое совершенно чёрным мехом. Лишь две плошки голубых глаз да два белоснежных клыка сверкнули на вороной морде. Кот практически бесшумно опустился на траву и двинулся вровень со своей хозяйкой. А хозяйкой его была не кто-нибудь, а главная защитница престола Аурии, кавалер золотого боевого креста, магистр Комплекса Точных Наук, самая прославленная волшебница Трёх Королевств, выдающийся знаток чёрной магии и, наконец, тайная любовница первого принца. Звали её Нирой Аурийской, и была она чрезвычайно юна, и никто не знал, в чём же всё-таки тайна её могущества. — А-ах, Гром, — сказала Нира и потянулась; голос её, высокий, но сильный, разносился по поляне, как звук органа отражается от стен собора. — Никогда ещё битва с какими-то гоблинами из подземелий меня так не выматывала. Гром уселся на мох, лизнул правую лапу и рассудительно заметил: — Наверное, в этот раз их просто было слишком много. Я и сам что-то подустал. Ярко-красные губы Ниры тронула усмешка. — Чего только не сделаешь ради защиты трона, — с наигранным пафосом провозгласила она, а затем добавила уже презрительно. — Эти коронованые ничтожества совсем воевать разучились. Да мы с тобой вдвоём можем больше, чем вся их гвардия! — Пожалуй, — согласился Гром. Нира прошагала ещё немного, оказавшись в середине поляны, и со стоном удовольствия растянулась на благоухающем пологе. — Ну ничего, — проворковала она и почесала подошедшему коту за ухом. — Совсем скоро с Севера начнётся настоящее наступление, которое будут вести прирождённые воины. И когда я в очередной раз встану на защиту королевства, нашим дражайшим монархам будет предъявлен ультиматум… Да, ультиматум: либо я становлюсь полновластной правительницей Аурии, либо перехожу на сторону се-ве-рян! — последнее слово она прямо-таки пропела от восторга. — Наслаждайся мирным временем, о милый принц Фергюс, ибо недолго осталось тебе вкушать плод любви с великой Нирой Аурийской… Бог знает, сколько ещё эти медовые речи, в которых, однако, явственно чувствовался ядовитый привкус, могли бы течь из чарующего ротика юной воительницы, однако их прервал громкий хлопок, вдребезги разрушивший умиротворяющее лесное спокойствие и оставивший неприятный писк в ушах. Нира дёрнулась от испуга, но тут же взяла себя в руки, вскочила на ноги, от чего её соблазнительные формы слегка покачнулись, и приняла боевую позу. Запахи трав, влаги и нагретой древесной коры заволокло гарью и каким-то совершенно чуждым природе смрадом. В воздухе плыла голубоватая дымка, от которой, казалось, на глазах вяли растения. Гром беззвучно оскалил пасть, распушил шерсть на выгнутой спине, да так и застыл. На поляне, кроме Ниры с Громом, стоял человек. Ни лица, ни какой-либо другой части его тела не было видно — всё скрывала диковинная серая броня со множеством сочленений. Этот доспех, вспыхнула мысль в голове Ниры, полностью повторяет человеческий силуэт! На груди человека располагалось небольшое прямоугольное зеркало, по которому беспрестанно бегали какие-то огоньки. Шлем имел странное забрало, представлявшее собой не металлическую пластину с вырезами, а аккуратно впаянный в конструкцию щиток из тёмного, совершенно непроницаемого стекла. Человек был угрожающе высок и широкоплеч, а в руках он держал нечто вроде арбалета, только не было видно тетивы, а место, куда должно класть стрелу, было скрыто металлическим корпусом, который заканчивался круглым отверстием сантиметра три в диаметре… Чудище шумно выдохнуло, потрясло головой и огляделось. Затем взгляд его, видимо, зацепился за стоящую в семи шагах девушку в латах. — Чёр-рт, — проскрежетало внутри шлема. От этого получеловеческого голоса по коже Ниры пробежали мурашки. — Опять какой-то океаноид телепортацию настраивал… Щупальца бы им поотстреливать… Ты! Нира снова вздрогнула. — Кто вы такой? — твёрдо крикнула она. — Это территория Аурийского королевства! Любое вторжение расценивается как… — Женщина! — прорычал ходячих доспех. — Что это за место? — Аурия, величайшее королевство в мире! — Что это за планета? — Планета?.. — Это Империя? — Да как вы смеете! — возмутилась Нира. — Империя лежит к югу отсюда, но она… — Мне нужно на юг. «Ах ты, мразь императорская!» — со злостью подумала девушка. Не осталось места для сомнений: молниеносно она выхватила из мешочка на поясе немного магического порошка, распылила его перед собою и произнесла заклинание защиты. Воздух вокруг неё тотчас замерцал синеватым светом. — В эту сферу не проникнет ни одно заклятие, — гордо воскликнула она. — А ты, ничтожество, приготовься к смерти! Ни теряя ни мгновения, она одним прыжком очутилась рядом с пришельцем и со всего размаху рубанула мечом по его панцирной шее. Раздался оглушительный лязг. Меч отскочил от брони, как горох от стенки. Некоторое время оба стояли неподвижно. Затем неизвестный прыснул и расхохотался. — Вот козявка! Палкой заточенной меня взять решила, ха-ха-ха! — смех громовыми раскатами разносился по поляне. Меч выпал из рук воительницы. Она было сделала шаг назад, но вдруг опомнилась. — О храбрый воин… — начала она, пытаясь сделать свой голос возможно мягче и соблазнительней. — Я неверно истолковала твои поступки. Послушай, ты наверняка устал после… долгого путешествия… — она провела рукой по бедру, снизу вверх, чтобы набедренная повязка чуть приподнялась. Затем немного раздвинула пластины брони на груди. — Может, ты желаешь немного отдохнуть, а заодно… На мгновение прекратившийся смех возобновился с удвоенной силой. — Безмозглая, — сказал человек сквозь сотрясавший его хохот. — Не тем ты меня берёшь! У меня тут ничего нет! — и он постучал себя по гульфику своего доспеха. — Как рекрутировали, так и отхватили всё. Оставалось одно. Нира высыпала перед собой ещё порошка и снова произнесла заклинание. Смертоносный красный заряд свормировался из воздуха между её ладоней и сейчас же метнулся к противнику. Тот отшатнулся и зарычал, а когда дым рассеялся, девушка увидела, что доспех на его боку немного оплавлен. — Ах ты дрянь! — страшно взревел пришелец и вскинул свой арбалет. Как странно складываются иногда отношения людей с судьбой. Одни живут сегодняшним днём, не строят никаких планов на будущее и даже не мечтают. А зачем? Ведь всё — сейчас. Так и живут они до старых лет. Другие же, напротив, видят всю свою жизнь лишь в мечтах; вот она — на ладони, на листе бумаги, на карте — расписанная до мелочей в каждой своей стадии. Замок построен — и тут злой рок, шутя в свойственной ему манере, выдёргивает из него основополагающий кирпичик — жизнь. Раз — и ничего не осталось. Ничего… Нира успела лишь в изумлении раскрыть рот. Враг с силой дёрнул спусковой крючок. Очередь зарядов крупной картечи с грохотом вылетела из ствола автоматического дробовика. Первый выстрел начисто снёс спесивой деве её прекрасную головку. Следующие пять навылет прошли сквозь одновременно хрупкое и сильное тело, в клочья разрывая ткани, ломая и дробя кости, всаживая в плоть осколки металлического доспеха. Трава, мох, листья, влажный утренний воздух — всё окрасилось красным, напиталось кровью. То, что осталось от Ниры Аурийской, с неприятным звуком опало на землю. Чёрный кот, всё это время неспособный пошевелиться от ужаса, зашипел и взвился в воздух, чтобы отомстить за хозяйку. Снова оглушительный треск. Врезается осколками тишины в окружающий покой, ставший таким иллюзорным и неосязаемым. Животное, настигнутое выстрелами, превратилось в кровавую пыль. Никто больше не услышит о великой воительнице, защите короны.