Christmas toys

Этот вечер выдался морозным и совсем не снежным. Те, кто еще не успел разбежаться по теплым домам, торопились это сделать, повыше натягивая воротники курток и пальто или кутаясь в шарфы. Ветер разошелся и подгонял их. Оттого еще приятнее было прийти домой и с облегчением выдохнуть, чувствуя, как замерзшие пальцы и нос постепенно отогреваются, а от камина или печи приятно пахнет задорно потрескивающим деревом. — Давно не было такого мороза на сочельник, — Эрик встряхнул пальто и повесил его на вешалку в прихожей, а потом потер ладони и выдохнул на них. Чарльз не отзывался, и Леншерр, забежав в ванную для начала, чтобы согреть теплой водой руки и лицо, отправился его искать. Однако найти его оказалось довольно просто — из кухни доносился характерный запах корицы и сладковатый аромат пирога. — Ты очень вовремя, мой друг, — Чарльз нарезал довольно крупный пирог и улыбался. — Подумал, что в такую погоду не помешает что-нибудь пряное. Эрик бросил вопросительный взгляд на размер противня, а затем на огромную кастрюлю с какао на плите. Ах да, он каждый год забывал об этом. — Раз там так холодно, было бы неплохо их согреть. Поможешь мне? — Чарльз вручил ему половник и указал на кастрюлю. — Да, конечно, — он припомнил, где стояли подносы, водрузил на них кружки и стал разливать по ним обжигающе горячий какао, который как раз должен был остыть до идеальной температуры к тому моменту, как… За окном раздался гомон, который утих лишь через минуту, но пауза была совсем короткой — сразу за ней последовало пение, и Чарльз заулыбался шире. Все эти люди, которые сейчас стояли за дверью, когда-то были его учениками, росли у него на глазах, доверяли ему иногда больше, чем собственным родителям, да и сам Чарльз относился к ним, как к собственным детям, а Эрик охотно потворствовал этому. Он подтолкнул кресло Ксавьера и открыл дверь. Тут же пение стало еще громче и куда оживленнее, даже Логан вместе с Лорой затесались с краю в рождественских колпаках и пытались не выбиваться из хора. — Эту я еще не слышал, — тихо произнес Эрик, встав позади и положив ладони на плечи Чарльзу, а тот ласково погладил его руку, даже не пытаясь утереть выступившие слезы. А как только пение закончилось, Ксавьер поднял руки, чтобы хор вовсе остановился. — Хватит тут мерзнуть, заходите внутрь.