Страх глубины

      Кап…кап…кап… Подтекающий кран грубо нарушил тишину упорядоченного жилища Джувона. В его стильно-аскетичной квартире этот звук был абсолютно неуместным. Как пятно на идеальном костюме. Всего лишь негромкий перестук капель – и вот уже ровные ряды папок на полках стали выглядеть не уверено, а одиноко. «Нужно заменить кран», – равнодушно подумал Джувон. «Надо будет позвонить…»       Он сидел на кровати рядом с раскрытым чемоданом. Джувон уезжал только на выходные, но он предпочитал быть готовым к любым неожиданностям. Поэтому он уложил несколько комплектов одежды на разные варианты погоды и жизненные ситуации – в пропорциональном соответствии с вероятностью этих самых ситуаций. А также полотенца, аптечку, рулетку, удобный фонарь и ещё множество мелочей, которые могут пригодиться на светском балу или при погоне за преступником по пересечённой местности. Джувон завис на стадии укладывания гигиенических принадлежностей и теперь так и сидел с бутылкой шампуня в руках. Уже несколько минут он гипнотизировал взглядом собственный телефон – его охватило внезапное желание позвонить Донсику. Не для того, чтобы попросить о помощи, ни в коем случае. Просто до безобразия иррациональное желание услышать голос.       За минувшие полгода в их отношениях как будто бы ничего не изменилось. Если не считать того, что Джувон как-то незаметно привык раз в несколько недель приходить на Маньянские собрания. Кажется, все понимали в чём причина такой внезапной социальной активности. Во всяком случае, понимала Джэи. Каждый раз она, то ли забавляясь, то ли проявляя заботу писала: «Собираемся в эту субботу. Донсик обещал быть к семи». И Джувон приезжал к назначенному времени и находил место рядом с Донсиком не занятым. Его место. Так они сидели бок о бок весь вечер, обмениваясь незначительными репликами и более весомыми взглядами, а иногда и улыбками. Например, когда Джихун жаловался на своего юного напарника: «Этот слабак едва не упал в обморок при виде капель крови. И как такие попадают в полицию?» Несколько часов они делили общую еду, общее веселье и общий воздух – особенно густой и тёплый между ними. Вот и всё, что происходило, но Джувону хватало впечатлений на несколько недель. Или он просто убедил себя в том, что этого достаточно.       В последнюю их встречу все как-то рано разошлись. В лавке оставались, помимо хозяйки, только Джувон, Донсик и Хван Гванён. Гванён начал было в по третьему кругу пересказывать хвалебную речь его начальника по случаю успешного закрытия давно висевшего дела. Но Джэи, весьма настойчиво, напомнила ему о какой-то важной встрече, на которую ему нужно было успеть. Гванён ушёл, а потом и Джэи куда-то незаметно ускользнула. Они остались вдвоём.       Хотя в лавке стало свободнее, Джувон ощутил лёгкую нехватку воздуха. Наступившая тишина казалась гуще недавнего многоголосия. Донсик рассеянно повертел в руках кружку с макколи и первым прервал затянувшуюся паузу:       – Всё так же ездишь на работу из Сеула? Услышав столь будничный вопрос, Джувон ощутил одновременно облегчение и лёгкий укол разочарования.       – Да. Ты знаешь, я не любитель перемен.       – Да уж, детектив Хан Джувон само воплощение постоянства, – губы Донсика изогнулись в мягкой полуулыбке, и Джувон с усилием отвёл взгляд. – И всё же, как насчёт одной перемены? Ездить на работу из дома Нам Санбе было бы куда удобнее…       Джувон знал, что Донсик уже полгода как обустроился в том доме и приезжал в Маньян только чтобы повидаться с матерью и друзьями. Но не столько само предложение застало Джувона врасплох, сколько всполох тревоги в глазах бывшего напарника. То уязвимое выражение, которое Джувон видел у него всего несколько раз - а он изучил это лицо едва ли не лучше, чем свое собственное. Впрочем, смущение почти сразу сменилось привычной иронической усмешкой.       - Не смотри на меня так, будто я предлагаю тебе руку и сердце. Просто старику бывает одиноко. В этом доме слишком много свободных комнат.       - Какой из тебя старик, - фыркнул Джувон. - Иногда мне кажется, что из нас двоих старик это я.       - Тем лучше. Дом в тихом месте у озера - отличное место для двух стариков, уставших от жизненных бурь. Если бы все было так просто. Джувон пытался выровнять свое сердцебиение с тех пор, как они остались вдвоем. Уж точно Донсик сейчас не казался ему тихой гаванью - скорее эпицентром той самой бури. Тревога сделала Джувона жестоким:       – Уверен, что хочешь видеть это лицо каждый день? – бросив эту фразу, Джувон отвернулся, ему было стыдно. «Я вижу, как черты твоего отца проступают на твоём лице». Джувон понимал, почему Донсик сказал это тогда. И всё же, какая-та часть его до сих пор ныла при этом воспоминании.       – Хан Джувон, – голос Донсика был твёрд, но в нём звучала забота. Словно тёплая рука сжала его плечо: – Хан Джувон, посмотри на меня. Джувон никогда не умел сопротивляться этому голосу, особенно когда он становился таким – глубоким, вибрирующим от эмоционального напряжения. Поэтому он поднял глаза и вновь позволил себя поймать на линии внимательного золотисто-карего взгляда.       – Не я целый год избегал встреч и не отвечал на звонки. Не я перевелся подальше от Маньяна, хотя все были бы тебе здесь рады. Но я не упрекаю. Ты можешь делать всё что хочешь. Ты можешь идти своим путём и забыть… Маньян. Только не делай вид, что проблема во мне.       - Я подумаю, – вот и всё, что Джувон смог выдавить из себя.       И теперь Джувон думал уже три недели. Он даже пропустил последнюю встречу, сославшись на крайнюю занятость по работе. Донсик не звонил и не писал, кажется, полностью оставляя следующий шаг за ним.       Всё было проще, когда Донсик был подозреваемым. Тогда черту между ними проводили обстоятельства. Сейчас эту черту должен был провести он сам. Все остальные люди в жизни Джувона вполне однозначно распределялись по аккуратным концентрическим кругам. От тех, с кем Джувон здоровался лаконичным кивком головы до немногих избранных, с кем он теперь даже не уклонялся от рукопожатия. И только с Донсиком он не знал, где проходит заветная черта. Когда Донсик был рядом казалось, что и нет никакой черты. Есть игра теней и света на знакомом лице, смеющиеся морщинки в уголках глаз, мягкий вкрадчивый голос – то нежный, то дразнящий. Есть слова, сказанные вслух и ещё больше тех, что были сказаны глазами. И это единственная реальность, имеющая значение… Но потом Джувон выныривал обратно, в свой привычный обустроенный мир, и его охватывал страх – что однажды он вынырнуть не сможет. И что будет с его жизнью, если он поставит всё на такую ненадёжную карту? Донсик бы сказал, что он слишком много думает о простых вещах…       По лицу Джувона скользнул призрак улыбки и тут же погас. Звонить нельзя. Донсик сразу же почувствует, что что-то не так. Почему-то Джувону казалось, что Донсик почувствует его состояние даже по текстовому сообщению. А состояние было смутным, и, впервые за долгое время, причиной этой смуты был не Донсик.       Неделю назад в его жизнь ворвался хаос, не в форме Донсика, а в форме хрупкой девушки с лицом из болезненных воспоминаний. Воспоминаний, которые он думал, что давно утратил.       Он был на станции и как раз заканчивал свой обед. Джувон уже привык обедать в присутствии коллег, хотя и не вместе с ними. Да, он готов был извозиться в грязи ради дела. Но это не значит, что он будет засорять свой организм сомнительной едой. Он готовил нормальный обед и носил с собой в аккуратном ланч боксе. В тот момент он как раз разложил салфетку на столе и достал палочки, когда призрак прошлого прервал его трапезу.       Само появление девушки Джувон пропустил, занятый своими мыслями и основательным пережёвыванием пищи. Только отметил, в автоматическом режиме, небольшое оживление среди коллег. Прозвучало сочетание «столичная фифа». Кто-то высказался о машине «Такая юная, а машина у неё как моя зарплата за десять лет службы». Другой голос – долговязый офицер, который Джувону особенно не нравился, ответил: «Э, брат, тебе на такую и за десять лет не заработать. Это нужно в правильной семье родиться. Хотя… и их иногда судьба находит». Джувон затылком почувствовал обращённые на него взгляды. На долговязого зашикали. Но затем все притихли.       «Здравствуйте» – прямо над ним прозвучал ломкий голос. «Меня зовут Ли Миён. Вы меня не знаете, но я ваша двоюродная сестра». Джувон бы подумал, что это розыгрыш, но лицо девушки было настолько знакомым – практически ожившая фотография его матери в молодости – что палочки выскользнули из руки и со стуком покатились по столу. Девушка, лет двадцати, не больше, была одета в элегантный и явно дорогой синий костюм. Но строгий силуэт и короткая стрижка только подчёркивали хрупкость фигуры. Не то, чтобы она была очень худой, но была в ней какая-то прозрачность. Что казалось, она может рассыпаться от сильного порыва ветра.       Джувону пришлось отвести её в кафе. Любопытные взгляды коллег совсем не добавляли ему спокойствия. А спокойствие было ему необходимо, чтобы пресечь в зародыше любые попытки «семейного воссоединения».       Ли Миён заказала кофе, хотя на взгляд Джувона, ей бы скорее подошёл успокаивающий чай, чем бодрящий экспрессо. Девушка держалась прямо, приветливо улыбалась, но руки выдавали нервозность: она так сильно теребила ремешок своей дизайнерской сумки, что рисковала оторвать его полностью.       – Извините, что врываюсь, вот так. Я понимаю, что реально нас ничего не связывает… Я конечно знала, что у меня есть двоюродный брат, но думала, что вы где-то в Англии, до недавнего времени. Не подумайте, что я напрашиваюсь в родственники или что-то такое… Мне нужна ваша помощь как полицейского.       Такого поворота Джувон не ожидал. Он хотел быстро провести черту и расстаться, но теперь любопытство держало его. А может быть ещё и та знакомая тоска в её глазах, которая откликалась в нём почти забытым тянущим чувством пустоты.       – Какого рода помощь? – вопрос прозвучал жёстче, чем Джувон планировал. Её губы дрогнули, но спина осталась такой же прямой.       – Я думаю… – она понизила голос, – что меня хотят убить. И я надеялась, что вы поможете вычислить источник…угрозы. В кафе играла какая-то легкомысленная песенка, пара за соседним столиком обсуждала очередной медиа-скандал, а его новообретённая сестра просила предотвратить своё собственное убийство. Джувон подавил нервный смешок.       – Это не шутка. И я не сумасшедшая, – сказала Миён с вызовом.       – Зачем кому-то вас убивать?       – Не знаю… Хотя… Через неделю у меня день рождения. Согласно маминому завещанию, с этого дня я смогу распоряжаться своей долей наследства. Может, дело в этом?       – То есть вы подозреваете кого-то из семьи? – Джувон был удивлён, но не сказать, чтобы поражен. В принципе, он мог ожидать чего-то подобного от родственников матери.       – Никого конкретного. Просто, у нас в семье все не те, кем кажутся. В конечном итоге всё это может оказаться просто злым розыгрышем. Но я бы хотела, чтобы вы приехали на выходные – в качестве гостя, и проследили за ситуацией. Вот, прошу:       Миён протянула ему что-то вроде открытки – крупная надпись «Приглашение» по центру, золотой орнамент по краям – слишком вычурный по мнению Джувона.       – Приглашения – не моя идея. Она любит все эти бессмысленные украшательства.       Девушка многозначительно фыркнула, но Джувон не стал уточнять кто эта «она». В конце концов, он уже решил держаться от всего этого подальше.       – На обратной стороне адрес. Если вы согласитесь, я оплачу потраченное время. «О, эта наивная мысль, что всё упирается в деньги», – Джувон усмехнулся.       – Почему я? Почему просто не обратиться в полицию?       – Понимаете, это… семейное дело. Оно требует некоторой деликатности. К тому же, я не знаю кому доверять.       – Но доверяете мне, только потому что я двоюродный брат, с которым вы даже не знакомы?       – Не только. Я наводила справки на вашем прошлом месте работы. Все о вас очень лестно отзывались. Тревожно-тёплое чувство поднялось в Джувоне прежде чем он вспомнил, что Донсик больше не работает в полиции. И всё же, мысль, что там, в Маньяне о нём отзываются хорошо, даже за глаза, была неожиданно приятной.       – Почему вы решили, что вас могут убить. Были какие-то инциденты? Угрозы?       – Можно и так сказать. Если вы согласитесь, я расскажу вам все подробности, когда вы приедете. Джувон решительным жестом отодвинул от себя приглашение:       – Я не буду ввязываться неизвестно во что, не зная фактов. Всего хорошего. Он встал и собрался уходить, но девушка схватила его за руку:       – Пожалуйста! Мне больше не к кому обратиться! Джувон посмотрел на руку, судорожно сжимавшую его рукав. Потом на её лицо. Сейчас Ли Миён отбросила показное спокойствие, в её глазах плескалось неприкрытое отчаяние.       – Ну хорошо. Но если всё это окажется обыкновенной паранойей, вам лучше поискать среди родственников психиатра. Джувон схватил приглашение, едва не смяв его в руке, и, коротко поклонившись, направился к выходу. Ли Миён рассыпалась в извинениях и благодарностях, но Джувон даже не обернулся – он уже жалел, что согласился.       Звонок в дверь вывел Джувона из задумчивости. «Чёрт, Хёк как всегда в самый неподходящий момент». Джувон захлопнул чемодан и задвинул под кровать - ему сейчас ни к чему были лишние расспросы. За последние месяцы Хёк был единственным, кто заходил к Джувону домой, не обременяя себя предупреждающими звонками по телефону. Поэтому, увидев на экране домофона своего бывшего напарника, он несколько растерялся. А вот Донсик выглядел совершенно расслабленным и с самым нахальным выражением поправлял свои волосы глядя прямо в экран. Это навевало воспоминания, и Джувон не знал сердиться ему или смеяться. В любом случае, притворяться что его нет дома было бы слишком по-детски. И Джувон открыл дверь.