Козлы и козочки

После победы и устройства в Аврорат Гарри приходит в «Кабанью голову» к закрытию, скармливает вредным козлам букет из полевых цветов, помогает владельцу трактира выпроводить задержавшихся посетителей и с вызовом смотрит в ясные голубые глаза Дамблдора, запирающего дверь. Аберфорт усмехается в бороду и, не говоря ни слова, идёт на кухню ставить чайник, прислушиваясь к тихим шагам братова любовника. Но любовника ли? Мальчишке на момент смерти Альбуса было всего шестнадцать! Альбус к тому моменту совсем выжил из ума, раз позволил себе докатиться до такого. Аберфорт качает головой собственным горьким мыслям, наливает воду в видавший виды чайник, ставит его на плиту и поворачивается к нежданному гостю, полному решимости и упрямства. — Я выслушаю вас, мистер Поттер. Гарри усмехается, отрицательно качает головой, садится на колченогий табурет и начинает доставать из небольшой сумки с явным расширением пространства продукты — молоко, овощи, фрукты, чай, хлеб и сладости. Аберфорт, глядя на это безобразие, чувствует себя оскорблённым. Он вполне способен о себе позаботиться! Или он чего-то не понимает? Что-то очень важное… — Гарри, пожалуйста. Я останусь здесь. Гарри не спрашивает — ставит в известность. Потом он встаёт с табурета, отодвигает Аберфорта от плиты и начинает хозяйничать: разливает по чашкам чай, нарезает пирог с патокой, накладывает сладости. Лимонные дольки? Аберфорту становится смешно. Он долго смотрит на любимую сладость брата, лежащую на блюдце, не делая попытки потянуться за ней, потом шумно отхлёбывает несладкий чай и заявляет мальчишке: — Я не Альбус. И не буду его заменой. Мне слишком много лет, чтобы играть в подобную хрень, мальчик. Твоя спальня наверху, приведёшь её в порядок сам. Постельное я дам попозже. Решишь уйти — скажи прямо. Гарри кивает, соглашаясь с условиями, кусает губы и неуверенно, почти робко улыбается, словно до этого мига его терзали сомнения в том, что ему позволят остаться. Аберфорт пьёт чай и думает что, по сути, так и следовало поступить — гнать надо было это зеленоглазое чудовище поганой метлой, едва оно появилось на пороге его жилья, но он сглупил и проявил слабость. Показал тоску по нормальному человеческому общению и теплу. Хотя там, куда вмешался Альбус, о нормальности даже говорить не стоит. — Я… Мне утром на работу, мистер Дамблдор, но к вечеру я обязательно вернусь. Есть какие-нибудь пожелания? — Чтобы ты исчез из моей жизни, — бурчит Аберфорт. Гарри вздрагивает как от удара, но быстро берёт себя в руки и отрицательно качает головой. — Этого не будет. Извините. *** Готовит мальчишка вкусно. Аберфорт признаётся себе в этом в первый же их совместный завтрак, запивая идеальный тост с яйцом ароматным кофе, наличию которого очень удивлён. Ну не доставал вчера Гарри кофе из своей безразмерной сумки, а у самого Аберфорта не то что кофе, но и даже турки для его приготовления сроду не водилось, и если ему хотелось себя побаловать этим напитком — он шёл в кофейню миссис Уайт, где готовили напиток средней паршивости. Кофе Аберфорт любил, хоть и пил редко. А вот Альбус по утрам предпочитал пить ужасно сладкий чай с молоком. Он вообще любил сладкое… — Зачем ты здесь, Гарри? Гарри молчит долго, пьёт кофе, крутит в пальцах очки, шарит беспомощным близоруким взглядом по кухне, словно ища подсказку, как быть дальше, и, когда Аберфорт уже смиряется с тем, что ответа не будет, говорит: — Мне нужна помощь, мистер Дамблдор. Я не могу жить на Гриммо, выполнять ожидания других людей и показушно радоваться жизни — я растворяюсь в этих ожиданиях, становлюсь красивой картинкой, а не живым человеком, но никто этого не замечает. От меня все требуют, требуют и требуют. Друзьям, товарищам, коллегам по работе, вышестоящим чинам и даже посторонним людям — всем от меня что-то надо, а я не могу, просто ничего не могу им дать. Альбус… Директор Дамблдор обещал, что поможет мне справиться с этой ситуацией, но он умер раньше, и мне не к кому больше обратиться. Помогите мне. Аберфорт поджимает губы на просьбу о помощи и костерит про себя Мордредова братца последними словами. За свою длинную и деятельную жизнь Альбус подвел слишком многих доверившихся ему магов и совсем неудивительно, что одна из жертв его планов пришла искать помощи у Аберфорта. Но сможет ли он помочь? Мальчишке, по-хорошему, нужна поддержка не вредного старика, а друзей и родных, любимой девушки, наконец! Но он бежит от этих людей. — Я попрошу вас, мистер Поттер, впредь больше не кормить моих козлов букетами — они от этого становятся вредными и разборчивыми в еде. Гарри кивает и улыбается, а на глазах его блестят слёзы. Аберфорт отворачивается, чувствуя себя почти неловко от выстраданного выражения благодарности. Он слишком добр и вряд ли сумел бы отказать в помощи и доме растерянному мальчишке. Его доброта когда-нибудь его погубит. — Я больше не буду. Спасибо вам. — Обойдитесь без глупостей на работе, Гарри. Это будет лучшей благодарностью. *** Аберфорт смотрит на козлов-извращенцев, практикующих однополую любовь, и крутит в пальцах волшебную палочку. Гарри приходил к нему в спальню уже дважды за этот месяц и дважды получал от ворот поворот. Он не Альбус и не собирается становиться его заменой, пуская в постель запутавшегося, не знающего, что делать со своей жизнью, мальчишку. — Им бы козочку. Гарри присаживается на лавку рядом и закуривает, пуская носом дым. Аберфорт усмехается в бороду, протягивает руку за сигаретой и прикуривает от сигареты мальчишки. — Им не нужна козочка — они убьют друг друга за неё. Пусть лучше так. — Не знал, что вы курите. — Вы много чего не знаете, мистер… Гарри отрицательно качает головой, поднимает руку в просьбе о молчании и говорит: — Гарри, пожалуйста. Не нужно мистеров Поттеров. Я могу называть вас Аберфортом? В качестве подарка ко дню рождения. День рождения, о котором Аберфорт забыл напрочь. Сегодня мальчишке исполнилось восемнадцать лет, и ему наверняка навязали празднество на работе и после неё. Это объясняет, почему он пришёл так поздно и настолько уставшим. Аберфорт изучающе смотрит на Гарри, приходя к выводу, что никакой он уже не мальчишка, а вполне взрослый молодой человек, которому слишком рано пришлось познать горечь потерь и научиться брать на себя ответственность. Вот только это не делает Альбуса меньшим извращенцем. Он затягивается сигаретным дымом и пожимает плечами. Жизнь — удивительнейшая штука. — Зовите. Кстати, о козочке… Гарри смеется и отрицательно качает головой. — Мне не нужна козочка, Аберфорт. Боюсь, я такой же извращенец, как и ваши козлы. Я не вижу в вас Альбуса. Совсем. У нас ничего не было — Альбус обещал мне отношения после войны, но оказалось, что ему свойственно не выполнять свои обещания. Вы — это вы. — Чаю, Гарри?