Юля – Санина

«Что бы ни случилось, я всегда рядом, моя девочка. Всегда рядом.»

Юсе

В руках остается только конвертик. Девушка сворачивает листочек в четверо, складывает самое главное в левый кормашек рубашки и по привычке снова зализывает уже переставшую липнуть верхушку. Для достоверности. Она всегда прятала содержимое писем в кармашках, перекладывая, когда в комнате никого нет, в аккуратный ящичек внутри комода. Только бы никто не увидел. Это же её письма. Её папа. И она – Санина.

***

Юля любила папины колени. Присаживалась, обнимая его за шею и вновь они оказывались в своей Вселенной. Когда было больнее, чем обычно, утыкалась под слегка щекочащий от щетины подбородок и промакивала подареные ею же разноцветные футболки. Папа долго гладил темные волосы, взглядом отвечая на немые вопросы матери. Как будто всегда знал, что произошло и, вместе с тем, никогда не спрашивал об этом. Он заплетал её сам. Задумавшись, дергал непослушные прядки, и долго зацеловывал макушку под недовольные визги маленькой принцессы. Волосы путались постоянно и дергал он всегда. Конечно, не специально, и ... было даже весело. Юсе часто казалось, что между ними, должно быть, магия. Иначе кто объяснит невесмые ниточки любви. Особенной. Кто расскажет, почему без него казалось, что друзей никогда не было, но стоило оказаться вместе: вытворить какую-то несусветную, но очень необходимую глупость – и никого не требовалось больше..

***

      

« Крошечка, тебя никто не обижает? Напиши мне, как будете на месте, идёт? Порвите всех.»

Юсе

Первый концерт, когда за маской Кричи больше не папа. Немного страшно думать об этом слишком часто. Она посильнее жмется к Валу, слушая размеренный стук его сердца. И замирает ненадолго. Хорошо, что она с мальчиками. Так всегда было спокойнее. – Он всегда здесь, Юльчик.

***

«Я люблю тебя. А ты не бросай то, что любишь.»

Юсе

Детская мечта танцевать сбылась так неожиданно и мновенно, что войти в нее оказалось непросто. Побитые колени – провал на паркете. Побитые колени – успех. Никогда не угадать точно. Для него же провалов не было. Злость на парней, Вала, который не смог быть на репетиции, распирала виски, когда Юля позвонила сообщить о трещине в ребре. Неужели, трудно уследить за девочкой?! Он же справлялся. И всегда приходил рятувати. – Ей уже лучше. Врачи приехали быстро. Бедная, ей так трудно терпеть уколы. – Тина осторожно трет запястье спящей на коленках Юли. Она всегда просила папу обойтись таблетками и он слушал. Жаль, что не сегодня. – Ей сделали обезбол. Пусть поспит немного. Девочке силы понадобятся. Я... буду рядом. Впервые он не сдерживается не при своей супруге и маленькие капельки безмолвно оседают на щеках. Долго целует её в лоб и ладошки, когда дочь просыпается. Вспоминает общие шутки из детства, которые, не сказать, что были очень смешны (но отчего-то всегда такими казались), когда ребро замораживают перед выходом. И больше не хочет отпускасть свою Юсю. Обычно, это его ревнивая малышка ходила хвостиком. Боялась, что папу из их Вселенной кто-то может забрать. Он никак не мог отучить и просто заразно смеялся, пока щечки маленькой Юли краснели от смущения. Настало время меняться..

***

– Не хочу заканчивать наш танец, пап. Мне не хочется, чтобы ты уходил. – Я всегда с тобой. Всегда тут. – хрупкая ручка в обхвате мужской ладони ведет по сердцу. Одно на двоих. И пусть она слишком собственницей покажется, но папу любит сильно. Они кружатся под всполохи сердца, выпрыгивающего из её музыки. Юля жмется отчаяно. Юля хочет врасти воспоминаниями в детство, в него. Юля хочет стать его душой, не подозревая, что давно ей стала.

***

С каждым днем они взрывают в авациях концертные залы, утопая в шквале амлодисментов и восхищенных глаз, берут участие в шоу под легендарным именем фронтвумен. Читают с Валом сказки маленькому Дане, подмечая в глазах исконно Юлино любопытство. Изредка вспоминают, что сами все еще невозможно любят сладкую вату и мороженое, в общем-то. Но в их Вселенной все по-прежнему. Она снова на его коленях. На ней их фирменная коса. Теперь локоны ощутимо длиннее, чем тогда. Но расплетаются так же непослушно. – Просто горечь делает из тебя королеву. Снова слушает. Снова она на месте. – Что бы ни случилось, я всегда рядом, моя девочка. Всегда рядом. И Юля снова маленькая. Снова и навсегда маленькая Юся в его руках. Поюшевый медведь-талисман, одиноко посаженый на полку только после окончания университета, тоже старается смотреть понимающе..

***

Она утирает мокрые дорожки, откладывая альбом. Их совместный альбом, где на первом фото стоит на ступеньках родильного дома с маленьким кулечком в руках самый счастливый отец. Уже тогда это было началом. Началом их общей планеты чистой и честной любви. Именно такой всегда учил папа. Фото с конвертами остаются, аккуратно запакованные, в ящичке камода, а девочка вновь вспоминает: Она – Юля. Юля – Санина. Это всегда – одно целое.