Тайна внутри

      Я бежал по коридору сломя голову, пока позади мелькала чёрная тень. Она то приближалась, то отдалялась, заливчато смеясь во весь голос.       — Куда же ты, хозяин? — говорило нечто, кидая в меня резец.       Лезвие пролетело в миллиметре от щеки, врезаясь в стену.       — Изыди! — рявкнул я, забегая в комнату.       Рывком закрыв дверь, быстро запер все замки.       — Хо-хо, а не пора ли тебе записаться в спортзал? — насмешливо сказал портрет над камином.       Задыхаясь, я зашарил по карманам в поисках спичек, лишь скользнув взглядом по полотну учителя. Старый архимаг был изображён в полный рост за каким-то столиком в саду, неспеша пьющим чай из коллекционного сервиза. Конкретно на этом портрете он выглядел как современный денди даже не смотря на мерлиновскую бороду — вовсе необязательный и крайне стереотипный атрибут мага.       — Эрмис, меня пытались убить, — максимально спокойно прорычал я, указывая на дверь, — и она всё ещё там.       — Кто, эта миленькая девочка? — с явной издёвкой ответил он, вальяжно отпивая глоток из сверкающей фарфоровой кружки. — Она же твоё создание, Марк, ни тебе ли лучше знать, что с ней делать.       — Я просто вырезал куклу. Просто! Без магии! — сказал я, подходя к камину. Наскоро закинул туда пару дров и горящую спичку. — Понятия не имею, что с ней. Я, конечно, гениален, но не настолько.       Я снова подкинул дров в огонь. Тусклый свет слабо озарил мастерскую, но свет сразу отразился от кучи стамесок и пил на стенах, обеспечивая полную освещенность. Я взял со стола маленькую деревянную дощечку и резец, наскоро вырезая подобие человеческой фигуры.       Угораздило же стать резчиком по дереву. Кто в наши дни таким занимается? Даже не так: кто в последние пару веков таким занимается? Если бы не семейная традиция, я бы о подобном роде деятельности даже не знал. Выбрал бы себе в хобби как все нормальные маги чтение книг или изучение законов. Сутками напролёт пропадал бы в библиотеке…отвратительно, но зато из самых страшных проблем — просроченная по сдаче книга.       — Хм, — старик задумался, будто, наконец-то, собрался мне помочь и после минуты молчания выдал: — вкусный чай.       — Эрмис! — почти в отчаянии сказал я, чуть не срубив себе часть пальца резцом.       — Да-да, я помню, помню, — откликнулся портрет. — Кстати, а зачем ты её создал?       — Заказ. От. Ассоциации, — клянусь, это был максимум моего спокойствия. — И Вы. Сейчас. Послали меня. За письмом. Оттуда. Давайте сразу подробнее: у внучки какого-то мага день рождения и он захотел подарить ей куклу. Вы порекомендовали ему мою семью, отец получил письмо и принялся за работу. Недавно он был вынужден отлучится по каким-то делам и доверил мне доработать детали. Я делал куклу по данным мне параметрам в главной мастерской. Размер куска дерева: метр в длину и полметра в ширину, ну мало ли зачем вам надо. Отвернулся — куклы нет. Отвернулся снова — она попыталась убить меня кочергой. Убежал от неё сюда. Вы сказали, что вам нужно письмо. Я, рискуя жизнью, принёс его. Снова тут. С письмом и чокнутой куклой за дверью. И я рассказываю всё это второй раз, хотя ваш портрет есть и в главной мастерской, потому Вы и так всё видели собственными глазами. Прошу прощения за грубость, но я тут на грани смерти, так что, ну так, слегка шалят нервишки.       — А-а, помню, — лениво ответил тот, ставя чашку.       Я знал о гениальности этого человека лучше, чем кто-либо ещё. Честно, знал.       — Давай рассудим логически, — вдруг серьёзно (аллилуйя!) откликнулся он. — Я учу тебя ментальной магии, поэтому могу помочь только с вопросами этой области. Тут же — дела твоей семьи и её дара. А это значит, спрашивать нужно тех, кто в нём лучше всего разбирается.       По телу невольно прошла дрожь.       — Но…а письмо?!       — Оно тебе пригодиться. Скорее всего…       — Я туда не пойду! — категорически ответил я, почти доделав «фигурку», ну точнее её подобие. — Да я умру быстрее, чем доберусь до той комнаты!       — Тогда разбирайся со своей «подружкой» сам, — и снова насмешка.       Не очень живые люди, которые могли мне помочь, находились в комнате на другом этаже. Точнее, там находились их портреты, через которые мы могли связаться. Все родственнички за пять поколений в одной комнате…во всём доме не найти места ужаснее. Я был там два раза в жизни, и мне этого хватило.       И дело вовсе не в их характерах. Ну, не только в них. Просто столько портретов скапливали ужасное количество магической силы в одной комнате: из-за её высокой концентрации сам воздух там стал вязким и даже острым.       Я достал телефон из кармана и в сотый раз набрал родителей — снова «номер недоступен».       — Да что происходит? — спрашивал я непонятно кого, кидая вырезанную фигуру в камин.       Дощечка тут же скрылась в пламени. Огонь медленно поглощал дерево, читая прошлое…и начиная формировать будущее. Бесформенные языки стали танцевать быстрее, приобретая форму.       Вот он, Дар моей семьи — чтение будущего по огню. Для этого мы обычно делаем разные фигуры из дерева, вселяя в них свои воспоминания, а затем сжигаем их, наполняя этим знанием пламя. Необязательно использовать именно дерево, но это чертова семейная традиция. Чем больше фигурка будет похожа на предмет, чьё будущее я хочу прочесть, тем проще наполнить ее воспоминаниями и тем точнее варианты будущего. Собственно, отсюда и пошло наше семейное ремесло.       А дальше придётся разбираться с тем, что ты увидишь. Время вообще штука странная, изменчивая и туманная, потому и работать с ним нужно крайне аккуратно и, самое главное, не верить ничему, что оно тебе скажет.       Внезапно раздалось стандартное пиликанье телефона. Я с удивлением достал прямоугольник и посмотрел на светящееся «любимая».       — И чего ты ждёшь? — раздражённо спросил Эрмис. — Не заставляй её ждать. И обязательно передай привет от дедушки.       — Да? — я взял трубку, даже не взглянув на него. Оттуда донёсся родной голос:       — Марк, привет! У меня есть шикарные новости!       — Привет, милая. У меня тоже есть что сказать, — одновременно с этим я осматривал телефон.        Могу поклясться, что пару минут назад никакой связи не было.       — Арина, послушай, я…       И в трубке послышались пустые гудки. Секунда. «Номер недоступен».       — Да какого?!       Вдох. Выдох. Что ж, это не могло закончится так просто. Я снова повернулся к камину.       Танец пламени уже принял облик двух фигур, маленькой и большой, гоняющихся друг за другом. Образы были нечёткими, но я без подсказок догадался, кто есть кто. Пришлось просмотреть несколько десятков вариантов будущего, чтобы понять, как мне лучше поступить, не заходя на треклятый этаж.       И чем же всё всегда заканчивалось? Естественно тем, что я шёл на этот этаж. Различались только пути и способы обхода, но итог всегда был один: я вхожу в комнату с портретами. Была во всём этом ещё одна странность: я всегда доходил. В том плане, что я абсолютно серьёзно ожидал увидеть пару моментов собственной кончины, но вопреки здравому смыслу я всегда оставался живым и здоровым. Не то чтобы это огорчало, однако сомнения сами собой закрались в мысли.       Портрет только внимательно следил за мной, пока я вычислял самое безопасное будущее.       — Что решил? — и вновь с насмешкой спросил архимаг, глядя на меня сверху вниз.       — Послушайте…       Меня перебил резкий удар в дверь. Один за другим мощные толчки пытались пробить проход в комнату.       Выбора мне любезно не оставили.       Я рванул к двери, быстро открывая все замки. Со следующим ударом кукла ввалилась в комнату, упав на пол. Я быстро наступил на неё, придавив к полу, и воткнул резец в шею, наполовину отрубив ей голову. Выскочил в коридор.       И снова я мчусь сломя голову, пока меня преследует деревянное тело. Кукла, которой я даже не успел вырезать лицо, бежала на четвереньках, как собака, и мотала полуотрубленной головой как болванчик.       За то, что я не заорал и не сошел с ума, уже потребую с нанимателя тройную дополнительную плату.       Это существо стремительно приближалось, а когда я достиг лестницы, стояло прямо за моей спиной.       Деревяшка прыгнула, но я резко присел, и та, пролетев мимо, кубарем покатилась по порожкам на нижний этаж. Я же полетел наверх.       Добежав до нужной двери, я резко остановился, дрожащей рукой хватая ручку. Аура предков иголками впилась в кожу.       — Хозя-яин? — протянуло существо в конце коридора.       Я чуть не сорвал дверь с петель, забегая внутрь. В тот же момент лёгкие обожгло льдом. Я закашлялся, но продолжал держать держать ручку двери.       За спиной послышался шум. Тихий шепот быстро перерос в гул из десятков голосов.       — Рад, что ты решился, — сказал портрет моего учителя прямо на двери.       — С каких пор и Вы тут? — спросил я, хрипя. Горло горело.       — Забежал в гости. И можешь отпустить дверь, она сюда не войдёт.       — Откуда вы…кхе, — я раскашлялся ещё сильнее, оседая.       Более-менее выравняв дыхание, я понял, что уже некоторое время не держу ручку, а в дверь никто не ломится.       — Она всё-таки магическая? — максимально тихо спросил я.       — Совсем помешался? — откликнулся архимаг. — Естественно, магическая, как ты ещё заставишь двигаться кусок дерева?       — Ну мало ли.       Я осел на пол. Тело протыкали невидимые иглы, а лёгкие все также обжигал ледяной воздух. Даже стало интересно, где же я всё-таки умру быстрее: за дверью или перед ней.       — Марк, подойди.       Я не понял, откуда звучал голос, а так же кому он принадлежал. Дёрнув головой по мере возможности, я постарался сосредоточиться на этом писке.       — Подойди ко мне.       Прямо? Нет, слева. И довольно высоко.       — Марк, очнись!       Да живой я. Всё-таки сюда не помирать пришел.       Когда тело немного привыкло к боли, я поднялся и сделал несколько шагов вперёд, аккуратно повернув голову в нужном направлении.       Портрет то ли тётушки, то ли бабушки, то ли бог-пойми-какой-юродной сестры висел в трёх метрах над землёй, почти под потолком, и гневно на меня смотрел. Это был тот самый средневековый портрет в стиле Мона Лизы, даже в той же самой позе. Как только она открыла рот, шум стих.       — Наконец-то я увидела тебя! — женщина с портрета выпрямилась, насколько ей позволяла рама. — Легенда семьи прямо передо мной, какая честь! И не стыдно тебе тут появляться?       — Ни капли, — я улыбнулся сквозь зубы, — первый ученик архимага, первый некровный ментальный маг, первый гений академии — у меня столько первых мест из-за вашего клейма появилось, что я даже подумывал принципиально стать самым великим позором нашей дружной семьи.       — Дерзкий, самонадеянный, зазнавшийся. Всё как мы видели.       — О, так семья все же следит за моими успехами? Неожиданно. Но приятно.       В этом мире всё просто: кто твои родители, тот и ты. Магия наследуется по крови. Хотя на самом деле это неправильное выражение…талант наследуется по крови, вот так верно. Обычно чем сильнее дар, тем вероятнее он передастся твоим потомкам. В моей семье магия одна из сильнейших…ну, была из сильнейших, до меня. Мой отец может видеть будущее на годы вперёд, сестра в свои двенадцать уже способна предсказать возможную судьбу каждой отдельной пылинки на месяцы…моего же «дара» хватает на десять минут неясных образов. Кроме того, от бабушки-цыганки почему-то именно мне достались угольные глаза, и это при светлой-то коже и волосах, так что меня благополучно нарекли отщепенцем. Такой вот «позор семьи». Но я с этим, конечно, не смирился.       — Мы не можем отвернуться от нашего потомка. Хоть и слабый, но ты Ржевский.       — Я? Слабый? Ну-ну.       — Хватит, ты понимаешь, что я имею в виду.       — Не особо. Я даже не понимаю, зачем Вы меня подозвали.       В полупустой комнате не было мебели, потому я сел прямо на пол. Портрету это явно не понравилось.       — Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю! — не знаю, что было наверху, но по треску показалось, что дама захотела вылезти из картины.       — Я Вас слушаю, — ответил я, не поднимая головы.       — Ты! — она хотела сказать что-то ещё, но оборвалась на полуслове. Помедлив пару секунд, относительно спокойно продолжила: — сделай кое-что и уходи.       Тон, конечно, был скорее приказывающим, чем просящим. Совокупность её высокомерия и прошлых оскорблений породила во мне очень мерзкое чувство, что со всей силы кольнуло откуда-то изнутри.       — Не вижу смысла исполнять первую часть, так что я лучше сразу пойду.       За спиной послышался громкий вздох Эрмиса.       — Что?! Да как ты… — хотела было начать она.       — А если мы раскроем тебе одну тайну? — перебил даму мужской голос, исходящий чуть ниже её картины. — Тогда выполнишь просьбу?       Я поднял глаза. С полотна на меня смотрел мужчина лет тридцати в современной футболке и джинсах. Он сидел в гостинной и, как мой старик, пил чай из сервиза.       — О чем Вы? — спросил я, вставая.       — Вот именно, о чем ты?! — возмутилась дама.       — Я его позвал не для того, чтобы ругаться, — откликнулся мужчина. — а Вы, мадам Виктория, вмешались и испортили мне отношения с племянником. Как думаете, как это скажется на связи со всем настоящим поколением?       Дама затихла, а я с уважением кивнул. Глазами нашёл подпись к портрету «2006 г., Юрий Ржевский». Тело невольно прошила дрожь. Я несколько раз перечитал имя, но там всё так же был указан старший брат моего отца, погибший много лет назад в несчастном случае. Наверное, единственный человек здесь, которого я хоть и плохо, но знал лично.       Так пришло осознание, что я говорю не просто «с кем-то». Я говорю с людьми, которых в этом мире уже нет. Вроде бы и знал это с самого начала, но понимание почему-то в голову не укладывалось, всё продолжая строить иллюзии, что я говорю с настоящими людьми. Но это лишь часть их, в основном лишь воспоминания и остатки сил…       — Итак, на чем мы остановились? — вопрос Юрия выдернул меня из раздумий.       — Тайна, — напомнил я, отводя глаза, — вы хотели открыть мне какую-то тайну за помощь.       — Ах, да, — вспомнил он, — ну, это скорее ценный совет, что передаётся из поколение в поколение.       — Тогда я его наверняка уже слышал.       — Нет. Абсолютно точно нет.       — Откуда такая уверенность?       — Скажем так, у меня есть гарантии. Но посвящать в них я не собираюсь, так что тебе придётся поверить мне на слово.       Я кивнул. Просто из уважения. Ему, в отличии от дамы, мне действительно хотелось помочь, даже просто так.       — Отлично. Посмотри в правый угол комнаты.       Я повернул голову и увидел в углу кучу сваленного хлама: какие-то обломки инстументов, куски ткани, деревянные доски и прочее. Они хоть и лежали в углу, но всё же были неприятным пятном, портящим таинственную атмосферу комнаты.       — Откуда тут этот хлам? — я подошёл к куче, и она оказалась ещё и пыльной. — Я думал, что эту комнату выдраивают до блеска.       — И кто же? — откликнулась дама. — В эту комнату могут заходить только Ржевские, и ни ты, ни твоя сетра, ни отец подобным заниматься не хотят.       На удивление, справедливо. Я эту комнату обычно обхожу метров за десять, сестра за двадцать. Отец сюда вроде заходит, но он явно не спец по домашним делам наподобие уборки, а мама просто физически не выдержит.       — Так в чем заключается просьба? — спросил я, осматривая комнату на наличие пыли. И с удивлением обнаружил, что её здесь столько же, сколько и магии. То есть…до фига.       — Сожги это, — совершенно спокойно сказал портрет.       — Что?       — Сожги это, говорю, — всё ещё совершенно спокойно сказал портрет.       — Эм…но я не пиромант.       — Да кто это требует?! Обычным огнём зажги! — присоединилась дама.       — Я же так дом сожгу, — озвучил я вполне логичный вывод.       — Мог бы, не будь в этой комнате тонны магии, — отметил Юрий.       Я задумался. И ведь вправду. Магия, если обобщить, работает как универсальный подавитель. Она может полностью подавить другие элементы или же направить их, чем и обусловлен контроль над ними. Получается, сжечь тут мусор будет примерно как кинуть в термос бумагу и горящую спичку — пострадает лишь внутренность.       — Погодите, а я не задохнусь?       — Мог бы, не будь в этой комнате тонны магии, — с той же интонацией отметил Юрий.       — В плане? Я и без дыма тут… — я оборвался на полуслове.       Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Я покрутился вокруг своей оси, прошёлся и попрыгал. Со мной всё было совершенно в порядке.       — Что происходит? — обратился я к портретам.       — Великий гений не в состоянии догадаться сам? — ехидно ответила дама.       — Виктория! — строго отозвался Юрий. — Не обращай на неё внимания.       — И не думайте! — тут же отозвалась она. — Ладно-ладно. Проще говоря, ты просто привык.       — Привык? — удивлённо спросил я.              Меня минут десять назад чуть напополам не разорвало, а я к этому привык?       — Да, — продолжила Виктория. — Если объяснять ещё проще, то это как с горячей водой. Сначала температура кажется невыносимо высокой, но, потерпев пару минут, она неожиданно становится нормальной. Принцип тот же.       — Хорошо, я понял. Спасибо, — последнее слово пришлось из себя выдавить, но я справился.       Я ещё раз осмотрел кучу со всех сторон. Присмотревшись повнимательнее, понял, что все доски в ней являлись частями старых рам, лоскуты и бумага — обрывками от полотен, сломанные инструменты — художественными принадлежностями. Я застыл, глядя на тени прошлого.       — Кажется, до тебя дошло самое главное, — довольно отозвался Юрий.       — Да жги уже! — кричала Виктория.       — Но как это можно сжечь?! Это же…       — Хлам, — хором отозвались портреты.       — Они уже утратили всю свою силу…ну или её у них изначально было недостаточно, чтобы остаться здесь, — даже высокомерная дама умерила тон. — А те, кто не способен поддерживать форму…       — Марк, — тихо заговорил Юрий, — время не бесконечно, как многие привыкли думать. Как в глобальном, там и в частном случае: у всего есть начало и конец. Эти люди отжили своё. Им всего лишь пора на покой.       Я достал из кормана спичку. Зажёг. Бросил. С небывалой лёгкостью плазма пламени охватила каждую пылинку истории. Горело недолго. Буквально пару минут.       — Это…всё? — спросил я, смотря на идеально чистый угол.       — Да, — ответил Юрий, — предки благодарны тебе, племянничек.       — Ага…не за что…       Некоторое время я молча смотрел пустоту. Затем вспомнил.       — А тайна? Или совет…ну который Вы мне обещали.       — Серьёзно? — снова подала голос дама. — Если ты не понял, а ты видимо не понял, то тайна уже была раскрыта. Не умеешь слушать — твои проблемы.       — Впервые соглашусь, — поддакнул Юрий. — Такое не повторяют.       Я снова взглянул на людей передо мной, на всех присутствующих. Они смотрели на меня по-разному: кто-то всё ещё с осуждением, кто-то с равнодушием, кто-то даже с восхищением…но всё их внимание было одинаково поглощено мной. Они знали о моих достижениях ещё до прихода сюда, а значит, они всё же следили. За мной, кого считают самым никчемным магом за десять поколений. Кажется…семье не так уж на меня и наплевать?       А мне на них?       — Спасибо, — всё же сказал я, — Сегодня я многое понял.       — Ну вот, можешь же хоть иногда быть милым, — Виктория впервые улыбнулась.       — Научился у Вас, — неудержался я. И тоже улыбнулся. Она ничего не ответила, — Я пойду.       Я повернулся и пошёл к выходу.       Комната предков оказалось не настолько ужасающей, как я её помнил. А ещё здесь куда больше настоящего, чем я себе представлял. Хотя оно и логично, ведь не зря эту комнату называют кладезем мудрости сами архимаги столицы.       Я открыл дверь. Кукла с полу-отрубленной головой стояла напротив на двух ногах, руками поддерживая висящую часть.       Я моментально захлопнул дверь.       — Да неужели…вспомнил, — с ещё одним вздохом произнёс Эрмис.       — Да тут как-то не до того было, — лишь пожал плечами я.       — Доставай письмо, — ответил архимаг.       Я достал из заднего кармана скомканную впопыхах бумажку и развернул.             Миша, здравствуй!       У моей любимой внучки Арины скоро день рождения, поэтому я хочу заказать у тебя куклу с аккумулятором маны. Сделай так, чтобы кукла могла как можно дольше работать без подпитки. Её внешний вид оставляю на твой вкус. Что касается размеров, […]        На этом всё, свяжемся позже.                                                                         С уважением к старому другу, Эрмис Маджер       P. S.       Когда закончишь основу, дай доработать хотя бы простые детали Марку. Я считаю, что он обязан хоть как-то приложить руку к подарку собственной девушке. Я       поднял откровенно ошалевшие глаза на моего так называемого учителя.       — Ты уже понял, но всё же скажу: да, куклой управлял я. С хэллоуином! Там же именно такие шутки устраивают? — совершенно искренне ответил семидесятилетний ребёнок.       — Эрмис, сейчас декабрь! Какой хэллоуин?! — я хотел много чего ему сказать, но мысли лезли одна на другую, не давая сформулировать оскорбление достаточно уважительно.       — Какая разница, когда? — отмахнулся архимаг. — Если ты хочешь, то любой праздник можно отметить в любое время и в любом месте. Разве не занимательный хэллоуин получился в декабре?       Желание убивать погасло на фоне уважения к комнате предков и самому Эрмису.       — Выходи, она тебя больше не тронет, — великодушно разрешил мне старик.       Я открыл дверь и снова увидел бедную полуживую куклу. Она и впрямь просто стояла и смотрела на меня, будто в ожидании команд. Я подошёл, коснулся её и направил магию внутрь. Понял, что она успешно поглощается. В принципе, подобная кукла весьма похожа на домашнего робота…       Я резко развернулся и зашёл обратно в комнату предков с куклой на руках.       — Дорогие родственники! — крикнул я. Гул стих, внимание снова обратилось на меня. — Я не могу просто взять и уйти, не подарив своим дорогим предкам подарок на Новый год. — я продемонстрировал им куклу. — Как я уже понял, с уборкой у вас всё печально. Это полностью вина живых нашей семьи, поэтому я хочу это исправить. После того, как я подправлю эту куклу, она станет вашей личной горничной, которая будет отдраивать тут всё до блеска. Это мой вам подарок…за тайну, что вы мне поведали.       — Эй, подожди! — послышался недовольный тон Эрмиса. — Это что значит?!       После того, как я перекинулся парой слов на счёт этой куклы с предками, мне всё-таки пришлось подойти к Эрмису.       — Объяснитесь, молодой человек! — сразу начал архимаг.       — А что такое? — ответил я, состроив максимально невинное лицо.       — Кукла! Это мой заказ! Неужели ты оставишь свою любимую без подарка?!       — Спокойствие, — ответил я, уже выходя из комнаты, — их просто будет две.                            С тех пор пришлось всерьёз взяться за фамильное дело, ведь вторую куклу меня заставили вырезать самостоятельно. Но зато она стала официальной частью нашей семьи. Каждый раз, когда я её видел, невольно вспомнилась заветная комната, и я заходил проведать предков. Такая вот получилась кукла для любимой…семьи.