Удар

Удар.

Этого не должно было произойти

. Ещё удар.

Это моя вина.

Снова удар. От мощных кулаков трещины расходятся по коре сосны как по стеклу.

Он не должен был...

Удар. Я не сразу заметила бусины слёз, катящиеся по щекам. Кровоточащие костяшки пальцев пощипывает. Послышались раскаты грома. Это ничто по сравнению с душевной болью. Начинается ливень.

Почему всё сложилось именно так..?

Удар.

Я не должна была уезжать.

Кровь льётся из разбитых рук.

Почему..?

Биение сердца перекрывает все звуки.

Ты был молод.

Первая слеза упала на землю.

Я знала, что ей нельзя доверять.

Глаза застилает пелена слёз.

Любимый, друг, брат...

Ноги отказали.

Мы были вместе с тобой с детства.

Я упала на колени, сдирая о грубое шершавое дерево мясо с кровоточащих пальцев.

Она поплатится.

Колени в грязи и лесном мху.

За то, что морила тебя голодом.

Одежда вымокла и теперь висит на мне холодным мешком.

За то, что запирала тебя одного на долгие часы.

Ноющие руки опустились на принесённые цветы.

Это моя вина.

Шипы роз вонзаются в израненную кожу.

Я должна была взять тебя с собой.

Новая кровь маленькими ручейками течёт по ладони.

Я должна была чаще говорить, что люблю тебя.

Кладу цветы ближе к камню.

Я должна была проводить с тобой больше времени и каждый день как последний.

Двенадцать чёрных роз.

Я виновата.

Они прекрасны.

Прости, если сможешь, Mon Cher*...

Внутри что-то оборвалось.

Я люблю тебя больше жизни.

На моё плечо легла ледяная рука.

Но мы скоро встретимся.

Резкая адская боль.

И я смогу сказать тебе это лично.

Перевожу взгляд вниз и вижу своё сердце, лежащее на чьей-то длинной бледной ладони. -Спасибо вам,- мой благодарный взгляд скользнул по высокому человеку с пустым овалом лица.

Усни.

Только сейчас заметила как сильно устала. Посмотрев на портрет старого приятеля, я легла рядом и закрыла глаза.

Я иду к тебе, мой друг...

***

«В лесу было найдено тело молодой девушки. Её руки изодраны и отсутствуют некоторые органы. Подозреваемых в этом ужасном преступлении пока нет. Ведётся расследование столь странной смерти. А теперь к другим новостям...»