Отражение

-Не разбивай меня, — попросило Отражение и состроило плаксивую гримасу, очень жалобную, если бы не одно но — лицо настоящей Леи, которое отражалось в злополучном зеркале, не имело сейчас никакой жалобной гримасы. Оно выражало ужас, шок, отвращение и слабую надежду на собственное сумасшествие, но никак не плаксивую мольбу. -А-га…- медленно, все еще надеясь на безумие, согласилась Лея, — что-то мне нехорошо… А начиналось всё обычно. Даже слишком обычно. Утром Лея проспала, кое-как собралась на работу, слегка ошиблась с отчетом, за что ей совсем не слегка попало, потом разругалась с Элис — девицей из соседнего отдела, причем — совершенно случайно и совсем даже не желая этого. Просто Элис сегодня тоже попало, но она, в отличие от Леи, искала возможность отыграться на ком-нибудь, цеплялась ко всем и каждому, и, наконец, ей повезло с Леей. Лея себя уже укорила за то, что поддалась на провокацию… Потом возвращение в душном автобусе. И вот, когда она измученная вернулась в квартиру, и добралась до ванной, которая почему-то не принесла никакого облегчения, вытираясь уже полотенцем, заметила совершенно безумное — отражение в зеркале внимательно ее разглядывало. Именно разглядывало, не сводя с неё заинтересованного взгляда и отказываясь повторять движения Леи. Лея протерла полотенцем глаза. подумала, что ей показалось, сбрызнула лицо водой, но, когда подняла глаза в зеркало уже с опаской, то увидела, что отражение ей…подмигнуло. Лея усомнилась в своем рассудке мгновенно. Она никогда не задумывалась особенно над существованием в мире каких-либо мистических сил, и происшедшее истолковала с единственно возможной стороны логики: Лея безумна. На мгновение стало легче. И Лея даже оскалила зубы, глядя на свое, но в то же время как будто бы не свое лицо. Отражение не повторило, лишь нахмурило брови. «Дожилась» — решила Лея и попятилась к стене. помахала ладонью перед своим лицом, как будто бы надеялась на то, что отражение исчезнет, но теперь уже оно улыбнулось и хихикнуло. -Ох…- вот здесь Лея уже захотела потерять сознание. Но противное сознание не потерялось. И Лея стыдливо прикрылась полотенцем, сообразив, что зеркало ее видит. Отражение закатило глаза и нервы Леи сдали окончательно. Она, забыв уже про всякий стыд, с визгом, спотыкаясь и путаясь обо все подряд, вылетела из ванны и влетела в свою комнату, все также визжа. В комнате тоже было зеркало, оно встретило ее холодной поверхностью и отразило и испуг, и полностью повторило ее черты. Лея немного успокоилась. -У меня был плохой день, — сказала она сама себе, — всем свойственно иногда немного сходить с ума, так? Она вопросительно взглянула в зеркало, и зеркало в ответ взглянуло точно также. -Тьфу…- Лея выдохнула с полным облегчением. Понемногу, пока она одевалась, приводила себя в порядок, сердце успокоилось окончательно. Лея даже рассмеялась — немного нервно, но вполне себе живо, представив, как испугалась собственной буйной фантазии. Но в ванную заходить было страшно. Даже если учесть то, что страх был вызван усталостью и переутомлением, собственным же воображением, все равно — страшно. -Глупости! — подбодрила сама себя Лея, но прежде, чем зайти в ванную (не будешь же вечно огибать ее из-за минутного сумасшествия?), направилась на кухню, где взяла оставшуюся с какого-то праздника вскрытую уже бутылку коньяка и немного налила себе. Горло обожгло, но Лея совсем очнулась и для верности сделала еще глоток, после чего направилась в ванную… -О! — обрадовалось Отражение, когда Лея открыла дверь. Оно хотело сказать еще что-то, но Лея мгновенно закрыла дверь и, дрожа всем телом, отступила вглубь квартиры. Сползла по стене. такого не могло быть. Совсем не могло! Отражение — это сам человек. Зеркало показывает только человека. Оно не может вдруг показывать что-то другое, не может не повторять движений и… У Леи путались мысли. Она прокралась на цыпочках к ванной, но не сразу решилась заглянуть. -Слушай, — обозлилось Отражение, увидев ее встревоженное лицо в приоткрытой двери, — так разговоры не ведутся! Иди сюда! Я тебе не весы — лишний килограмм не покажу. Лея еще раз закрыла дверь. Сомнений быть не могло — Отражение разговаривало с ней. Оно предлагало ей зайти. Отражение. Предлагало. Лея решила, что самой простой мыслью будет разбить зеркало и успокоиться. А заодно не смотреть и в другие зеркала. Мысль была не самой умной, но Лея в данную минуту и не стремилась к гению. Она просто хотела, чтобы все кончилось. Гордо вооружившись молотком, Лея решительно вошла в ванную. Отражение ободрилось, но быстро увидело молоток. *** -Не разбивай меня, — попросило Отражение и состроило плаксивую гримасу, очень жалобную, если бы не одно но — лицо настоящей Леи, которое отражалось в злополучном зеркале, не имело сейчас никакой жалобной гримасы. Оно выражало ужас, шок, отвращение и слабую надежду на собственное сумасшествие, но никак не плаксивую мольбу. -А-га…- медленно, все еще надеясь на безумие, согласилась Лея, — что-то мне нехорошо… Отражение было разумно. Слишком разумно. Одного взгляда на молоток ему хватило, чтобы понять намерение Леи и взмолиться. Лея никогда не была жестокой ни к людям, ни к животным, и ей было бы невозможно ударить что-то, что обладало умом. Но что же это… Откуда-то из глубин детства пришли на помощь строки молитвы, которую так часто повторяла мама и Лея, прикрыв глаза, заговорила, надеясь, что хоть это поможет. Прежде она не обращалась ни к богу, ни к дьяволу, но если есть разговаривающее и разумное Отражение, почему не быть и чему-то другому? В эту минуту Лея верила во всех лепреконов, эльфов, гномов, ангелов и чертей на свете. Всех, о ком читала сказки, всех, о ком слышала. -Господи, услышь молитву мою, внемли молению моему по истине твоей, услышь меня по правде твоей…-дальше Лея не помнила. Мысли путались. -И не входи в суд с рабом твоим, потому что не оправдается перед тобой ни один из живущих, — подсказало услужливое Отражение, и Лея открыла глаза. Отражение все еще улыбалось из зеркала, глядя на Лею. Хотя Лея клясться могла, что вот-вот расплачется. Лея поднялась, на негнущихся ногах приблизилась к зеркалу и придирчиво оглядела себя-не себя. Вроде бы ее черты. Но нет. Какие-то другие глаза. и губы. Или нет? Лея сдалась: -Чего ты хочешь? Кто ты? Что ты здесь делаешь? -Так бы сразу! — фыркнуло Отражение, — а то не дождешься же… то орешь, то молишься. Неудивительно, что у тебя нет друзей. Лея вспыхнула. У нее действительно не было друзей, и вся ее жизнь подчинялась установленному ею же порядку. И тоске. Были приятели, коллеги, но перелистывая по вечерам телефонную книжку, Лея не знала, кому бы позвонить, чтобы просто поговорить. -Я ненадолго, — продолжало Отражение. — Ты не волнуйся. Я просто не хочу тебя пугать. -Не получилось, — отметила Лея. И другая «Лея» пожала плечами: -Сама виновата. Слишком уж нервная. -Что тебе надо? Кто ты? — спросила Лея опять. Отражение вздохнуло: -Ну вот вы…люди. Всегда такие одинаковые. Все-то вам надо знать. Все-то вы пытаетесь подчинить формуле: кто ты, что ты, куда идешь. Некоторые вещи просто есть. Есть и всё. -Ничего не есть просто так, — Лея решила, что если уж сходить с ума, то хотя бы иметь представление о своем безумстве. -Да? — Отражение фыркнуло. — Ох, люди. Напридумывали себе…впрочем, ладно. Неважно. Мне неважно. Просто — имей в виду, есть вещи, которые просто есть. -Кто ты? -Отражение. -Ты не отражаешь меня. -Я никого не отражаю, но отражаю всё, — лже-Лея почесала себе нос и задумчиво продолжила. — Я отражаю процессы жизни и смерти. Я путешествую по зеркалам — это пути между мирами. -Но другое зеркало нормальное! — Лея оглянулась на комнату. -Так это пока, — успокоило Отражение. — Некоторые люди не видят нас или видят карем глаза. знаешь, когда умываются вдруг чувствует в уголке мельтешение. Или, быть может, списывают на «показалось», когда отражение опаздывает. Лея молчала. Мысли стремительно путались. -Я Отражение и я ненадолго в этом зеркале. Это мой портал. -Куда? — Лея прислонилась к дверному косяку, чтобы не упасть. -В другое зеркало, — ответило Отражение, как будто бы не было ничего удивительного в его словах. — Только я не могу понять, в какое. -А почему ты говоришь со мной, а не пытаешься быть мной? -Да я…- Отражение неожиданно покраснело, и Лея отняла голову от дверного косяка, внимательно глядя на смущавшуюся себя, — ну, знаешь… мы же это…живые. Мы тоже можем ошибаться. У меня был такой день, ты не поверишь! ну, и по своему усмотрению я могу принимать решения. Отражение вдруг ободрилось: -Да и кто тебе поверит? -Я сама себе не верю. -Правильно! — Отражение захлопало в ладоши, — одобряю! Не верь! Это ни к чему не приведет. Вот знаешь, думаешь, что ты человек разумный, а потом р-раз и сцепишься с кем-нибудь случайно. Или ошибку совершишь совсем маленькую, но такую обидную, а там ты прежде не ошибалась. Лея настороженно отступила. Все это произошло сегодня с ней. Совпадение? Да черт с ним. Она разговаривает с зеркалом, и то ей отвечает. -Значит, ты будешь здесь висеть? И долго? -Да, буду. -Просто будешь здесь? -Пока не появится мой портал, — согласилось Отражение. — Обычно пара-тройка дней, не переживай. Потом я пойду в другое зеркало. -А в чем цель твоих порталов? -А разве у всего есть цель? Наверное, есть. А может быть и нет. Мне много лет, но я не знаю. Я просто прыгаю по зеркалам, по мирам… Отражение осеклось, напуганное последним своим признанием. -Мирам? — Лея цепко ухватилась за последнее слово. -Не занудничай, лучше накорми, — попросило Отражение. — И положи молоток, матом тебя прошу! Мне вреда не будет, а вот тебе потом осколки собирать. -Накорми? — Лея пропустила мимо ушей часть про молоток. -Я живое существо! — плаксиво напомнило Отражение. -А…- Лея огляделась по сторонам, — чем? Отражение взглянуло на Лею с ироничной жалостью: -Измельчали люди! Помню одну французскую королеву, она как села передо мной, да как давай меня выспрашивать, мол, милее ли она всех на свете. А я ей киваю-киваю. А она страшная! Эх. Ну, чем питаются зеркала? -Чем? — покорно спросила Лея. -Историями из жизни тех, кого отражают. Беседами! -Это как? — не поняла Лея. -Поговори со мной, — перевело Отражение. — И побыстрее, пожалуйста, а то — все внутри сводит. -Мы и так разговариваем. -Да, но обо мне, а я хочу слышать о тебе. *** Лея, совершенно окосевшая от свалившегося на нее Отражения, сидела покорно на стуле перед зеркалом с молотком в руках (про него она уже просто забыла, но, надо признать, что Отражение забавно косилось на него взглядом), и рассказывала о себе. -Ну…родилась я здесь, в Бухаресте. Мама учительствовала в школе, а папа был адвокатом. Я поступила на юриспруденцию… -Стоп! — Отражение поморщилось. — С тобой с голоду помереть можно! Родилась-выучилась, бла-бла-бла! -Ты же сам…сама…- не поняла Лея. -Я прошу рассказать тебя свою душу, — Отражение потерло виски, — ух, устанешь тут. -Душу? -Душу. -Как? -Расскажи мне свою жизнь по цветам, по запахам, по ощущениям. Расскажи, какого цвета твое разочарование, вспомни первое свое горе. Лея поморщилась. Теперь у нее уже запульсировало в висках от боли и она машинально потерла их. -Я не очень… Но договорить она не успела. С ней что-то случилось и все вдруг стало совсем иным. Рот против ее воли открылся и Лея заговорила. Она говорила, сама не понимая, что говорит. Просто в ней поселилось неуемное желание к разговору и она говорила и говорила, сама поражаясь тому, что может так долго говорить о вещах, которые даже вроде бы не коснулись ее жизни. лея вела свою жизнь по фактам: родилась-отучилась там- — прошла курсы тут — работала… Но сейчас она говорила о каком-то сломанном стебельке, который даже не могла вспомнить в ином состоянии, о ярком солнце, которое слепило ее…когда только? о дожде, что хлестал ее по щекам. Ледяной ветер вползал в легкие с осенью, весною распахивалось сердце. В рассудке Леи вспыхивали какие-то цвета, расчерчивая ее строгий мир на какие-то совсем непонятные линии и черты. Она говорила и говорила, пока сознание не оставило ее. *** И снова Лея проспала. С трудом распахнула глаза и обнаружила у ног своих молоток, а в зеркале — себя, которая ею и не была. С еще большим усилием она встала, все ее тело, казалось, не принадлежит ей. комната плыла перед глазами. -Опоздаешь, — посочувствовало Отражение. У Леи все падало из рук. Она пыталась собраться, но не могла. Ничего не подчинялось ей — ни крючки на платье, ни колготки, ни сапоги — все заедало, рвалось, дрожало. Пальцы, словно деревянные, не гнулись. А на улице Лею пронзила головная боль невиданной силы и она, не сумев с нею справиться, села на ближайшую скамью — в глазах прыгали мушки. На работе ее отпустили. С сочувствием и предостережением. Она была не работник и что-то наплела о своей болезни. Да и вид ее — дикий — растрепанный и взлохмаченный служил подтверждением болезни. Шатаясь, как в хмельном бреду, Лея доползла до дома, не раздеваясь, дошла до комнаты и упала в кровать. *** Она очнулась от ощущения липкого взгляда на себе. За окном была уже темень и Лея, глянув мельком на часы, сообразила, что проспала весь день. Но что оказалось еще хуже — Отражение, жившее в ванной, изучало ее. -Ты…- Лея охрипла. За день она ничего не пила и не ела. Голос не подчинялся. -Я, — согласилось Отражение. — Я хочу есть. -Отвали, — попросила Лея. Мысли не подчинялись ей. все путалось. Все плыло. Она сама была не своя. -Я. Хочу. Есть. — Отражение отчеканило каждое свое слово. И тут же сменило требовательный тон на плаксивый, — Лея, взгляни на меня… Лея взглянула и с ней снова произошло что-то. как вчера. Против собственной воли она заговорила. В этот раз ей не удалось погрузиться в красочный мир — ей казалось, что Отражение ухмыляется в просветах между странными, совсем уже не яркими воспоминаниями, воспоминаниями, шедшими из души, теми самыми, что составляют основу человеческого существования. Она потеряла сознание и не видела, как Отражение улыбнулось — совсем как сама Лея. *** Когда Лея очнулась снова стояла темнота. Но Лея даже не смогла повернуть голову к часа. Все ее тело ломило, как при лихорадке, при жаре — в глазах стояла резь. Она твердо решила не смотреть на зеркало, в котором чувствовала умом угрозу. Но это и не помогло. Лея почувствовала, что рядом с ней кто-то есть. Она не нашла в себе сил, чтобы подняться, но не пожелала оглянуться, потому что чуяла, что увидит нечто совершенно страшное и жуткое, с чем уже не сможет жить. Из последних сил Лея поползла к дверям… Но чьи-то руки — ледяные и мокрые мертвой хваткой схватили ее за горло, легко отрывая голову от пола, и с силой развернули все ее вмиг ослабевшее и умирающее тело к себе. Лея увидела себя, и это было последнее, что она видела перед долгой наступившей чернотой… *** Лея смотрела на Лею в зеркало. В комнате стояла улыбающаяся Лея, крепко слаженная, одетая в строгий костюм. Из зеркала смотрела совсем другая Лея — исхудавшая, с огромными кругами под глазами, напуганная… в немом крике перед вечностью распахнутый рот, а одежда — смятая, серая облипала ее исхудалое тело, словно мешком. -Спасибо за портал, — сказала вышедшая из черноты Лея. — некоторые вещи просто есть. Есть и всё. нехорошо, конечно, но, знаешь, это было чьей-то шуткой. Дали разум, дали энергию и не дали души. А без нее всякое тело обречено. Ну…иди. Лея из комнаты вытащила откуда-то из спины молоток и Лея из зеркала испуганно и часто заморгала, а в следующее мгновение страшно и яростно разлетелись по комнате осколки.