Шалость удалась

      Мое утро началось по-особенному прекрасно: переехать в эту глушь посреди учебного года, когда Майкл уже устал от скучной школьной жизни и требовал чего-то сменяющегося. Это и произошло. Мало того, что я уже мама как семнадцать лет, так и проблема в том, что я себя не чувствую на свои почти сорок лет. Мне вечно хочется с кем-то выпить, потусить, погудеть, но в конечном итоге лишь сижу дома, услышав как-то от сына фразу «Мам, там все молодые будут». Подходя к зеркалу около кровати, находясь лишь в одном нижнем белье, пытаюсь себе напомнить о том, что секс у меня был совсем недавно, а не в эпоху динозавров. С нашим сексуальным соседом Эндрю, который чертовски круто умеет находить нужные точки.       Хотя какая разница, если даже этот придурок умудряешься ввести меня в ступор, когда при фразе «Пошли в клуб», он выдаёт «Я слишком стар для этого дерьма». Вспоминая этот позор, прыгаю обратно под одеяло, чтобы забыться на некоторое время, пока не помолодею опять, чтобы тусить и не чувствовать себя старушкой, которой уже пора на пенсию. Но есть одно предложение.       Рэйчел.       Майкл её терпеть не может, зато его друзья при виде моей красивой подруги пускают слюнки только так. Стоит ей сказать о том, что последний раз, когда она ко мне заходила, Джейми, одноклассник Майкла, точно дал понять, что она в его вкусе. Стыдно признать, но Джейми и в моем вкусе. Я вообще пропустила тот период, когда согласилась с тем, что ровесники моего сына могут быть красивыми и даже — о ужас — сексуальными. Но стоит прийти хотя бы на одну тренировку Лакросса в среднюю школу. Здесь ты не только потеряешь дар речи, но и последние трусики-парашюты, которые носят бабушки вроде меня. Пора что-то менять.       Залезаю в телефон, чтобы написать Рэйчел свои мысли, как вдруг реклама выдаёт заманчивое предложение. В нашем местном клубе будет вечеринка за 21+. Может, хотя бы тут повезёт, и я найду быстрый отличный секс без ущерба своему ментальному старческому возрасту.       — Мам, — доносится с другой комнаты, — я пошёл, меня ждёт Алекс у дома. И да, кстати, меня не будет ночью, он устраивает вечеринку.       — Милый, а я знаю твоего Алекса? — я помню лишь красавчика Джейми, Монику, что заставляет мою самооценку падать все ниже и ниже, и Лео, испанец, приехавший покорять женские сердца. Цитата.       — Ну… Выйди, познакомься, хотя зачем.       Я должна знать окружение своего сына, это даже не обсуждается. Конечно, я не лезу в его дела, но подкладывать презервативы в ящик не забываю. Быстро надев какие-то шорты, валявшиеся рядом с кроватью, накинув на себя кофту, спускаюсь вниз. Только через несколько секунд осознаю, что это было зря.       Он стоял в дверях, держа в губах сигарету, перекидывая между губами с помощью языка. Кинув один раз свой взгляд в мою сторону, он сразу убрал его, но потом медленно вернулся. Двумя пальцами он вытаскивает сигарету изо рта, не скрывая пошлой ухмылки. Он был миниатюрной копией Брэда Питта, только куда сексуальнее. Его голубые глаза были видны из-под тёмных очков, дополнявших образ местного плохого мальчика. Небольшая татуировка в виде какого-то китайского знака виднелась на шее, пока я без стыда и совести разглядывала его.       — Алекс, познакомься. Моя мама, Агата Харрис, — совершенно безэмоционально говорил Майкл, отойдя на кухню.       — А ты своего друга представить не хочешь?       — У меня есть рот и… — облизнувшись, словно хитрый лис, он заулыбался, — … язык, чтобы представиться самому. Александр Нильсен, но для вас я могу быть кем угодно.       — Алекс, это всё-таки моя мама, не забывай, — дёрнув нового друга рукой, Майкл быстро стартанул наверх, чтобы взять какие-то свои вещи.       — Ты откуда взялся, Александр? — взяв в руки валяющееся полотенце, присаживаюсь в кресло, пытаясь скрыть свои красные щеки. Он действительно очень красив: строгие черты лица, впалые скулы, выведенные будто остриём, а также небесного цвета глаза, что смотрели на меня с таким же любопытством. Только бы не потерять самообладание из-за этого маленького красавчика. Только не это.       — А ваш сын никогда не рассказывал, что у него такая молодая мама. Я думал, вы сестра, — плюхаясь рядом, прислонившись к спинке рукой, он смотрел на меня, не скрывая похоти. — Сколько вам лет?       — Ты не ответил на мой вопрос. Как хочешь, — встав со своего места, выгляжу максимально неловко. Мои шорты очень сложно назвать именно так, они закрывают минимум бёдер, а майка, что была надета так же быстро, как и шорты, открывали отличный вид на декольте. — Майкл, я наверху, если что-то нужно.       — Вы меня испугались? Не бойтесь, я не кусаюсь. Если и укушу, то не так сильно. Приятно.       — Малыш, не выводи тётю.       — Тётя? Вы самая сексуальная тётя, которую я видел. Приму на свой счёт, что вы ушли, испугавшись моей сексуальной энергии. — Взяв в руки моё пиво, которое было приготовлено специально для вечера с Рэйчел, он развалился на диване как хозяин, расстегнув куртку.       Маленький наглый мальчик, который пользуется свой красивой мордашкой. Беру в руки телефон, чтобы сообщить Рэйчел радостную новость — сегодняшний вечер мы точно не проведём в одиночестве.

***

      — Агата Харрис, это точно ты?       Конечно, я знала, что Рэйчел будет в шоке, что я решилась пойти на вечеринку. Я не так часто это делаю, учитывая то, что в любой момент я могла бы сильно напиться и устроить какой-то дебош. Но пора признать, что и в тридцать семь лет есть жизнь и что не важно, как давно у тебя был секс.       — Мне итак неловко, а ты ещё и нагнетаешь, — выпив, наверное, третий бокал шампанского, что принесла подруга, смотрю на себя в зеркало, стараясь привыкнуть к тому, что я сильная и что я смогу пойти в этот злосчастный клуб, чтобы доказать самой себе то, что я все еще «в теме».       — Ладно, давай не об этом. Майкл-то твой! Совсем мужчина стал! Я совершенно забываю, что ему уже семнадцать лет. Как у него дела? — Рэйчел лежала на моей кровати, выбирая в телефоне платье, которое она наденет, по своим старым школьным фотографиям: где она смотрелась сексуальнее, то она и планирует надеть.       — Да… Всё хорошо, думаю. Сегодня привел домой своего нового друга. Мне стыдно признать, но он очень красивый и сексуальный, — закрывая руками лицо, боюсь даже себе признаться, что мне мог понравиться какой-то маленький мальчик, у котрого ещё даже молоко на губах не обсохло, мне кажется. — Это будет выглядеть очень странно, если я скажу, что если бы я с ним училась, то вероятность влюбленности — максимальная?       Рэйчел, держа в руках бокал, медленно его кладет на место, вопросительно смотря на меня. В её глазах читалось достаточно много эмоций, начиная от шока, заканчивая сексом. Но я пока не хочу долго пялиться на её выражение лица. Мне было стыдно от самой ситуации.       — Да парнишка тебя заворожил, подруга! — кинув в меня мою же подушку, она быстро ринулась к шкафу с вещами. Похвастаться мне было нечем, по лицу Рэйчел я это сразу же поняла.       — Найди мне что-то, что могла бы надеть мать семнадцатилетнего ребенка, только без подгузников, — присев в кресло, допиваю остаток мартини из своего бокала, паралельно вспоминая эти сладкие голубые глазки маленького Александра, который выше меня на три головы. Я уверена, если снять с него эту футболку, то там будут прекрасные кубики, способные затмить внимание как минимум всех женщин, приближенных к нему. Как мне смотреть Майклу в глаза, если моя сексуальная сторона вырисовывает прекрасные сюжеты для порно?       Мое раздумье нарушила Рэйчел, кинув в меня какое-то платье, которое я надевала, скорее всего, лет двадцать пять назад, если не больше.       — Серьезно? Ты думаешь, мне, женщине, приближающейся к отметке сорок лет, нормально будет идти в платье с декольте ниже, чем марианская впадина? — держу платье как кусок неясной ткани, пока Рэйчел достает вторую бутылку шампанского для себя и мартини для меня, которое было закрыто к предстоящим праздникам.       — Почему ты себя так ограничиваешь, женщина моя? Ты прекрасно выглядишь. Тебе будто двадцать, только с небольшим хвостиком. Хватит загонять себя во всех эти возрастные рамки! Ты сама предложила пойти на вечеринку, поэтому возражений я не принимаю, иначе позвоню тому парню, что кончил быстрее, чем ты почувствовала его член в себе! — жестикулируя так, будто она рассказывает о какой-то важной проблеме, усталая Рэйчел легла на кровать.       — Ты о Сэме? О нет, я не прощу тебе этот позор!       И все же я надела это платье, маленькое черное платье, которое открывало прекрасный вид на мою грудь, а также указывая на то, что у меня всё-таки что-то есть от пятой точки. Смотря на себя в зеркало, пытаюсь понять, когда я успела потерять ту нотку сексуальности, которую мне всегда тяжело было спрятать. В какой-то момент превратилась в домохозяйку, забывшую о том, что значит любить себя. Заглянув в свою шкатулку, достаю ожерелье, подаренное сыном на мой последний день рождения.       — Остались последние штрихи, моя королева, — шептала Рэй, пока я закрывала глаза для макияжа.       И я не поверила, что это я.       Неглубокий смоки, помада нейтрального оттенка — акцент сделан на глаза, все то, что я люблю.       — Ты волшебница, — не скрывая свой восторг, обнимаю подругу.

***

      Мы ещё даже не успели доехать до места, но услышали музыку явно не из радио. Приоткрыв окно, сильный ветер обдувал лицо, а впереди росла очередь на вечеринку, куда мы едем.       — Мы… будем стоять? — настроение медленно падало, когда я увидела, где эта очередь начинается.       — Спокойно, — расслабившись на кожаном кресле, Рэйчел кому-то стала набирать, затем, чмокнув в трубку, закрыла глаза.       Не успела я даже задать вопрос, как машина тут же стала притормаживать около главного входа. Пульс ускорялся, неловкость и нервозность стали возвращаться, но тут дверь с моей стороны медленно стала открываться, назад пути нет. Неуверенно выйдя из машины, чувствую себя какой-то звездой: очередь смотрит то с восхищение, то с презрением, а Рэйчел, словно мамочка, проходит мимо них всех, кинув охраннику какой-то фразу, после которой пропуск был обеспечен.       — Заходите, пожалуйста, — негромко произнес он, после чего я попала на самую настоящую вечеринку для взрослых. И это не просто описание возраста, это описание действий, что творились здесь.       — Да, детка! — кричала Рэй, сливаясь с толпой. Увидела я её только тогда, когда она подошла к бару. Заказав дополнительно к нашему внутреннему алкоголю ещё по бутылки, я уже медленно стала включать переживания, но рука подруги легла на мою, когда я стала отодвигать бокал.       — Агата, послушай меня. Ты здесь не мама, ты здесь сексуальная девушка, которая хочет хорошего секса и обычного отдыха. Пожалуйта, расслабься!       И я расслабилась. Я расслабилась так, что после одного шота пошёл пятый, шестой, седьмой — я сбилась со счета. Пойти на танцпол, я считаю, лучшая идея сейчас. Пока басы проникали в моё тело, я танцевала. Руками проходясь по всему своему телу, останавливаюсь на бёдрах, что покачивали в танк музыке. Треки сменялись, энергии становилось всё больше, а усталость как рукой сняло. Я была заряжена на продолжение. Решив выпить ещё один шот, прыгаю на стул у барной стойки, пока в другой стороне Рэйчел сидела с каким-то парнем. Ожидание шота стоило того. Запрокинув один, смотрю в толпу. Внезапно вижу знакомое лицо, которое точно не ожидала здесь увидеть. И хуже всего то, что он видит меня. Эта улыбка, способная уничтожить все скромные мысли в моей голове. Он медленно направляется в мою сторону, пока я резко отворачиваюсь.       — Мисс Харрис? Это вы?       Чёрт.       — Да, это я, — пытаясь сделать глаза выразительными, а не стеклянными, смотрю вперед, делая вид, будто наблюдаю за действиями бармена.       — Не ожидал вас здесь увидеть, если честно, — оним движением он присаживается на стул рядом. Видимо, не приняв то, что я не хочу разговаривать, он начинает двигать меня к себе, на что я возмущенно поворачиваюсь.       — С ума сошёл?       — Вы такая сексуальная в этом платье, — приоткрыв рот, он, не стесняясь, смотрит прямо в декольте. Слегка прикусив губу, смотрит на меня, пока я слюни пускаю на его реакцию. — Не волнуйтесь, Майкл на втором этаже. Но я могу его позвать.       — Стой! — схватив наглого парня за рубашку, неожиданно оказываюсь намного ближе положенного. Своими крепкими руками он хватает меня за талию, предотвратив падение. Но лучше бы я упала, чем почувствовала, как же сильно и властно он держит меня. — Не надо никуда… идти. Он не знает, что я здесь, ясно?       Включив обратно режим «матери», вспоминаю о существовании сына, который непонятно каким образом оказался именно сегодня в том же клубе, что и я.       — А что вы оба тут делаете вообще? Вы в курсе, что тут возрастное ограничение? — мой голос должен быть похож на стержень, а не на плач ребёнка, что не может признать свою ошибку в чём-то. Присев обратно за кресло, пытаюсь держать свою голову.       — Эти ограничения сделаны для того, что сюда приходили такие красивые девушки вроде вас, — его голос был похож на самый сексуальный секс в моей жизни. Вибрато, вызывающее дрожь по всему телу, проникало в мою голову, смешиваясь с алкоголем. Как бы не перестать себя контролировать из-за этого. Кажется, я слишком часто и много говорю слово «секс».       — Слушай, Александр, — выписка стала действовать слишком быстро, чтобы я стала понимать, что сейчас начну говорить, — а впрочем… Пошли танцевать.       И мы ведь пошли. Точнее, вела я, а за мной выпускник детского сада. Именно так я видела нас со стороны. Но когда заиграла всем знакомая Bitch — Alice X, я уже не могла держать порыв начать двигать бёдрами так, как это было несколько лет назад.       Вправо.       Влево.       Он пристроился сзади, следуя за мной, за моими движениями, пока я вся не покрылась мурашками. Сильные руки вновь обхватили меня за бёдра, но руки, эти чертовы руки, не знали границ.       — Александр! — шипела я, пока его пальцы не отодвигали ещё больше ткань платья, желая скорее бы почувствовать прикосновение к моей коже. Положив свои руки на его, чтобы убрать, предаюсь соблазну, закидывая голову ему на плечо.       — Называй меня как хочешь, сегодня мы ровесники, — одним движением руки он поворачивает меня к себе, целуя так сильно, что музыка на мгновение даже прекратилась. Я ничего не слышала вокруг, кроме собственных постанываний. — Наверху, — не хотя, он обрывает поцелуй, — есть комната. Пожалуйста, пошли. Иначе я не оставлю тебя здесь в покое.       Мой мозг даже не дал мне обдумать. Даже не дал вспомнить о Рэйчел, что сидела где-то поодаль от меня. Он взял меня за руку, выводя из центра зала, периодически посматривая по сторонам. Когда мы стали подниматься, обрывки воспоминаний о том, что у меня есть сын и что он тут, стали лезть в мою голову. Дёрнув его за руку, поворачиваю к себе.       — Майкл. Он же тут.       — Не волнуйся, он тебя не увидит. А если и увидит, — прогулявшись взглядом по моему внешнему виду, слегка ухмыльнувшись, он облизнулся, — не узнает.       — Засранец.       Мы быстро оказались наверху. Хватило буквально минуты. В правой стороне сидела шумная компания парней и девушек, явно выпивших. Одни просто отдыхали, запрокинув голову на кресло, а некоторые во всю готовились к жаркой ночи. Среди них всех я увидела своего сына, сидящего с девушкой. Заприметив движение, он повернулся именно в тот момент, когда я рассматривала компанию.       — Алекс! Тебя где носит? — крикнул он, даже не шевельнувшись. — Что за… незнакомка с тобой? Ладно, не лезу, отличной ночи! — крикнул он, отвернувшись. Он даже не подошёл поздороваться, просто кинул ключи, подмигнув.       — Я бы хотел взглянуть на его лицо, если бы он понял, что рядом со мной его мама, — саркастичный тон придавал этому парню обаятельности больше, чем все сказанные милые слова в мой адрес.       — Иди просто прямо, пока я…       — Пока ты что? Сразу тут не отдалась? — ох уж эта уверенность мальчиков пубертатного периода, которая гиперболизирована в таком количестве, что нельзя и сказать. Но стоило мне только подумать о том, что он ровесник моего сына, ком в горле не давал мне возможности продолжить назревающий конфликт. Во мне слишком много алкоголя и сексуальности, чтобы я обращала внимание на такие мешочки как возраст, например. Мелочь, а «приятная».       Мы вошли в комнату, оттенком походящую на темницу какого-то вампира. Выполненный ремонт в стиле Эдварда Каллена удивил меня так сильно, что мой вопросительный взгляд Александр моментально уловил, улыбаясь такой реакции.       — Что, не ожидала, что тут нет игрушек?       — Ты все сводишь к сексу, извращенец!       — Я про плюшевые, — дикий смех разнесся по всей комнате, но все веселье быстро прошло, когда его руки в следующий момент оказались на моей талии, а я прижатой к стене. — Давай не тратить драгоценные мгновения на пререкания, я слишком сильно хочу тебя.       Не успела я и слово вставить, как в следующую секунду его губы накрыли мои, а протяжный стон, отозвавшийся в моей голове, заставил задуматься, где он был всё это время.       — Надеюсь, ты знаешь, что такое секс.       — Да, мам, я в курсе, — отшутился он, закидывая моё пульсирующее тело на плечо, неся на кровать.       Он все делал сам, начиная от раздевания, заканчивая началом процесса. Стянув с себя последнее, что на нём было, Алекс достаёт из-под кровати презерватив, сексуально разрывая своими зубами. Стоило мне лишь усмехнуться, как лицо парня сразу же приняло серьёзное выражение, а тело стало приближаться к ногам.       — А теперь позволь мне тебя порадовать своим выполненным домашним заданием.       — Посмотрим.       После моего ответа он лишь подмигнул, будто говоря мне о том, что такого Я никогда не чувствовала. Лёгким движением руки, водя пальцами по внутренней части бёдра, он не отрывает свой взгляд с моего лица, которое старается не реагировать на эрогенную зону. Но приходится сдаться, когда к ловким пальцам присоединился язык, подсасывающий кожу. Невозможно было устоять перед таким блаженством, особенно смотря на идеальное тело парня.       — Готова?       Риторический вопрос застал меня врасплох, отчего он лишь посмеялся, продолжая и дальше.       — Что ты… — вопрос исчез в тот самый момент, когда два небольших толчка унесли меня в эйфорию, а потом ещё несколько, ноющих о том, что я забыла те эмоции, которые дарит парень, умеющий работать руками. Закрепив руки на спинке, двигаюсь ближе, стараясь запустить пальце глубже в себя. Мой взгляд затерялся глубоко в омуте моих наслаждений.       Но я ничего не могла с собой поделать. Жажда его рук росла с такой бешеной силой, что я сама проявляла инициативу, запуская руки в его волосы, отчего напор становился куда больше и жёстче. Его язык работал так умело, что на секунду мне показалось, что это мне 17 лет, а он опытный взрослый мужчина, в чьих жилах течёт не кровь, а сплошной секс. Умелыми руками он смог доставить удовольствие так, как это никто не делал. Даже я сама.       — А теперь, Агата, — его рука собрала в кулак мои волосы, а улыбка сумасшедшего расплылась по всему лицу, будто готовясь напасть на меня со всей силы, — приготовься кричать моё имя так громко, чтобы на утро у тебя голос был с хрипотцой.       — Сначала заставь меня это сделать, а потом я подумаю, — испепеляющий взгляд гулял по всему моему голому телу, я непроизвольно закрывала рукой грудь, из-за чего чувствовала себя неловко.       Заметив это, Александр даже и не подумал оставить без внимания мою неуверенность.       — Ты прекрасна, оставь свои попытки скрыть от меня самую красивую грудь, что я видел.       После этих слов он развернул меня на живот, рисуя пальцем на спине какие-то слова. Словно художник, он видел меня иначе других. Ещё с первого взгляда я увидела в нем не ровесника сына, а моего. Он был куда опытнее и взрослее меня.       Но все мои раздумья исчезли из головы в тот самым момент, когда сильные руки сжали мои ягодицы, а рука — чертовски сильная рука! — легла мне на волосы, накручивая на кулак.       Шлепок.       Ещё один.       В следующее мгновение я не выдержала, схватив край одеяла. Чуть слышный стон сорвался с моего горла, а дальше — лучше. Один за другим толчки росли, их длительность увеличивалась, позволяя мне досконально прочувствовать тот самый момент, когда ты чувствуешь своё тело так масштабно, словно все твои мышцы — отдельный организм. И они также остро чувствуют изменения, которые привносит этот парень, которого я знаю меньше суток.       — Я так хочу тебя, — мое желание произносится словно шёпотом, а голова, разворачивается в сторону, словив небрежный поцелуй, такой же горячий, как и ощущения.       — Ты — самое сексуальное сокровище, что мне доводилось видеть.       А дальше я забыла, что такое дышать. Медленно вводя свой член в меня, непроизвольно прищуриваюсь, а дальше — все как в тумане. Несколько коротких толчков дают мне возможность отдышаться, а последующие — длинные — заставляют меня кричать, пока волосы на моей голове тянутся, словно верёвка. Руки мяли одеяло, горло не могло больше молчать, а я просто получала удовольствие от того, как же я давно не чувствовала подобной власти над собой.       — Я бы тебя всю облизал, — чуть не рыча, он запускает руку к клитору, заставляя меня изгибаться, словно змея. — Я вижу, что я делаю с тобой, и это меня заводит куда сильнее, чем тебе может казаться.       Я пропала в его словах. И от этого мышцы стали сжиматься, готовясь взорваться. Почувствовав это, он стал ускоряться, постанывая вместе со мной, пока я извивалась на кровати.

***

      — Надеюсь, мы ещё встретимся. Хотел бы я, чтобы мне почаще так проверяли домашнее задание, — надевая верхнюю одежду, он медленно подошёл ко мне, оставив небрежный поцелуй в шею.       — Не забывай, что это наш маленький секрет.       — Сложно забыть, Мисс Харрис.