21.06

ты не выспалась. не то, что бы была возможность. нагружая себя мыслями о ее реакции на тебя спустя месяц разлуки, не смогла сомкнуть глаз даже на пару часов. проснулась вся на нервах, понимая, что опаздываешь на электричку. понимая, что цветы не заказаны. письмо недописано. время 6:00. ты не собрана, вещи не в чемодане. гребаная сессия и эта ненужная учеба. ведь, вроде, уже как несколько месяцев работаешь у себя в городе по специальности, на которую только учишься. конечно, образование нужно. и если бы мать узнала, что ты не явилась сегодня в университет, а предпочла ему ее, она бы тебя убила. но ты не желаешь думать об этом, судорожно забрасывая необходимые вещи в сумку, решив, что чемодан с отавшимися повезешь лишь по окончанию затянувшейся из-за долгов сессии. ты вообще лажаешь не по-детски. и тебе это нравится. у любительницы дерьма в жизни не могло быть иначе. небрежно завязываешь хвост. ищешь подводку, туфли. оцениваешь жару в неработающем гугле, понимая, что в родном городе высокий плюс. но ты всего лишь на день, всего лишь на встречу, всего лишь к ней. а после снова сюда, сдавать долги, не писать ей. ваше общение — лишь встречи, которых не было вот уже больше месяца. твое лето тоже началось не очень. на часах уже 6:15. сорок минут пешком по стремному району, в котором живешь, не радуют тебя. ты серьезно опаздываешь. а она ждать не будет. ждать тебя — вообще не в ее приоритете. оглядываешь квартиру, закрывая сумку, а после выбегаешь, кидая взгляд на время, и тихо ругаешься. по дороге стараешься не думать, что ждет тебя в том городе, как отреагирует мать, если все-таки узнает, что ты уехала. ради нее. к ней. она ей не нравится, ты же знаешь. вбегаешь на вокзал за пять минут до окончания посадки, стараясь не заблудиться в столичных путях. эта подземка гораздо сложнее, чем первомайка. и ты думаешь об этом, только не о предстоящей встрече. едешь в неизвестность. и тут факт. с пожилой женщиной, что пытается разобраться в своем телефоне и дозвониться дочери. просит тебя помочь, а ты всем видом показываешь, что не хочешь этого, но все же тянешься к ее айфону, понимая, что тоже ничего не понимаешь. но все же помогаешь ей набрать номер с белого листа, получив благодарность. втыкаешь в уши наушники, но даже не успеваешь включить первую песню, как старушка интересуется, куда ты направляешься. и правда, куда? к кому? кто она тебе, чтобы ты срывалась к ней? бывшая коллега? знакомая? почему ради нее ты ставишь под вопрос свое обучение в этом гребаном университете? ты говоришь, что едешь домой, не спрашивая, куда она, чтобы не дай бог не заговорила с тобой. тебе нужно подумать. хоть раз сделай это. цветы. письмо. письмо с цветами. записка в букете. цветы. да, черт, эти цветы даже не заказаны. а везти такой ценный груз по наполненной электричке — ты не горишь желанием. какой шанс, что в восемь часов у тебя примут заказ? какой шанс, что она вообще на работе? письмо. да, письмо. ты, как из 19 века, написала ей письмо. без эмоций. пришла после учебы и решила начать. все по фактам. все по полочкам. решила, что расскажешь ей, кто она в твоей жизни. как за этот год она поменяла ее своим появлением. ты не следила за объемом, стараясь высказать все, что до сих пор не могла. старалась не показаться навязчивой. весь этот год. дура. но оно осталось недописанным. ты поставила точку после фразы: вы стали смыслом моей жизни, не осознавая этого. и как продолжать — уже не знаешь. записка. ты хотела написать, что этот букет для невероятной женщины, но потом поняла, что это слишком для сопливых фильмов, а тебя они вымороживают. думала над «прекрасной имениннице», но понимала, что это звучит глупо. поэтому просто поздравила с днем рождения, черкнув первую букву имени в конце. ты следила за меняющимися сюжетами в окне, все сильнее осознавая абсурдность своего поступка. твое рвение поздравить ее будет выглядеть со стороны комично. и если она засмеется от твоего появления — ты ее поймешь. остановка за остановкой. и вот объявление конечной. знакомые улицы. здания. твой дом. ты выходишь, не чувствуя мандраж. неловкость. следишь за людьми, которых встречают. не завидуешь даже. за старушкой, что приняла в объятия внучку, рассказывая что-то дочери и указывая на тебя. выходишь с вокзала, ища в сумке ключи от дома. и благодаришь мать за то, что она отправила брата в лагерь, и он не сдаст тебя. уставшая после двухчасовой трясучки в наполненном восьмом вагоне, ты вваливаешься в дом, слушая тишину. принимаешь в объятия кошку, что как маленький ребенок ждала мамочку из этой тупой столицы, которая вывезла не только тебя, но и твое скучаете к этому животному. она извивается и мурчит. а ты чуть ли не плачешь, понимая, как же сильно соскучилась. и не только по кошке. заходишь в комнату, устраиваясь на кровати, вымученно выдыхая. устраивая ее рядом с собой. представила себя на ее месте и поняла, как же легко животные могут проявлять свои чувства к своему хозяину. поняла, что не можешь так же, потому что потому. тут и кольца на ее пальце не надо, чтобы понять, почему нет. ты планируешь привести себя в порядок, после того, как кошка уйдет от тебя, отдав все скучание по тебе за несколько минут. а после снова начнет носиться по дому, как заведенная, потому что это ее образ жизни. и скучать по тебе она может долго, но спать с тобой — пару минут. и тут без отсылок, только кошка. ты принимаешь душ. приводишь себя в более-менее нормальный вид, уставившись на синяки под глазами, что оставила тебе учеба. ищешь в холодильнике еду, ведя себя так, будто бы уже передумала куда-то идти. и об этом напоминает только лежавшее в сумке письмо. а ты и правда думаешь, надо ли тебе выходить из дома. появившаяся в сети подруга капсом твердит о том, что нужно идти искать цветы, а ты игнорируешь ее, не понимая, что делать. реветь, либо уезжать на дневной. даже успеешь зайти в универ. но ты выбираешь слезы, закрывая этот несчастный холодильник, которому ты надоела за свои 19 лет до чертиков. надеваешь первую попавшуюся одежду, проверяя баланс. у тебя нет даже подарка. только цветы с запиской и недописанное письмо. да и денег тоже нет. и на идеи для подарка ты не тратила свое время, понимая, что фантазия тут покинула тебя еще давно. выбегаешь из дома, решаешь испытать счастье в первом попавшемся цветочном. и милая девушка тебе даже не отказывает, интересуясь, на какое время нужен букет. а ты сама-то знаешь? просишь ее подождать пару минут, набирая номер подруги, в надежде, что она сегодня работает. и тут случается то чудо, в которое ты не верила. никогда еще удача не была на твоей стороне, как сейчас. она много болтает, спрашивая у начальства, когда приедет имениница. и ты, услышав нужное время, сразу сбрасываешь, даже не сказав ей об этом. наплевав на то, что она может подумать. она нормальная девушка и болтаться о вашем разговоре не будет. с улыбкой до ушей сообщаешь нужное время шатенке, внося предоплату, и довольная возвращаешься домой. хорошо, цветы позади. осталось самое сложное. ищешь у брата черную ручку, материв себя за то, что не догадалась утром бросить ее в сумку. но все же находишь, садясь за стол. что там по плану дальше? теперь уже на эмоциях пишешь о том, как сильно изменилась твоя жизнь за этот год, желая посвятить ее в эти изменения. она должна знать. даже если после этого письма, она больше не захочет с тобой контактировать, ты все напишешь. а она — прочитает. и будет знать о твоих чувствах. о твоей привязанности. о том, как сильно ты ее любишь. завершаешь письмо, поставив дату. все официально, не хватает только печати — и ты над этим смеешься. скитаешься по дому пару часов, отвлекая себя играми с кошкой и переписками. ты никому, кроме подруги, не сказала, что приехала. и что написала все — тоже. знаешь, что она не осудит. не скажет, что ты похожа сейчас на влюбленную дуру. влюбленная дура. просто дура, если разобраться. она так не считает, а ты смеешься ей в голосовое, что, кажется, она права. но отрицаешь это сама для себя, закидывая ее фразами о том, что вы никто друг другу. ну тут даже не поспорить. ведь так? красишься с мыслями о тридцатиградусной жаре, надеясь, не прийти к ней вся красная и с потекшей тушью. хоть ты в любом случае будешь реветь, так что от этого не убежать. смотришь на время. пора выходить. и тут впервые нет шуток про окно. ты хочешь к ней, как бы глупо не выглядела ваша встреча со стороны. вроде, она знает, что ты уехала на учебу, и не вернешься до конца месяца. рада ли она будет увидеть тебя?.. выбираешь наряд так, как не выбирала его на первое свидание с бывшим. просто для него ты не хотела казаться красивой, ты сразу же обрекла ваши отношения на провал. а эти отношения… да нет никаких отношений, брось. смотришь в зеркало на двери. достаешь туфли из пакета. смеешься подруге, что такой красоты достойна только она, а завтра на парах ты снова будешь леди блэк. сжимаешь в руке письмо вместе с ключами, пожелав себе удачи. забираешь цветы. благодаришь шатенку. она желает тебе счастья и бросает фразу о том, что ей понравится букет. интересно, она всем так говорит? это ведь ее работа. оцениваешь, сколько тебе понадобится времени, чтобы дойти до прошлой работы. понимаешь, что не опаздываешь, бросив письмо, свернутое в конверт, в цветы. а букет и правда красивый… добираешься до места даже быстрее, чем ожидала, выискивая в зале подругу. она тебе улыбается, смеется, что ты приехала ради нее во время своей учебы. оценивает тебя и говорит, что ей понравится. оценивает букет и говорит, что он не лучше тебя. в этом вся подруга. на комплименты она сильна. вы входите в подсобку, встречая начальницу с круглыми глазами. она тебе, видимо, не рада. а впрочем, тебя это не интересует. она подходит к вам, отправив подругу обратно, кинув фразу, что чай попить с тобой она еще успеет. а ты понимаешь, что нет, ведь, отдав цветы, сразу же захочешь уйти, чтобы не испытывать стыд. начальница смеется над тобой и твоим поступком, шутя про свой день рождения, а ты нагло говоришь, что не намерена приезжать к ней. пускай думает, что хочет. твое появление — не для нее. ты ждешь в столовой, строча подруге о том, что боишься увидеть ее, считая минуты в диалоге. ты и правда дура. слышишь ее смех за дверью. отставляешь кружку в сторону, слишком громко вздыхая, слушая эхо по комнатке. берешь себя в руки. в руки — цветы. и выходишь. она стоит к тебе спиной, получая поздравления от начальницы. счастья. здоровья. денег побольше. кто-нибудь когда-нибудь придумает новый канон? начальница замечает тебя, но ничего ей не говорит. она сама понимает, что что-то не так, оборачиваясь. ваши взгляды встречаются, и ты готова провалиться под землю, не понимая, почему эти хреновы каблуки тебя не держат. она расплывается в улыбке, оглядывая тебя, будто не верит, что это и правда ты. здоровается с тобой как всегда по-особенному. говорит, какая же ты у нее красивая. а ты смотришь на начальницу, которая до сих пор стоит здесь. зовет вас в зал, для поздравления всем коллективом. но она не двигается с места, все так же смотря на тебя. а ты даже не поздоровалась. вспоминая об этом, шепчешь «здравствуйте», заглушая биение сердца в ушах фразами, как сильно соскучилась. с улыбкой, будто бы это шутка. она не должна понять, что ты считала дни до этой встречи. протягиваешь ей букет, освобождая руки, и нервно поправляешь волосы, пытаясь скрыть волнение. канонно поздравляешь ее, понимая, что придумать что-то иное — забыла. да и все написано в том письме, что теперь она держит в руках. не открывает. то ли боится, то ли не хочет. все-таки поддается начальнице и выходит в зал, но только после тебя. сравнявшись, шепчет на ухо «спасибо». ее горячее дыхание обжигает нежную кожу ушей, от чего ты рискуешь упасть и превратиться в лужицу прямо здесь. перед вашей «любимой» колбасой. она обнимает тебя, крепко прижимая к себе, что тебе удается услышать ее учащенное сердцебиение, а ей — твое. вы обе переживаете. и ты не понимаешь, почему она тоже. слушает поздравление от коллег, не сводя с тебя взгляда. соглашается пить чай — только с тобой. сидит напротив тебя, перебирая пальчиками твое письмо. ждет ухода начальницы, чтобы еще раз сказать спасибо. — я не ожидала тебя увидеть сегодня. — а я ждала этот день, — говоришь ты с улыбкой, желая не разреветься. — что это? — указывает на письмо, пряча глаза. — слова от сердца. вы допиваете чай молча, под звуки открывающейся двери. под ее разговор с твоей подругой. ты до сих пор хочешь уйти, потому что больше не можешь сдержать себя в порыве обнять ее и поцеловать. она замечает твое нервное постукивание черными длинными ногтями по деревянному столу, но ничего не говорит. предлагает выйти на улицу, потому что здесь душно. да и здесь просто проходной двор какой-то, а она хочет остаться наедине. ты куришь. материшь ветер, что дует дым в ее сторону. — завязывай, — говорит она, убирая из рук сигарету. — хорошо. понимаешь, что это — привычка и от нее так просто не избавиться. и ты не о курении. — можно тебя обнять? — интересуется она, ожидая твоего ответа. ты лишь киваешь головой, обнимая ее так крепко, от чего слезы сами катятся по щекам. она слышит твои всхлипы, целуя в макушку. но это совсем не успокаивает. целует в щеку, корчась от соленого привкуса, и смеется. ты растаптываешь свои страхи, как она твою незаконченную сигарету, касаясь ее щеки своими накрашенными губами. и тоже чувствуешь эту соль на кончике языка. ничего не говоришь. не возвращаешься в помещение. выходишь здесь, совсем не желая видеть кого-то напоследок, кроме нее. забегаешь домой на пару минут. целуешь кошку собираешь вещи. покупаешь билет. уезжаешь. плачешь в квартире с сигаретой в руке. получаешь сообщение от нее. — вы — моя боль. цитата из письма. — мой дружочек. она дошла до конца листа. — ваш дружочек.