Я заставлю тебя мне открыться.

Прошло 3 дня. Вроде небольшой промежуток времени, но для Ханмы он был сущим адом. У него ломало тело, он постоянно на кого-то срывался, плакал, пытался как-то связаться с Кисаки, но тщетно. Организм то и дело требовал этой дряни, но Ханма пытался себя сдерживать. Шуджи проснулся в обед. Он не мог смириться с тем, что снова просыпается по утрам один. Рядом не ощущается тихое сопение, волосы которые щекотали шею Ханмы. Поднявшись с кровати, Шуджи случайно посмотрел в зеркало. Сальная голова, небритый, под глазами образовались мешки. Отвратительно. Двинувшись на кухню, Ханма увидел Дракена, который что-то печатал в телефоне. — Утра. — сказал охрипшим голосом Шуджи. — И тебе привет. — ответил Дракен. — Как ты себя чувствуешь? Ханма отмахнулся, что означало отрицательный ответ. — Что так яро печатаешь? — спросил Ханма. Дракен отпил чаю. — Мичи зовёт на какую-то тусовку. — Пойдёшь? — Нет. — ответил Кен. — Устраивают какие-то его знакомые. Я их не знаю, и к незнакомым ходить не собираюсь. Ханма слегка улыбнулся. — Стареешь. Забыл, как мы пошли прогуляться, а по итогу попали на бухич к ребятам с соседнего колледжа? — Это было давно и неправда. — фыркнул Дракен. Ханма налил себе кофе, которое он в последнее время пил литрами. Усевшись за стол, Шуджи посмотрел на кружку. Пить тоже не хотелось, чего уж там говорить о еде. Ханма сделал глоток, и отодвинул кружку. — И с кем идёт этот ваш Такемичи? — спросил Ханма с нотками раздражения. — Ты уверен, что хочешь слышать эту фамилию? — Ясно. — ответил Ханма. Шуджи встал из-за стола, вылил кофе в раковину, и ушёл к себе в постель. Время тянулось очень медленно. Ханма не заметил, как Дракен ушёл, и что-то ему сказав. Шуджи включил телефон, зашёл в галерею. Он снова наткнулся на ту самую фотографию, с его Дня Рожденья. Где он был счастлив вместе с Кисаки. Не долго думая, Ханма подорвался с кровати, игнорируя всю боль в теле, засунул руку под кровать, и достал ту самую шкатулку. Открыв её, Шуджи взял пакетик с двумя таблетками, и начал снова вертеть его в руках. Снова это искушение, внутрення борьба. Вроде хочется забыться, отвлечься от всего этого ужаса, но при этом Ханма снова будет корить себя. Брюнет хотел открыть пакет, как увидел, что Дракен заходит в комнату. Шуджи откинул куда-то пакетик. — Слушай, я тут забыл кое-что. — начал Дракен. Он кинул взгляд на испуганного Шуджи, и на шкатулку. — Что за хуйня? — в голосе Кена ощущалась злость. Ханма нервно сглотнул. — Ничего, просто решил чем-нибудь заняться. Дракен подошёл к Ханме, выхватил шкатулку, и начал ее трясти. — Где? — Я- — ГДЕ!? — крикнул Дракен. Кен отшвырнул Ханму, и начал искать эти грёбанные таблетки. Найдя эту дрянь, Рюгуджи показал это Ханме. — Их было три. — Дракен закипал. — Я объясню. Дракен схватил Ханму за футболку. — Я не собираюсь слушать твои объяснение, мудень. Ханма грубо оттолкнул блондина. — Да ты ничего не понимаешь! Мне блять очень хуево, ты можешь это понять или нет!? В лицо прилетел кулак, из-за чего Ханма упал на пол, зажимая кровоточащий нос. Не долго думая, Шуджи кинулся на Дракена, хватая его за ноги, из-за чего Кен падает на пол. Между парнями завязывается драка, где явное преимущество имел Дракен. Кен перехватил руки Ханмы, скрутил их. — ОТПУСТИ МЕНЯ, УЕБИЩЕ! У Ханмы кровоточил нос, была разбита губа. Он явно был в истерике. — Ханма, какого хрена!? — прикрикнул Дракен. Шуджи тяжело дышал, по щекам текли слезы, которые перемешались с кровью. Дракен слез с Ханмы, помог ему подняться, и усадил на кровать. — Ладно тебе на меня плевать, но тебе напомнить как ты на коленях просил прощения у своей матери, что больше не свяжешься с этой дрянью? — Дракен заметно нервничал. Ханма дрожал. Его пожирало чувство вины все больше и больше. Он считал себя последним уебком, который просто не сдержал обещание перед матерью, которая души в нем не чаяла. — Дракен.. — начал Ханма, вытирая слёзы. — Я не хотел, оно само получилось.. Мне очень стыдно. Ханма не стал сдерживать эмоций, и начал реветь навзрыд. Кен присел к Шуджи, закинул руку ему на плечо. — Пожалуйста, давай мы выкинем эту дрянь. — сказал Дракен. Ханма не отвечал. Внизу живота образовался неприятный узел, слёзы продолжали капать на пол вместе с кровью, в горле появился ком. Дракен помог подняться Ханме, и повёл его в ванную. Кен помог Шуджи умыться, и постепенно Ханма начал успокаиваться. — Выкинь эту хуету, и желательно без меня. — сказал Ханма. Дракен тяжело вздохнул. — Без проблем. На этот раз, я никому ничего не расскажу. Если тебя не замучает совесть, сам во всем сознаешься. — Спасибо, Дракен. — сказал Ханма. Снова долгая пауза. Шуджи уставился в пол, и даже по всей видимости не собирался смотреть в глаза Дракену, так как ему было очень стыдно, и некомфортно. — Мне это надоело. — прервал тишину Рюгуджи. — В плане? — Ханма посмотрел на Кена. — Мне надоело видеть весь этот цирк, и то, что Кисаки ведет себя как истеричка, и даже не пытается разобраться в ситуации. Ханма хмыкнул. — Думаешь у нас есть шанс помириться? — Не думаю, а знаю это. Вот увидишь. И это..Я сегодня отлучусь кое-куда. — сказал Кен. Рюгуджи хотел уже выйти из душа, как резко повернулся к Шуджи, и посмотрел на него. — И побрейся, а то на черта похож. — Ой, да иди нахуй, Дракен. — Ханма улыбнулся. Даже в такие моменты, их разговоры не могли не закончиться какой-нибудь колкостью. Ханма иногда думал, что коснись будет какая-нибудь эпидемия, природная катастрофа, атомная война, вымирание человечества, эти двое до последнего будут подъебывать друг друга. Шуджи взъерошил чёлку, поднялся, и посмотрел на себя. Теперь к небрежному виду, добавился опухший нос и ссадина на губе. Ханма включил воду, взял станок для бритья и начал приводить себя в порядок. Закончив с процедурами, Шуджи вышел из душа, и начал куда-то собираться. Дракен уже куда-то смылся, по всей видимости на пары, которые он и так пропустил из-за всей возни с Ханмой. Собравшись, Шуджи накинул на себя первую попавшуюся куртку, и по привычке сунул руку в карман. Ханма нащупал что-то металическое, и по ощущениям, к этому прилагалось что-то пластмассовое. Вынув руку, Ханма увидел ключи вместе с брелком какого-то персонажа из манги, название которой Шуджи уже не помнит. Это были ключи от комнаты. — Ого, я думал, что потерял их. — удивлённо сказал брюнет, и вышел из комнаты.

***

Кисаки спокойно сидел на лавочке в коридоре универа, и вертел телефон в руках. Вся эта возня с Шуджи, фоткой и той тусовкой была очень подозрительна. Да и Тетта постоянно обсуждал это с Эмой, которая яро ему доказывала, что это не правда. А вдруг так и есть? Возможно его пытались развести на дурака или же кто-то очень хорошо владеет фотошопом. Кисаки не заметил, как к нему подсела Эма. — Привет. Что-нибудь узнал? — поинтересовалась девушка. — Привет, нет. — ответил Кисаки. — Смысл? Эма приподняла бровь. — Так и будешь верить этой фотографии? Кисаки неуверенно пожал плечами. Эму начало раздражать упрямство Тетты. — Мне плевать, пусть сосётся с кем хочет. — огрызнулся Кисаки. — Он среднестатистический пиздабол, не больше. Эма поднялась с лавочки. — Какого хрена ты себя так ведешь!? Как ты вообще можешь говорить такие вещи про своего парня? — Он мне не парень. — Кисаки снова огрызнулся. — Мне плевать! Ты даже не знаешь всей правды! Я тебе больше скажу, когда эта сука пришла к нему, после вашего расставания, он ее чуть не придушил, он был в гневе, и постоянно плакался Дракену, пока ты спокойно прохлаждаешься в комнате Мичи. — Я не прохлаждаюсь! — взъелся Кисаки. — Не будь ебанным мудаком! — прикрикнула Эма. Тетта от такого даже выпучил глаза. Эма никогда при нем не повышала голос на кого-то, ну или он этого просто не помнит. — Разбирайся сам, Кисаки. — вздохнула Эма. — Если ты не подойдёшь к тем же Хайтани, чтобы узнать всю правду, ко мне больше не подходи. — Эма развернулась и пошла к аудитории, где у нее должна была начаться пара. Кисаки нервно выдохнул. Ситуация с каждым разом усложнялась все больше. Он хотел бы все таки обговорить все с Ханмой, но идти к нему боялся, так как наговорил много лишнего. Еще больше его раздражало то, что он понимал свою неправоту, но признавать этого не хотел, и начинал вести себя как идиот. Тетта поднялся с лавочки, и двинулся к расписанию. Спустившись, он увидел две знакомые фигуры. Ран и Риндо Хайтани собственной персоной. Увидев их, Кисаки начал думать, стоит ли поговорить с ними, или нет. Откуда ему знать, как они себя поведут? Да и ему никогда не доводилось общаться, с «элитой» университета так близко. Ран с Риндо, что-то обсуждали смотря на расписание. Кисаки подкрался сзади и нервно кашлянул. Первым обернулся Хайтани-младший. — А.. Это ты. — равнодушно сказал Риндо. — Ты что-то хотел? Тетта нервно почесал затылок. — Ну вообще-то да. — Чего тянешь тогда? Мы же тебя не убьем. — продолжил Рин. Кисаки немного помолчал, подбирая слова, из-за чего на лице Риндо начало появляться какое-то раздражение. — Мне долго ждать? Если это какая-то ерунда, из-за которой мы просто так потеряем время, то можешь вообще не начинать рассказывать. — огрызнулся младший. — Что было на той тусовке? — спросил Кисаки не медля. — Нашёл, что спросить, малой. — подключился Ран. — Я не думаю, что вообще с той движухи, кто-то что-нибудь помнит. Риндо толкнул локтем брата. — Помолчи пару минут, пожалуйста. Если ты не помнишь, не значит, что я тоже. Хайтани-младший повернулся к Кисаки. — Ничего там особенного не было. Собрались, выпили, кто-то умудрился накуриться и все. А что не так, я так и не понял? — удивился Риндо. — Если ты думаешь, что твой Ханма с кем-то сосался, то нет. Он на половине всего веселья уснул. — сказал Ран с ухмылкой. Кисаки порылся в телефоне, нашел ту самую фотографию, и показал парням. — Она была с вами? — спросил Кисаки. — Нет. — ответил Риндо. — Это старая фотография. — Как старая? — возмутился Кисаки. — Он на тусовку ушел в той же одежде. — Не думал про совпадение? — спросил Риндо. — Вроде бок о бок с ним, а не знаешь, что он из своего огромного гардероба может ходить в одном и том же. — Да и эта фотка сделана год назад, если не больше. — сказал Ран. — Эта Хоши, пыталась напроситься на эту тусовку, но благо обошлось. В один миг, Кисаки стало как-то не по себе. — Каким образом? — Она уже как месяц, пыталась склеить Шиона. — начал Ран. — Типо, как развлечение, понимаешь? Но, наш Шион так скажем, гей, поэтому они чисто общаются, и то его это очень напрягает. За день до тусовки, Шин видимо поделился с ней, ну и она начала узнавать, что да как. — Фу, так мерзко. — фыркнул Риндо. — Ну и в общем, рассказал он по доброте душевной, кто там будет, и она давай ему в уши ссать, что она сестра Шуджи, и хочет на эту тусовку тоже попасть, а мы никого посторонних не пускаем больше, да и если бы эту мымру на пороге увидел, я сразу бы и квартиру вместе с домом сжёг. — сказал Ран. Кисаки внимательно слушал. С каждой минутой, ему становилось очень стыдно за его поведение перед Ханмой. И как ему теперь с ним идти мириться, как разговаривать? Шуджи его по-любому видеть не хочет, чего уж там говорить о какой-то встрече. — Спасибо за информацию. — поблагодарил Кисаки. — Я пойду. — Вы это, не ругайтесь, окей? — сказал Риндо. — Не зря же я вам тату парные бил. — Реально, уважайте труд моего братца! — ухмыльнулся Ран. Кисаки улыбнулся, попрощался еще раз и двинулся прочь. К Эме он прислушался, с братьями Хайтани он поговорил, теперь остается только одно. Примирение с Ханмой, уже звучало страшно для Тетты. Как ему выпутаться из всего этого дерьма?

«Если бы я мог разукрасить небо,

То звезды светили бы кроваво-красным светом»

***

Кисаки попытался временно отбросить мысли об примирении, и слегка расслабиться, пойдя на тусовку вместе с Такемичи. Парни шли по каким-то дворам, и Тетте это уже не нравилось. — Кто-то ещё из знакомых будет? — спросил Кисаки. — Не знаю. — ответил Такемичи. — Может кто-то подойдёт. Минут через 15 парни пришли в какому-то дому, откуда играла громкая музыка. Тетта уже привык к тусовкам на квартире, где людей и так было всегда много, а тут их еще больше. Мерзость. Если бы Кисаки бы знал, он бы лучше вернулся бы обратно к себе в комнату, и молча смотрел в потолок. И вообще, какого хрена ему сначала сказали, что тусовка будет не на квартире? Не уж то, нельзя было сказать все как есть? Зайдя в дом, Кисаки сразу увидел каких-то пьяных людей, которые по всей видимости никого ждать не стали. Тетте это чем-то напомнило вечеринку новенькой школьницы из какого-нибудь банального американского фильма. Такемичи подошел к столу с напитками, налил себе и Кисаки. Тетта посмотрел на напиток. Это не вызвало никакого восторга, как это было с Ханмой. С Шуджи тусовки наливались очень яркими красками. Никто не стоит рядом с Теттой, не пытается заставить его танцевать, не говорит слова о любви, или же не обсуждает с ним кого-то. Рядом только Такемичи, который пришёл просто отдохнуть, да и тем для разговора у него по всей видимости не было. Кисаки не стал давать себе банальных обещаний на эту вечеринку, поэтому он решил просто расслабиться. Стакан за стаканом, и Тетта не заметил, как он танцует среди пьяных тел. Перед глазами все ехало, ноги были ватными. Кто-то пролил ему на рубашку пунш. Ну и плевать. Все равно в этом пьяном угаре Тетта ничего не понимал. Кисаки кинул взгляд куда-то в угол зала, и увидел Дракена. Он приподнял очки, протёр глаза, посмотрел снова и никого не увидел. Кто-то другой мог спихнуть это на галлюцинации, но точно не Кисаки. Он двинулся искать Кена, в надежде на то, что ему все таки не показалось. Тетта так и не закончил свои поиски, так как его отвлекла какая-то девушка, с которой он разговорился. Еще два стакана, и Кисаки оказывается в комнате. Перед глазами на столько все кружится, что Тетта видит только мигающие огни. С ним о чём-то разговаривает девушка, но он ее не слышит. Ему кажется, что сейчас рядом с ним Шуджи. Кисаки чувствует, как его губы накрыли поцелуем. Тетта отвечает на поцелуй, но чувствует, что здесь что-то не то.

«Я знаю, это не так важно для тебя,

Но для меня, детка, ты более, чем прекрасен.»

Кисаки был на столько пьян, что не может разобрать, кто с ним рядом. Голова забита только одним Шуджи. Ему кажется, что он рядом с ним, что между ними произошёл наконец-то примирительный поцелуй. — Шуджи.. — говорит Кисаки пьяным голосом.

«Сейчас я понимаю, что не ценю этого,

Дай мне немного времени, я поработаю над этим»

Осознание приходит только тогда, когда Кисаки чувствует, что от поцелуев нет никакой реакции. Отстранившись от чужих губ, он видит перед собой ту самую девушку, пусть и расплывчато. Тетта резко ее отталкивает, не успевает ничего сказать, как его кто-то хватает за шиворот и выводит из комнаты, протаскивая через всю толпу, и ведя к выходу. Вытащив на улицу, Кисаки швыряют на землю. В него летит куртка и ботинки, для того, чтобы он оделся. Тетта пытается сконцентрировать взгляд на человеке, который вывел его на улицу. Он видит знакомые очертания. Высокий блондин, с татуировкой на виске. — Какого хуя ты творишь, Кисаки!? — кричит Дракен. Тетта пытается понять, почему на него кричат, но у него это плохо получается. — Дракен, я это- — ЧТО ЭТО!? ЧТО, ТВОЮ МАТЬ, ЭТО!? — Кен не может сдержать эмоций. — Значит, пока Ханма пытается найти хоть какой-то способ, с тобой помирится, ты как последний уебок сосешься с какой-то бабой в этом притоне!? Дракен берёт за шиворот Кисаки, который успел натянуть на себя ботинки с курткой, поднимая его с земли. — Мы уходим отсюда, и ты сегодня будешь ночевать в своей комнате. — С чего бы!? — огрызается Кисаки. — Я самодостаточная личность! — Ты ебанный придурок, вот ты кто. — Дракен слегка встряхнул Кисаки. — Твое путешествие заканчивается сегодня, и ты завтра же будешь разговаривать с Ханмой. — Не буду! — рычит Кисаки. — Отпусти меня! — Будешь. Я устал вытаскивать вас обоих из какой-то задницы, слушать истерики Ханмы, и видеть твое кислое ебало. Тебе Хайтани все рассказали, чего тебе еще надо? Ответа не последовало. Дракен почувствовал, как тело Кисаки стало тяжелей, а вместо связных предложений послышался храп. — Боже, тебе извилины Ханмы через поцелуи передались что-ли? — заворчал Кен, и закинул Кисаки на плечо. Дракен дошёл очень быстро, отперев комнату, он увидел, что Шуджи нет в такой поздний час. Кен не стал церемониться с Кисаки, поэтому разбудил его, чтобы тот хотя бы снял с себя обувь. Тетта разулся, снял с себя куртку, оставив ее на полу, и пополз до кровати, по которой так скучал. В которой он каждое утро нежился с Шуджи, и не только. Завалившись в постель, Кисаки моментально уснул. Дракен вздохнул, достал телефон, и начал звонить Ханме. Шуджи не отвечал. После длительных звонков, Рюгуджи получил сообщение. Ханма: со мной все хорошо, я решил прогуляться, и побыть со своими мыслями. не знаю, когда приду.

Дракен: ок, давай без глупостей. я выкинул твою дрянь, если что.

Кен отключил телефон, и уселся за стол. В комнате стояла напряженная атмосфера. Рюгуджи казалось, что он попал в какой-то дурдом. Одному прилетело по лицу, за то, что хотел закинуться, другого вообще вытащили из какого-то притона. Виски гудели. Дракен снова взял телефон, открыл диалог с Эмой.

Дракен: ты спишь?

Ответа не последовало. На часах показало 2:15, и по всей видимости Эма уже видела десятый сон. Дракен отбросил телефон в сторону, он не заметил, как задремал.