Someone like you

С самого рождения мы живем в обществе. Нас окружают разные люди: хорошие и плохие, умные и глупые, красивые и не очень. Все мы взаимодействуем с людьми и по сей день. Какие-то люди просто прохожие, какие-то близки для нас. Как понять, кто из всех людей тебе важен больше всего? Ради кого ты готов на все, а чье исчезновение ты просто даже не заметишь? На полу в гостиной сидела Т/и, рассматривая свое отражение в зеркальных дверях шкафа во всю стену. Вокруг девушки была разбросана различная косметика. Сделать подходящий макияж для вечеринки у нее не получалось уже около двух часов, что сбивало ее график подготовки к предстоящему мероприятию и заставляло нервничать с каждой минутой все сильнее. От постоянного напряжения подрагивали руки, из-за чего нарисовать ровные стрелки было невозможно. Злость внутри т/ц/в стремительно заполняла каждую клеточку ее тела. - Ты скоро закончишь? - поинтересовался Олег, появившийся в дверном проеме из ниоткуда. - Скоро, если ты не будешь спрашивать об этом каждую минуту, - сквозь зубы ответила Т/и, не отрывая от век тонкую черную кисть подводки. В этот момент рука девушки дрогнула, оставляя на коже толстую влажную полоску продукта. - Что ты хотел? - зарычала на отца от досады Разумовская. - Отвезти тебя, - спокойно ответил мужчина. Волков подошел ближе к т/ц/г и присел на корточки. Аккуратно взяв кончиками пальцев подбородок дочери, он развернул ее лицо к себе, а другой рукой, достав из пачки влажную салфетку, принялся стирать с ее глаза размазавшуюся подводку. Олег делал это со всей осторожностью, боясь причинить какой-либо вред своему сокровищу или сделать ей больно. Затем брюнет взял в руки подводку и произнес: - Закрой глазки. Девушка послушалась и прикрыла глаза. В тот же миг ее век коснулась влажная кисть. Отец аккуратно вел кончиком, выводя линию стрелки. Проделав всю необходимую работу с первым глазом, он перешел ко второму. - Вот, готово. Палочкой ватной подтереть кое-где, и можно бежать на вечеринку, - сказал Волков, любуясь своим творением на лице дочери. Т/и открыла глаза и взглянула на себя в зеркало. Действительно, стрелки получились почти идеальными, а самое главное - одинаковыми. Она взяла ватную палочку в руку и, смочив один кончик в мицеллярной воде, начала стирать лишнюю подводку с глаз, пока та еще не окончательно засохла. По окончании работы над макияжем девушка довольно взглянула в зеркало и, обняв отца, сказала: - Большое спасибо, папочка. Я без тебя не справилась бы. - Не за что, - улыбнулся Волков. - А где ты так научился? Признавайся, ты в юношестве красился, да? - хитро сощурила глаза Разумовская. - Да, конечно, - с сарказмом ответил брюнет. - Я в армии был одним из самых метких стрелков. У меня руки не дрожат, глупышка. А твои от злости и напряжения ходуном ходили. - Теперь я знаю, кто будет мне стрелки рисовать, - подмигнула Олегу дочь. - А я знаю, кто сейчас будет собирать всю свою косметику с пола и пойдет одеваться наконец, - в таком же тоне ответил мужчина. Посмотрев на наручные часы, он добавил: - Мы, кстати, опаздываем немного. Затем он встал, оставив т/ц/г одну прибираться в гостиной. *** К дорогому клубу подъехал очередной автомобиль, но выходить из него пока что никто не торопился. У входа в здание толпились парни и девушки, разодетые в страшные и не очень костюмы. В ком-то из них Разумовская узнавала ребят из своей школы, а кого-то видела впервые. Какое-то непонятное чувство в груди заставило ее сомневаться в правильности ее действий. Она идет на вечеринку, которую устраивает человек, явно ненавидящий ее семью, куда еще и охрану не пустят. Очень умное решение. - Ты чего сидишь? Выходить будешь? - из ступора ее вывел голос отца. - Да что-то мне не хочется туда идти, - честно призналась девушка, опустив в пол глаза. - А зачем мы тогда собирались столько времени и ехали по пробкам? Ответом на этот вопрос послужила тишина. Т/и сама не знала, зачем ей это все. Зачем она пытается казаться своей среди одноклассников, которых она увидит очень не скоро. Зачем пытается доказать им, что она такая, как и они, что тоже имеет право вместе со всеми ходить на эти дурацкие вечеринки. Единственное место, где она всегда будет своей, - это в кругу ее семьи. Ее самых родных людей, готовых убить за нее кого угодно, готовых на все ради ее счастья, готовых быть поддержкой и опорой в минуты радости и горя. Семья - это то, ради чего она сама готова пойти на все. - У меня есть отличная идея, как сделать так, чтобы этот вечер не пропал зря, - игриво произнесла т/ц/в, глядя на Олега. *** Сергею никак не хотелось подниматься с кровати, но кто-то настойчиво продолжал звонить в дверь, заставляя его все-таки оторваться от постели. Накинув на себя шелковый узорчатый халат, он медленно поплелся в прихожую, бормоча под нос то, как сильно он ненавидит этот мир. Распахнув входную дверь с самым недовольным видом, он увидел на пороге Олега с Т/и. - Сладость или гадость? - весело сказали они хором. Выражение лица Сережи тут же изменилось. Он больше не был похож на медведя, которого разбудили среди зимы. Т/ц/в была одета в черно-красное платье с пышной юбкой из фатина. На голове у нее были сверкающие рожки, как у чертика. Колготки в сетку и красные туфли на тонком каблуке прекрасно дополняли ее образ. А рядом с ней стоял Олег в костюме… волка. Они где-то по дороге заехали в магазин и купили там настоящий плюшевый костюм волка, примерно такой, какой носят аниматоры на детских праздниках и люди, раздающие листовки около магазинов. В руках у Волкова с дочерью были большие пакеты с продуктами. - Вы такие глупые, - улыбаясь, Сергей пропустил их в квартиру. Девушка чмокнула его в щеку, проходя мимо. - Давай, беги чайник ставь, мы твои любимые вкусности купили, - сказал Олег, коротко поцеловав рыжеволосого в губы, после чего тот ушел с пакетами в сторону кухни. - Т/и, ты видела? Он улыбнулся. - Я же говорила, что это сработает, - гордо произнесла Разумовская. - Припрячу этот костюмчик куда-нибудь, вдруг нашему Сереженьке еще что-то в голову взбредет, - усмехнулся Волков, направляясь в спальню, чтобы снять свое обмундирование. - Чего вы так долго? Я ужас как есть хочу, а вы там возитесь, - возмутился Разумовский, когда Т/и и Олег вошли в кухню спустя бесконечно долгие для Сергея 15 минут. - Вот когда побудешь в моей шкуре и попытаешься ее снять, тогда и поговорим на эту тему, - сказал Волков, присаживаясь на стул. Т/ц/в лишь тихо хихикнула, садясь между своими отцами. На столе уже стояли коробки с пиццей, которую так любил рыжеволосый. Он приступил к еде сразу, как только его дочь коснулась стула ногами. Эта ситуация только позабавила их всех. Немного утолив голод, Сергей стал общаться с семьей, как раньше. Он был таким же внимательным ко всему, что говорили брюнет с Т/и, смеялся с их шуток, активно участвовал в обсуждении поднятых тем. Именно тогда девушка поняла, что самые ценные моменты она проживает сейчас. Когда ее семья вот так вот сидит за столом, непринужденно разговаривает и ест почти остывшую пиццу. - Нам не хватало тебя в эти дни, пап, - произнесла Разумовская, обнимая Сережу. - Я тоже сильно по вам скучал, - ответил рыжеволосый, крепче прижимая к себе дочь.