Forgotten feelings

      Сегодня пять лет со дня основания Чёрных Драконов. Казино заполнено огромным количеством людей, начиная от самих членов банды, заканчивая их друзьями и близкими. Негромкая музыка, звук разливающегося алкоголя, запах различных парфюмов и сигаретного дыма — всё смешалось воедино. Всюду мелькают Драконы, что сменили чёрные кожанки на классические костюмы, а с ними спутницы в вечерних платьях.       Вот и я стою в своём кабинете, поправляю запонки и ненавистный галстук, который ощущается как удавка. Но стоит признать, что такой внешний вид идёт мне куда больше, чем привычные джинсы и футболка. Убедившись, что вся одежда сидит идеально, подхожу к столу, наливаю в тумблер немного виски. Желание напиться не покидает с самого начала вечеринки. Устало вздыхаю, сажусь в кресло, одним глотком выпиваю содержимое бокала и, прикрыв глаза от наслаждения, запрокидываю голову на спинку.       «Тишина… И выходить не хочется».       Расслабляющую обстановку нарушает стук в дверь. Поднимаю голову и грозно говорю:       — Войдите, — выпрямляю спину и складываю руки в замок.       — Хилл, пошли веселиться! — в кабинет входит весёлый Вишня и сразу присаживается на диван, который стоит в моём кабинете, похоже, только для него. — Чего ты тут тухнешь?       — Не тухну, а культурно отдыхаю, — демонстрирую ему бутылку шотландского виски и снова наполняю тумблер.       — Тц, — закатив глаза, парень поднимается с места и подходит ко мне. — Пошли, там культурно отдохнём, — он кивает в сторону двери. — Да и к тому же, — заговорчески начинает шептать, — одна птичка проговорилась, что скоро появится О’Нил, — услышав знакомую фамилию, сжимаю бокал в руке до неприятного хруста, ещё немного и он лопнет, но друг быстро выхватывает тумблер из моей руки.       — Ну и чего ты так завёлся? — спокойно, но с лёгкой ноткой укора интересуется Вишня, облокачиваясь бедром на угол стола.       — Не завёлся! — раздражённо бросаю в ответ, встаю с кресла и подхожу к окну, доставая пачку сигарет. — Иди, Вишня, покурю и приду к вам, — друг кивает и молча выходит из кабинета, оставляя меня в одиночестве.       Сара О’Нил. Моя бывшая девушка. Полгода назад мы расстались: сжигающая ревность разрушила всё, что между нами было. Она ревновала до криков, битья посуды и громких слез.       «Думала, что не люблю… Глупая».       Любил, больше жизни. Мы начали встречаться, когда ей только исполнилось семнадцать лет. Познакомились благодаря Майклу Тёрнеру, которого в тот день я повёз забрать его брата — Бобби — из школы. Тогда на крыльце стояла красивая брюнетка, что сразу привлекла внимание, и я, не теряя времени, подошёл пообщаться. С того момента и начались наши отношения.       Многие крутили у виска. Конечно, рядом со школьницей ходит двадцатисемилетний создатель опасной группировки. Для всех я был убийцей и монстром, но не для неё. Я знаю, что она тоже любила, но юношеский максимализм и вечное недоверие убили всё внутри меня.       «Или не всё? Злость и недовольство поведением Сары, похоже, затмили те тёплые чувства, что всегда были по отношению к ней».       Решив, что хватит думать и вспоминать о том, чего уже не вернуть, ещё раз посмотрел в зеркало. Оценив свой внешний вид, вышел из кабинета и направился туда, где проходит всё веселье.       Часть Драконов танцует на импровизационном танцполе со своими вторыми половинками. Часть сидят по разным столикам, что-то бурно обсуждая. Обвожу всех взглядом и вижу нужных мне людей.       За отдельным столом, что находится немного в стороне ото всех, сидят Бурый, Вишня, Майкл, Адель и Стефани. Уверенным шагом направляюсь к ним и параллельно здороваюсь с Драконами и их спутницами.       Едва я подошёл к столу, за которым сидели мои друзья, все взгляды сразу обратились ко мне. Молча кивнув головой, сажусь на чёрный кожаный диван. Двумя пальцами руки подаю сигнал бармену, чтобы тот принёс мне виски, на что молодой человек кивает и отправляется выполнять заказ. Возвращаю своё внимание на ребят и стараюсь вникнуть в их разговор.       — Да, пять лет уже прошло, — поднимая свой бокал с напитком, добродушно проговаривает Вишня.       — А сколько всего пережили, — с лёгкой улыбкой отвечает ему Тёрнер, нежно поглаживая руку своей девушки — Адель.       — И не говори, — подхватывает Бурый и делает глоток из бокала, в котором, видимо, плещется коньяк. — Помните, когда нас ещё было всего четверо? Ох, как было весело, — с усмешкой продолжает он.       — А сколько дерьма вывезли, — уже говорю я, отпивая из тумблера виски, который как раз принесли.       — Главное, что сейчас его нет, — подмигнув, отвечает Вишня и одной рукой обнимает Стефани, нежно целуя ту в висок.       — За отсутствие дерьма в нашей жизни! — отсалютовав бокалом ребятам, выпиваю янтарную жидкость. Все согласно кивают, но идиллию разрывает до боли в груди знакомый голос:       — Приветик, родные, — поворачиваюсь и вижу её. Моя Сара стоит по правую руку от меня в шикарном, обтягивающем изгибы её стройного тела, чёрном платье на тонких бретельках. Небольшое декольте открывает вид на упругую грудь, а вырез от бедра демонстрирует всем длинные ноги. Макияж, как и всегда, совсем минимальный, а чёрные, как вороново крыло, волосы, аккуратными волнами разбросаны по спине.       — Принцесса, — добродушно протягивает Вишня и поднимается со своего места, дабы обнять подругу.       «Боже, у неё ещё и спина открыта».       Чувствую, как внизу живота начинает тянуть. Отбросив ненужные мысли, снова делаю глоток и откидываюсь на спинку дивана.       Поприветствовав каждого за столом, Сара садится напротив меня и с хищной ухмылкой обращается, говорит:       — Привет, Хилл, — она поправляет волосы, открывая вид на острые ключицы и тонкую шею, слегка проводя наманикюренными ногтями по фарфоровой коже. Стараюсь не подавать вида, что заметил её невинный жест, и безразлично отвечаю:       — Здравствуй, Сара, — мой тон голоса холоден, как и всегда. По недовольно поджатым губам понимаю, что моё безразличие ей не понравилось. Кое как сдержав победную улыбку, переключаюсь на ребят. Больше мы не сказали друг другу ни слова.

***

      Вечер, что плавно перетекал в ночь, проходил в уютной, весёлой обстановке. Некоторые Драконы уже направлялись по домам, а мы всё болтали и выпивали. Сара бросала неоднозначные взгляды в мою сторону: то стрельнёт своими голубыми глазами, то прикусит нижнюю губу, то перекинет ногу на ногу и как бы случайно заденет мою под столом.       «Чертовка, знает же, за какие верёвочки дёргать».       Терпеть эти игры я уже не мог, поэтому поднимаюсь со своего места и обращаюсь к парням, приглашая их выйти на улицу, покурить. Бурый и Майкл отказываются, а Вишня согласно кивает, и мы идём к выходу.       «Срочно нужно выдохнуть, иначе я сорвусь».       Холодный ветер слегка отрезвляет затуманенную голову. Мысли немного приходят в порядок, но один вопрос всё так же мучает.       «Чего она добивается? Думает, что можно всё вернуть? Или хочет развлечься?»       — Друг, ты чего задумался? — прерывает поток мыслей Вишня и обеспокоено смотрит на меня, подняв одну бровь, ожидая ответа.       — Да ничего, забей, — отмахиваюсь от него, достаю сигарету и закуриваю. Вдыхая и выдыхая едкий дым, слышу, как рядом он недовольно фыркает.       — Хилл, я ведь тебя знаю не первый год и всё прекрасно понимаю. Почему вы с принцессой продолжаете бегать друг от друга? — одна рука друга покоится в кармане брюк, а другая подносит сигарету к лицу.       — Мы расстались, забыл? Между нами ничего нет и не будет, — равнодушно пожимаю плечами и продолжаю наслаждаться никотином.       — Да, конечно, — раздражённо фыркает Вишня. — Именно поэтому уже полгода у тебя никого нет, даже на одну ночь. Да, только потому, что между вами ничего нет, — от нервозности он пинает камень, что лежит рядом.       — Что ты хочешь услышать? — устало вздыхаю и перевожу взгляд на друга. — Что я люблю её? Да, люблю, а дальше что? Снова ревность, скандалы, крики? — слегка злюсь от разговора, который он затеял.       — Но не забывай, у вас были страстные примирения, — с пошлой ухмылкой отвечает Вишня. — Все Драконы слышали, как вы миритесь, да чего Драконы, весь Сентфор, — восторженно обводит руками пространство вокруг нас.       — На одном сексе отношения не построить, — качаю головой и одним щелчком указательного и большого пальца отправляю окурок в урну. — Пошли, ягодный, больше эту тему поднимать не надо, — друг обречённо кивает головой, но не спорит, знает, что бесполезно. И мы, в тишине, возвращаемся в зал.       А я снова думаю: ведь где-то ягодный друг прав. Несмотря на все ссоры и ревность, нам было чертовски хорошо вместе. Не только в сексе. Мы просто дополняли друг друга, и этого, казалось, было достаточно.       «Так почему сдались, не попытались бороться дальше, а просто опустили руки?»       Мои размышления прерывают руки, что оказались на плечах, слегка сжимая. Ласковый шёпот раздался возле уха:       — Потанцуй со мной, Хилл, — Сара прикусывает мочку уха, отодвигается и обходит меня, оказываясь напротив лица.       — Желание дамы — закон, — с лёгкой хрипотцой в голосе отвечаю и беру немного грубо, как она любит, за талию, прижимая к своему телу. Слышу её приглушенный вздох.       «Нравится…»       Уверенно веду в танце, постепенно перемещая в центр танцпола.       Сара смотрит в глаза, поглаживая мои плечи, слегка царапая сквозь плотную ткань пиджака. В её голубых омутах можно увидеть многое: от восторга до лёгкого возбуждения. Но самое главное, что я заметил, так это — любовь. Да, ошибиться не мог, любовь, так она смотрела на меня всё время наших отношений.       — Я скучала, Аарон, — тихо шепчет Сара, в надежде, что не услышу, но я слышу, каждое слово.       — Чего ты добиваешься, Сара? — пропускаю её слова мимо ушей, не хочу идти на поводу, не хочу снова оказаться в ловушке чувств, из которой нет выхода. Продолжаю держать её за талию, уверенно ведя в танце.       — Ничего, — пожимает плечами она и гладит мою щёку, задевая большим пальцем нижнюю губу. — Просто хочу, чтобы мы поговорили, наедине, — заговорчески шепчет, находясь в нескольких сантиметрах от моих губ. Всеми силами стараюсь не поддаться на провокации, ведь потом назад дороги не будет.       — Пошли, поговорим, — безразлично проговариваю и выпускаю её из своих рук, на что слышу раздражённый вздох. Довольно усмехаюсь, ведь не только ей играть позволено.       Не дожидаясь Сары, уверенным шагом иду в свой кабинет. За спиной слышатся недовольное пыхтение и стук каблуков по мраморной поверхности пола.       Когда мы заходим в кабинет, я направляюсь к столу, сразу наливая себе виски, ведь понимаю, что лёгкого разговора ждать не стоит. Сара, тем временем, присаживается на диван, сексуально закидывая ногу на ногу. Разрез открывает шикарный вид на стройную ножку, стараюсь скрыть свой голодный взгляд, чтобы она ничего не заметила. Но, когда вижу её довольную улыбку, понимаю, что план провалился.       «Нет, Сара, я так просто не сдамся».       — Ну и о чём ты хотела поговорить? — сажусь в кресло, делаю небольшой глоток янтарной жидкости, одной рукой нервно поправляя волосы.       «Хилл нервничает, кому скажи — засмеют».       — О нас, — заправив выбившуюся прядь волос за ухо, тихо говорит Сара.       — Нет никаких «нас», полгода как, — устало выдыхаю и откидываюсь на спинку кресла.       — Ты уверен? Неужели почти три года отношений смог вычеркнуть? — она презрительно смотрит на меня и нервно теребит ткань платья. — Неужели разлюбил? — уже совсем шёпотом спрашивает, а меня будто током прошибает. Сердце пропускает несколько ударов.       «Разлюбил? Да похоже никогда».       Резко поднимаюсь со своего места и подхожу к Саре.       — Не разлюбил, — аккуратно прикасаюсь к её подбородку, поворачиваю к себе, в надежде, что она посмотрит мне в глаза, но нет. — Посмотри на меня, — тихо шепчу, но голубые омуты так и не поднимают свой взор. — Сара, — более строгим голосом прошу, и она слушается. Когда поднимает свой взгляд, то вижу несколько слезинок, что скопились в уголках глаз. — Не разлюбил, малышка. Но пора взрослеть, ты же понимаешь? Мы не сможем существовать вместе, если твоя ревность так же будет с нами, — одна слеза прокладывает дорожку вниз по щеке, и я её нежно стираю большим пальцем, не давая завершить свой ход.       Сара, не отрываясь, смотрит мне в глаза, но молчит, ничего не отвечает. Поднимаю одну бровь, намекая, что нужно ответить на вопрос, и она снова опускает взгляд. Немного раздражённо вздыхаю и закрываю лицо рукой, слегка растирая.       — Я понимаю, — раздаётся тихий шёпот рядом со мной. Она поднимает взгляд, наполненный любовью, и улыбается одними уголками губ, совсем немного.       — Молодец, — согласно киваю и поднимаюсь с дивана, направляясь к окну.       «Срочно нужно покурить».       В голове хаос, мысли путаются, мозг буквально кричит: «Беги и не оглядывайся!», а сердце вопит: «Поцелуй и не отпускай!».       «Взрослый мужик, скоро тридцать лет, а разобраться со своими чувствами не могу».       Поток мыслей прерывают нежные прикосновения на спине, плавно переходящие к прессу. Сара аккуратно расстёгивает пуговицы пиджака и лёгким движением скидывает его на пол. Продолжает исследовать моё тело. Вот руки уже подбираются к рубашке, проделывая те же манипуляции, что и с пиджаком. Когда я остался с голым торсом, повернулся к Саре и увидел голодные, блуждающие глаза. Хищно ухмыльнувшись, беру за подбородок, слегка грубо сжимаю и поднимаю чуть вверх, дабы установить зрительный контакт.       — Налюбовалась? — голос немного хрипит, но по её горящим глазам понимаю, что ей нравится.       — Никогда не налюбуюсь, — она сексуально прикусывает нижнюю губу и делает небольшой шаг ближе ко мне, так, что наши тела соприкасаются, обдавая друг друга жаром. Её ладонь медленно скользит от шеи до ремня брюк.       — Ты же знаешь, со мной играть не нужно, — нарочито злобным голосом шепчу ей на ухо, отчего кожа покрывается мурашками. Довольно усмехаюсь и слегка прикусываю мочку. В эту секунду из уст Сары раздаётся приглушённый стон, еле уловимый.       О’Нил игнорирует мои слова, аккуратно расстёгивает ремень, уже хочет спустить брюки вниз, но я резко останавливаю её. Завожу руки Сары за спину и пристально смотрю в глаза. В них нет сомнения, только желание и любовь, безграничная, всепоглощающая. А в моей голове происходит борьба, понимаю, что если сейчас разрушу стену, которую сам же и выстроил, назад дороги не будет.       «Что тут думать? Я ведь люблю её, такую истеричную и до жути ревнивую».       Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем накидываюсь голодным поцелуем, чувствую родной вкус клубники, и мозг отключается. Руки, что крепко держали её запястья, уже переместились на ягодицы, слегка сжимая. Тонкие пальцы Сары зарылись в моих волосах, немного оттягивая, от чего я издаю гортанный рык, а она довольно улыбается. Отрываюсь от манящих губ, спускаясь к нежной шее. Её аромат сводит меня с ума — персик, сандал и кокос, самое любимое сочетание. Я нежно ласкаю кожу, поднимаясь к уху, и снова возвращаюсь к губам. Она негромко постанывает, а её тело вновь покрывается мурашками.       Чувствую, что страсть накатывает сильной волной, и больше не могу держать себя в руках. Разрываю поцелуй и срываю чёрное платье Сары. Она недовольно фыркает и смешно морщит свой аккуратный нос, но ничего не говорит. А я, тем временем, любуюсь открывшейся мне картиной. На ней было чёрное кружевное белье, которое подарил на нашу вторую годовщину.       «Я, определённо, доволен».       Хищная ухмылка украшает моё лицо, делаю небольшой шаг к ней и притягиваю за талию, а с её пухлых губ снова срывается рваный вздох.       Поднимаю Сару на руки и сажусь на диван, не выпуская из объятий. Невесомо глажу спину, очерчивая каждый позвонок. Она выгибается мне навстречу, дыхание прерывистое, ладони уже спускаются к моим брюкам, расстёгивая ремень.       — Нетерпеливая, — довольно улыбаюсь и невесомо целую в шею, на что она запрокидывает голову и закатывает глаза.       — Хилл, возьми уже меня, — грозно шипит Сара, а я заливаюсь хохотом.       «Моя малышка».

Everybody Loves An Outlaw — I See Red

      Сара грациозно встаёт с моих колен, делает шаг назад и с соблазнительной улыбкой заводит руки за спину, медленно избавляя себя от ненужной ткани. От открывшейся картины чувствую, как возбуждение накатывает с новой силой. Складываю руки на спинку дивана по обе стороны и довольно улыбаюсь, когда Сара остаётся без нижнего белья. Точёная фигура, упругая грудь, стройные длинные ноги.       «Она идеальная. Вся моя».       Лёгкой походкой она идёт ко мне, кладёт руки на плечи и, слегка царапая, спускается к груди, к торсу, очерчивая каждый кубик пресса, спускаясь всё ниже и ниже… Жадно наблюдаю за каждым её движением, наслаждаюсь. Сара снимает с меня брюки, а затем и боксеры, даря долгожданную свободу. Довольно обведя взглядом с ног до головы, она опускается на колени и ладошками по бёдрам ведёт вверх. Когда рука Сары прикасается к возбуждённому члену, шумно выдыхаю сквозь зубы и закатываю глаза.       «Черт!»       Поступательные движения и прикосновения теплых губ сносят окончательно крышу. Голова затуманена, в мыслях только она, моя девочка. Сара ласкает языком каждую венку, слегка прикусывая, а из моего горла раздаётся гортанный рык, и я откидываю голову назад.       «Слишком хорошо».       Она постепенно ускоряется, доставляя неземное удовольствие.       «Только моя малышка знает, как мне нравится».       Рукой наматываю слегка волнистые волосы, задавая свой темп, Сара глухо стонет, а я издаю более мощный рык. Резко останавливаю её и притягиваю к себе на колени.       — Всё хорошо? — слегка взволнованно интересуется она. Вместо ответа притягиваю её губы к своим, жадно проникая языком. И снова сладкий стон сквозь поцелуй. Все барьеры разрушены, все преграды пройдены.       «Сейчас есть только я и она. Только мы».       Руками придерживаю упругие бёдра, слегка приподнимаю, и мы сливаемся воедино. Толчок, и по моему телу проходится разряд. Сара стонет громко и протяжно.       «Мёд для моих ушей».       Руки блуждают по спине, оставляя розоватые полоски, губы оставляют засосы по всей шее, а я таю от таких нежных ласк.       — Я люблю тебя, Аарон, — на грани стона шепчет Сара, продолжая движения.       — И я люблю тебя, — проговариваю и перемещаю руку с талии на затылок, притягивая для очередного поцелуя.       Вокруг нас страсть, звук шлепков, запах секса. Укусы, следы от ногтей, засосы, следы от зубов, всё это будет напоминать о нашем воссоединении не один день. Чувство единства и безграничной любви наполняют нас полностью. Двое сумасшедших, истеричных и жутких собственников снова вместе.       Сара кричит, громко и протяжно, чувствую, как всё её тело натягивается, как струна. Слегка ускоряюсь, крепко держа её за талию. Она запрокидывает голову назад и прикрывает глаза.       — Аарон, — стонет Сара, держится за плечи, оставляя небольшие кровавые ранки от ногтей. — Да-а, — раздаётся крик, и она обмякает в моих руках. Делаю ещё несколько толчков и расслабляюсь, получая волну удовольствия.       Она укладывается на моей груди, нежно целуя, и расслабленно выдыхает. Я же стараюсь отдышаться, перебираю слегка влажные волосы Сары и довольно улыбаюсь. Мы слушаем дыхание друг друга.       «Хорошо, чертовски хорошо».       Сара поднимает свои голубые глаза и смотрит в мои янтарные.       «Лёгкий румянец, счастливые глаза и довольная улыбка. Что может быть лучше?»       Нежно глажу по щеке, она прикрывает глаза и сильнее прижимается к руке.       — Что дальше? — всё так же не открывая глаза спрашивает Сара.       — Можем повторить, — довольно проговариваю я и слегка смеюсь, когда вижу резко распахнутые глаза О’Нил и немного ошеломлённый взгляд.       — Мне нужно немного отдохнуть, — смущённо отвечает она и заправляет выбившуюся прядь за ухо. Широкая улыбка освещает моё лицо, прижимаю голову Сары к своей груди и целую в макушку.       — А дальше… — тихо начинаю говорить и чувствую, как девушка задерживает дыхание.       «Боится».       — Счастливая жизнь, вместе, — шумный выдох, и она утыкается своим носиком мне в грудь, и я понимаю, что она улыбается.       — Вместе? — поднимая свой взгляд, полной надежды, переспрашивает Сара.       — Да, малышка. Завтра перевезем твои вещи, — нежно целую в лоб и прикрываю глаза. — Больше не отпущу, — она нежно улыбается, невесомо целует мои губы, берёт за руку и ложится головой на плечо, прикрывая глаза. А я же просто наслаждаюсь моментом спокойствия.       «Мы были так глупы, так эмоциональны, что чуть не упустили сильную любовь, а она сильна — не сомневаюсь».              «В мире было двое слепых… Ты — потому что не видела, как сильно мне нужна, и я — потому что не видел никого, кроме тебя».       «С ней будет нелегко, как и со мной. Всегда будут трудности, но я больше не хочу сдаваться. Слишком сильно люблю и не могу отпустить свое счастье».       «Теперь только вместе и рука об руку, всё отведенное нам время…»