Твои нежные руки, что всего мне милее...

Боль. Все, что она помнит после того, как Такемичи рассказал о происшествии со стрельбой. Дракен закрыл друга, как и всегда, полный самопожертвования. Твои нежные руки, что всего мне милее Улыбка и взгляд, что сердце не греет «Твои взгляды, твои руки, твоя улыбка, весь ты всегда был только для Эммы. Я всегда знала это, поэтому ничего не предпринимала. Я была рада, что ты счастливо гулял с ней, хотя, возможно, это было самообманом, чтобы заглушить боль. Но я была готова пожертвовать собой, чтобы у вас было все хорошо. Я знала, что не заслуживала вас, своих друзей…». Я нежно рисую в своем воображении Пытаясь запомнить это мгновение «Эта история на троих. На троих, где мои чувства были обузой, которую я всегда стойко несла сама на своих плечах. Никогда никому не признавалась, умирала и плакала в одиночестве, чтобы снова с улыбкой вставать после бессонной ночи, чтобы замазывать синяки под глазами слоем тональника и быть молчаливой поддержкой для тебя. Рю, ты никогда не делился своей болью после смерти Эммы. И каждый раз я видела, я знала, но ничего не могла сделать…». И кажется раем, когда повстречаю Твой взгляд среди прочих таких одиноких «Иногда мне казалось, что тебе стало легче, ты отпустил это, с трудом, с болью вырвал эти воспоминания из груди, чтобы выбросить груз, отравляющий твоё сердце. Ты смеялся: для меня, для своих друзей. И я думала, что ты оправился. Я была очень глупой с ложными надеждами. Я мечтала, наивно представляла. Такая дурочка...». Чтобы снова зажечься и падать сгорая Как падают звезды, что мы наблюдали «Ты давал мне надежду. Надежду на другое будущее, на счастливое совместное будущее. Наша жизнь была так тесно переплетена благодаря тосве, я не могла отпустить всех и убежать, хоть каждый взгляд твой ранил меня, потому что он всегда проходил сквозь меня. Ты так любил смотреть на звёзды, как думаешь, есть ли будущее после смерти? Кого ты выискивал в необъятных просторах неба, когда ещё одна звезда ярко вспыхивала, чтобы в последний раз очертить небосклон, оставляя свой маленький след, исчезая во мраке? Кого хотел увидеть? Можешь не рассказывать, я знаю...». Когда во сне приходит тьма, Я снова ищу тебя... «Мир такой тусклый без тебя, Дракен... Как же мне найти силы, чтобы снова встать с кровати? Мои страхи воплощаются в самые жуткие кошмары, но теперь у меня нет маяка, который сможет меня спасти от этой тьмы. Иногда мне кажется, что реальность и сон перемешиваются и я уже не понимаю, что из этого реальность. Реальность перестала для меня существовать после твоей кончины. Ты забрал с собой моё сердце, оставив боль. За это я иногда тебя ненавижу. Но пресекаю такие мысли. Они не для тебя, ты того не заслужил. Возможно, я просто хочу переложить ненависть. Потому что на самом деле я ненавижу себя…». Дневник с хлопком закрывается, очередная небрежно исписанная страница, что посвящена Рю. И её безграничной боли. Возможно, последняя. Ведь больше девушке не про кого писать. Ведь этого парня больше нет на бренной земле. Возможно, теперь он бегает по облакам, воссоединившись со своей любовью? В лицах прохожих чужих Когда-то все же родных Натянув капюшон на самые глаза, чтобы скрыть себя от других, она приходит на похороны. Стоит в углу, не смея подойти. Слишком страшно увидеть его безмятежное лицо бережно укутанное в бутоны цветов. Взгляд бродит по осунувшимся лицам друзей, кто-то плачет, кто-то понуро упирается взглядом в фотографию молодого парня, украшенную чёрной траурной лентой, кто-то до сих пор не верит. Она тоже не верит, ей кажется, что Дракен сейчас зайдёт через эти двери и рассмеется громко, тыкая пальцем со словами: "Что у вас с рожами?" Сейчас. Вот-вот. Уже... Но ничего не происходит. Слышны только очередные всхлипывания. Судорожный вздох, когда к ней хочет подойти Мицуя. Аккуратный шаг в сторону. Она не готова сейчас говорить, а тем более слушать утешающие речи друга. Он единственный, кто знал о её любви к Рюгуджи. Он знает, как ей тяжело на самом деле. Она буквально не узнает это лицо, это её друзья? Бывшая тосва? Эти сильные духом и независимые люди, что сейчас сломлены? Надрыв в сердце опасно жжётся, будто показывая, как долго будет болеть ещё, как будет гноиться не один год. Она уходит, оставляя друзей, бежит от них, от осознания. Родные когда-то лица сейчас размываются, превращается в неразборчивую массу. Интересно, это от слёз, что застилают глаза? Чужой среди своих Сложно спать, ещё сложнее просыпаться. Апатия такая сильная после стольких дней безпрерывных слез, что разглядывание потолка кажется самой тяжёлой и одновременно интересной затеей в жизни. Мицуя приходит почти каждый день, готовит, убирает, умывает. Стоит за дверью часами, пока она принимает ванну, готовый сорваться в любую минуту и выломать этот несчастный кусок дерева с петель, чтобы проверить, не сделала ли девушка что с собой. Она чувствует вину, вот только ничего не может поделать. Будто её эмоции больше неподвластны ей. И я вновь просыпаюсь С каждым днем все сильнее Ощущая под кожей Боль от резкой потери Место, где раньше были собрания тосвы сейчас такое пустое. Этот покинутый всеми храм одиноко стоящий посреди леса стал убежищем, пристанищем для девушки и её ссаднящего сердца. Где-то здесь она оставила свою душу, запечатав послание на дереве около храма. Только тут она чувствовала, что может высказать накопленную боль. — Тебе было тяжело, я знаю. Ты потерял друга, потерял девушку, которую так любил. Внутри ты чувствовал зияющую пустоту, да? Ты ведь не хотел жить, если быть честными? Я чувствовала это по твоему пустому взгляду, но ничего не могла сделать. Я такая бесполезная, – перила скрипнули под тяжестью тела. Девушка сложила голову на руки, губы задрожали. — Так эгоистично, Рю... Оставлять всех нас, но я тебя понимаю. Сложно нести груз в одиночестве, – она рассмеялась, стирая тыльной стороной руки первые дорожки слез. — Давай встретимся ещё когда-нибудь, Дракен... – она посмотрела в беззвёздное темно-синее небо, затянутое тучами, – когда-нибудь, когда сможем стать счастливыми... Девушка покачала головой в отрицательном жесте, прерывая свой поток мыслей, стряхивая непрошенные слезы. — Нет, – она тепло улыбнулась, хотя в её глазах была всепоглощающая боль. – уверена, ты уже счастлив, рядом с Эммой, не так ли? А я позабочусь о том, чтобы спасти Майки. Тебе больше не нужно страдать. Прощай, Рю... Девушка развернулась, скрываясь за деревьями. Их тень поглотила её ссутулившийся от прохлады вечера силуэт. Подул ветер, разгоняя тучи. Где-то в небе свернули две звезды, но этого никто уже не увидел...