Red Anemone

Пахло яичницей с беконом. Может быть, его мама уже встала и готовила ему завтрак перед тем, как он пошел в школу. Наиб вздохнул, зарываясь лицом в одеяло и думая, что сможет поспать еще несколько минут... ... Что? Подождите минутку. Он живет один! Его глаза резко открылись, и он сбросил одеяла, но его ноги запутались в них, и он упал с края кровати на пол с громким стуком. Не обращая внимания на боль в локте, он поднялся с пола, выбежал в коридор и спустился по лестнице, проскользнул на кухню и посмотрел прямо на странного мужчину, стоявшего у плиты, как будто он там жил. "Ой! Доброе утро, Наиб!" - сказал мужчина, улыбаясь ему, как будто знал его. Он был странно одет, в длинную темную мантию и маску черной лисы на верхней части лица, она не закрывала лишь его щеки и рот. Было ещё фиолетовое ожерельем из бисера, которое висело у него на плечах, и набором браслетов, которые подходили друг другу. На его плече сидела темная сова, которая приветственно ухала. "Кто ты и откуда знаете мое имя?" - сказал Наиб, держась на почтительном расстоянии от этого человека. Он не знал, насколько он опасен. "Почему ты в моем гребаном доме?" Мужчина постоял мгновение, а затем хлопнул в ладоши, как будто только что вспомнил что-то важное. "Завтрак!" «Что?» "Завтрак в качестве платы за помощь мне!" Наиб ошеломленно уставился на него, задаваясь вопросом, какого хрена он имел в виду, когда увидел левую руку мужчины, завернутую в белую марлю, и понял, что это было точно так же, как он обернул ее на лисе прошлой ночью. Мгновение они стояли молча, просто глядя друг на друга. Тогда Наиб ударил себя по лицу. Сложно. "Что ты делаешь, Наиб?!" - восклицает мужчина, подбегая к нему, последний смущен и у него кружится голова из-за того, что он слишком сильно ударил себя. "Этого не может быть на самом деле". Он застонал, когда мужчина поддержал его, а затем мягко усадил за кухонный стол. "Ты никак не можешь быть той лисой, что была прошлой ночью". Мужчина вздохнул. "Ну, я полагаю, что для взрослого человека не имело бы смысла внезапно превращаться в пушистое животное". - сказал он, ставя перед собой тарелку с беконом и яичницей. Наиб посмотрел на него. "Оно не отравлено". Тот взял вилку. "Ты воспринимаешь это как что-то нормальное". "Если ты считаешь, что бить себя нормально, будучи здоровым, то да, я в порядке". Человек-лис фыркнул. "Я полагаю, это потому, что тебя рвало цветами, ты не относишься к этому как к чему-то несуществующему". Наиб на секунду перестал есть, прежде чем продолжить жевать яичницу, которую он держал во рту. Она была довольно хороша. (в том, что сказал лис возникли огромные разногласия, поэтому простите, если ничего не поймете, моя ошибка как редактора) "... Я даже не думал, что эта болезнь может быть реальной". - с горечью сказал он, откладывая вилку и уставившись на остатки своего завтрака. "Теперь, когда я знаю, что это так, это просто... Это еще больше подтвердило мои чувства. Я ненавижу это. Как будто Бог смеется надо мной за то, что я жалок". "О, Наиб..." Лис вздохнул, нежно положив руку ему на плечо. Наиб не отодвинулся. "Ты не жалок". "Но это так". "Нет, это не так. Послушай меня, Наиб. - Зеленые глаза повернулись, чтобы встретиться с голубыми за черной маской. "Любовь - это не жалкая вещица. Точно так же, как то, что ты болен, не делает тебя жалким. Ты хороший человек, и эта болезнь совсем не определяет тебя". Наиб почувствовал... Что ж, он чувствовал, что его ценят. У него может быть много друзей, которые говорят ему, какой он великий, но ни один из них на самом деле никогда не погружается так глубоко во что-то подобное. Это могло быть его ошибкой, так как он имел особенность закрываться от других, но это... Было приятно. Даже если технически этот человек был совершенно незнакомым, но все равно таким знакомым. "Почему ты так добр ко мне?" - наконец спрашивает он. Мужчина слегка улыбается и убирает руку с плеча. "Я живу очень долго". Наиб приподнял бровь, но ничего не сказал. Мужчина продолжает. "Когда я был маленьким, я упал в реку и меня унесло течением. Меня спас молодой человек, и с тех пор я каждый день навещал его, пытаясь понять, что для него сделать в благодарность за его доброту". Он помолчал, вспоминая свое прошлое, мягко улыбаясь, хотя грусти было в ней больше. "Однажды в деревне случился пожар". Он вздохнул, и Наиб понял, что произошло дальше. "Он не выжил, не так ли?" Человек-лис покачал головой, подтверждая то, что он сказал. "Он возвращался снова и снова, чтобы спасти всех, но он был слишком измотан, чтобы самому покинуть горящий дом. Он обрушился, когда тот был еще внутри." Человек-лиса снял маску, открыв острое и красивое лицо, коротко подстриженные каштановые волосы и глаза цвета океана, такие ясные, что в них отражался весь мир. У него была очень отчетливая темно-синяя отметина на скулах и переносице. Он был в форме буквы "М". "Я всегда сожалел, что никогда ничего не мог сделать. Он был хорошим человеком". "Я... сожалею о твоей потере". - тихо сказал Наиб, глядя на вилку, которую он сжимал в правой руке. История была печальной, но он не очень понимал, почему сказал ему это. "С тех пор я решил, что буду следить за его родословной. Конечно, имена изменились, и его больше не было рядом, но я хотел убедиться, что его семья будет жить комфортно. И вот, все свелось к сегодняшнему дню". Он снова лучезарно улыбнулся. "Он был твоим предком". Наиб моргнул. Один раз. Два раза. "Подожди, что..." "Хотя это и неловко, но я не собирался приземляться в твоем мусорном баке". Он смущенно почесал щеку, в то время как Наиб уставился на него, совершенно ошеломленный открыл рот. Ах, но он помнил, что слышал о предке, который совершил героический поступок в своей семье... "Честно говоря, я просто остался, чтобы посмотреть и убедиться, что с тобой все в порядке, так как ты живешь один в таком молодом возрасте, но еноты такие... Очень, очень подлые, я нахожу". Мужчина продолжал что-то бормотать, а потом повернулся и посмотрел на часы на стене. "Ой! Наиб, ты опоздаешь на занятия, давай же". "Ты даже знаешь мое расписание?!" «Что? Конечно, я знаю. Тебе пора идти, чтобы не опоздать. О, а вот и твой обед." Наиб уставился на ткань, на которой лежала коробка с едой, приготовленной для него этим человеком. Ему хотелось закричать. Когда он добрался до входной двери, натягивая ботинки и хватая пальто, он остановился. Повернувшись назад, посмотрел на мужчину. "Я никогда не спрашивал твоего имени". - сказал он, и мужчина скорчил гримасу, поняв, что тоже не назвал своего имени. "Ты можешь называть меня Илай Кларк. А теперь беги. Увидимся после школы." Наиб кивнул, открыл дверь и запер ее за собой, побежав по тротуару в тот момент, когда он ступил на него. .. Может быть, в конце концов, это было не так уж плохо .

≺━═════⊹⊱≼≽⊰⊹═════━≻

Он немного опоздал, но, надеюсь, профессор не заметит, если он тихонько проберется внутрь. Все же осторожно приоткрыл дверь и просунул голову внутрь. Профессор Уистлер стоял спиной к классу, и больше никто не произнес ни слова. Он был занят тем, что рассказывал им о чем-то, написанном Платоном или кем-то еще, делая пометки на своей доске. Наиб тихо прокрался внутрь, стараясь не издавать ни звука, когда услышал, как его профессор прокашлялся. Он замер. "Доброе утро, мистер Субедар. Похоже, вы готовы присоединиться к нам сегодня". - сказал профессор Уистлер, поворачиваясь к нему лицом. Класс захихикал. У него было удивленное выражение лица. "Ах, да... Доброе Утро, профессор Уистлер..." - пробормотал Наиб, тихо ругаясь про себя. Это была вина Илая. Да. Полностью. Он сел на свое место, когда профессор вернулся к преподаванию ... ах, это была дискуссия о различие между греческой и римской философией. "Ты выглядишь дерьмово", - сказал Майк, его сосед по парте, не отрываясь от своих записей. Наиб закатил глаза. "Да, это уже утверждение". - сказал он саркастически, заставив своего друга тихо хихикнуть. "Но я в порядке". Он сказал. Майк кивнул, но, вероятно, не поверил ему. Парень был слишком проницателен, и это ему не на пользу. "Если тебе нужно с кем-нибудь поговорить, я здесь". - прошептал он, и настала очередь Наиба кивнуть в знак признательности, благодарного за предложение, но, скорее всего, не примет его. "Если у вас двоих есть время поболтать во время моего урока, то у вас есть время уделить внимание моей лекции". - сказал профессор Уистлер, глядя на дуэт, который заткнулся до конца урока.

≺━═════⊹⊱≼≽⊰⊹═════━≻

"А потом он сказал:" Ну, раз твоего парня здесь нет, он не узнает". Типа, извините?!" Майк ахнул. "Нет!” Рыжеволосая девушка яростно кивнула, скорчив гримасу отвращения, когда вспомнила события своей предыдущей ночи в баре. "Итак, я сказала, во-первых, - промолвила она, подняв палец, - у меня нет парня. Во-вторых, я не хочу видеть крошку пипи." Наиб выплюнул свой напиток, а Майк расхохотался, держась за живот, и в уголках его глаз появились слезы. "Подожди - подожди, подожди-подожди, что он сказал после этого?" - протараторил Майк, все еще хихикая и вытирая слезы. Их подруга гордо выпятила грудь. "Он сделал забавное лицо и ушел". Подруга заулыбалась, и Майк рассмеялся еще сильнее. "Кроме того, мужчины отвратительны. Без обид." "Все в порядке, Фиона. Я тоже думаю, что мужчины отвратительны". - небрежно пробормотал Наиб, снова посасывая соломинку из своего сока. "А как насчет меня?" Наиб замер, когда сильная рука легла ему на плечо. Здорово. Просто парень, которого он не хотел видеть сейчас. Он свирепо посмотрел, как Нортон сел рядом с ним, поставив еду на стол. "О, не волнуйся, ты хуже всех". Он фыркнул. Нортон только рассмеялся. Это был приятный смех. Фиона перевела взгляд с одного на другого, вздохнула и решила сменить тему. "Итак, Наиб, ты собираешься есть свой обед или как? Он уже некоторое время там стоит." Она указала на его коробку для завтрака, контейнер внутри ткани. Наиб все еще не открывал его, просто наполняя желудок соком. "Ой... Верно. Да. Мне нужно поесть." - сказал он, разворачивая ткань и открывая крышку. Он вытаращил глаза. Майк вытаращил глаза. Фиона уставилась на него. Даже Нортон уставился на еду в его коробке для завтрака. Илай придал бутерброду форму медведя. Он даже использовал оливки, чтобы сделать глаза и нос. На боку были крошечные сосиски, похожие на маленького осьминога, немного риса и прочего, но, честно говоря, приз достался бутерброду. "Так твоя жена сделала это для тебя или что-то в этом роде?" Наиб хлопнул Майка по плечу, тот взвизгнул и пополз дальше по скамейке. Нортон хихикнул, в то время как Фиона снова вздохнула, качая головой. "Я гей, Нортон". - сказал Наиб своему темноловолосому другу, который надулся. "Хорошо, так твой муж сделал это для тебя?" "нет. Мой—" - Он нахмурился. - "... Это сделал мой друг." "У тебя есть друзья, кроме нас? Миру приходит конец!" Майк театрально приложил руку ко лбу. Наиб усмехнулся. "Ну, я не могу всегда тусоваться с такими дурочками, как ты, верно?" Эти двое продолжали беззаботно препираться, Фиона смотрела на них, как на идиотов, но затем попыталась выдавить смех, когда Наиб через весь стол поймал Майка за волосы, взъерошив его шевелюру. "Вау, что Майк сделал на этот раз? Сейчас только 2 часа дня", - спросил низкий голос, и все повернулись, чтобы посмотреть на своего последнего друга, который наконец-то пришел после своего урока. "Эй, Уильям, Майк просто ведет себя как выродок". - сказал Наиб, и Майк взвизгнул, все еще держа заложника под мышкой. "Нет! Я просто задаю вопросы, которые все хотят задать!" Он протестует, изо всех сил пытаясь отстраниться от бывшего боксера, но безрезультатно. Наиб ухмыляется и продолжает взъерошивать его волосы. Уильям только приподнял бровь, но не стал настаивать дальше. Фиона улыбнулась. "Привет, Уилл, где Эзоп? Вы двое обычно приходите вместе." - спрашивает она, удивляясь, почему их "седой" друг сегодня не пришел. "Он сегодня тусуется со своим братом. О, это, Норти! Как прошло твое вчерашнее свидание с Виктором, любовничек?" Уильям сел рядом с Нортоном и подтолкнул его локтем. Наиб замер. Майк замолчал. Но Нортон... Нортон улыбнулся, и нежный румянец залил его щеки. Наибу хотелось, чтобы это было связано с ним. Но это было не так. "Что ж,- начинает Нортон, - это было здорово! Видите ли, Виктор мало говорит, поэтому он пишет, но ... "— Он рассказал о своем партнере, Наиб снова сел, чтобы съесть свой бутерброд (он действительно не хотел. Его затошнило.), Майк вздыхал, потирал шею и приглаживал волосы, в то время как Уильям жадно слушал их друга. "Честно говоря, я думаю, что мой наряд был довольно мягким. Потому что кто— то,-звезда бейсбола посмотрел на Наиба, который замер на середине жевания (по иронии судьбы, он думает, что это был второй раз за сегодняшний день), — не потрудился помочь мне выбрать один". Наиб сглотнул, (он чувствовал себя неважно), стараясь не сорваться на него прямо сейчас. "Это была твоя проблема, идиот. Твое свидание." - сказал он, уставившись на наполовину уничтоженного медведя в своих руках. Он не мог смотреть на него, чтобы тот не заплакал. "Давай же! Это было действительно важно, чувак!" "Я уверен,что ему было бы все равно". Наиб поднялся со своего места, запихивая обед в сумку, заработав растерянный взгляд своих друзей. "Мне нужно идти на свой последний урок". "Разве звонок не будет через 30 минут?" - спросил Уильям, взглянув на часы. "Мне нужно увидеть ..." Он был прерван знакомым чувством в горле. О нет, нет, НЕТ! Не сейчас, не сейчас! Припадок начался почти внезапно, становясь все хуже и хуже по мере того, как он продолжался. Его ноги ослабли, и ему не потребовалось много времени, чтобы рухнуть на колени, задыхаясь и прикрываясь рукой. Это больно, это больно, это больно—! Его горло горело, как в огне, цветок поднимался все выше, выше, выше, проскальзывая мимо его губ и попадая в руку. Его лицо было теплым, влажным, и он понял, что плачет. Это больно. Это так чертовски больно. "Наиб— Наиб, ты в порядке?" Он почувствовал чье-то присутствие рядом с собой, но не был уверен, кто это был. Он просто попытался кивнуть, прежде чем очередной приступ кашля разорвал его грудь, и он свернулся калачиком. А потом, так же внезапно, как и началось, все прекратилось. Он жадно глотал воздух, как будто цепляясь за окружающий воздух, мог сохранить рассудок. Он спрятал руки на груди, пряча цветок от любопытных глаз. Наиб поднял глаза и понял, что человек, который спросил, все ли с ним в порядке, был Нортоном, причиной этой проклятой болезни. Его брови были нахмурены, темно-карие глаза были полны волнения и беспокойства. Ах, это был единственный способ привлечь его внимание. Это было отвратительно. Наиб оттолкнулся от пола и схватил свою сумку. "Я в порядке. Со мной все хорошо. Я сейчас пойду." Сказал он, застегивая сумку и просто убегая. Ему кажется, что он слышит, как Нортон пытается окликнуть его, но он не хочет возвращаться. Он распахнул двери университета, тяжело дыша, остановился, чтобы еще раз перевести дыхание. Он вспомнил цветок, зажатый в его ладони, посмотрел на свою руку и разжал пальцы, глядя на цветок в своей руке. Одна-единственная красная Петуния.