Холодные губы

Канаме на удивление спокойно отреагировал на то, что два вампира в его подчинение так поздно вернулись. Проницательный чистокровный был уверен, что они никогда не станут пить кого-то кроме друг друга. Любовь. Как бы он хотел почувствовать на губах ее кровь. Юки… **** Вампиры отчитались о прошедшем дне президенту общежития Ичиджо-сама и отправились в свои комнаты. Парочка была очень сдержанна в академии, а поэтому, никогда ничего не случалось. Но не сегодня. Оглянувшись, Шики впился губами в губы Римы. - Спокойной ночи, холодные губы… - Шики лизнул ее нижнюю губу на прощание и вальяжной и уверенной походкой отправился в свою комнату, которую он делил с Ханабусой Айдо. - Дурак, - девушка улыбнулась вслед уходящему парню и отправилась спать. Хотя конечно, это не соответствовало ее режиму – ночь только началась – на самом деле съемки на солнце очень утомили вампиршу, и она без сил кинулась на кровать. В ночном классе тем временем шли «суровые» будни. Луна уныло светила в окошко. Никто даже не обратил внимания на отсутствие Римы и Шики. Лишь Канаме едва нахмурился, взглянув на пустующие места. Все было тихо и по-привычному. Когда всей учебной группой вампиры возвращались в общежитие, лукавый взгляд Айдо вызывал у Канаме небольшое раздражение: «Что он снова задумал?» А тем временем Ханабуса хотел подстроить что-нибудь этакое для «холодной» парочки. Но в голову не шло никаких идей, кроме как подсыпать в раствор кровяных таблеток афродизиака. Обоим. При мысли об этом Ханабуса заулыбался, показывая сверкающие, белые, едва различимые (он был не голоден) клыки. Но он понимал, что если так сделать, тебя по головке не погладят. Сейрен (как всегда молчаливая) шла позади Канаме-сама на удивление хмурая, но с каким-то довольным злорадством. - Сейрен, как дела? – невинно хлопая глазками, поинтересовался Идол, толкнув локтем Акацки. - Твоими молитвами, - проговорила девушка (обычно ничего не отвечавшая), развернулась и исчезла. Брови Ханабусы на долю секунды взлетели вверх. - Странная она, Акацки, не считаешь? - Если первый раз видеть Сейрен не молчащую? Но знаешь, она сама не своя после сегодняшней отлучки в город. - Ты тоже заметил? – Айдо прокручивал в голове, что могло потревожить душу невозмутимой Сейрен. - Может, что-то случилось? – Акацки искренне беспокоился об однокласснице. - Пффффф. В любом случае, не мои проблемы, - Айдо пождал плечами. Ледяной недолюбливал всегда-что-то-скрывающую стражницу чистокровного. - Ладно, в любом случае, это не наше дело, пойдем, - и Ханабуса потащил Каина к академии (за время небольшого диалога, они немного отстали). **** Тем временем в комнате Сейрен (она жила в комнате одна). Пшшшш. Кровная таблетка с шипением растворилась в бокале чистой воды. Девушка невидящим взглядом смотрела на постепенно розовеющую воду. Как будто пыталась загипнотизировать ее. Ну, или превратить в кровь. Давно желаемую. И недоступную. Когда таблетка полностью растворилась, Сейрен поднесла бокал к губам и вдруг резко вылила его содержание прямо на ковер. Ворс впитал в себя жидкость, но не ее печаль. «Ненавижу!» - девушка едва слышно крикнула такое громкое слово и метнула в стену бокал. На секунду послышался звон битого стекла. «Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу!» - Сейрен мусолила в руках подушку. Обычно уложенные серебряные волосы были растрепаны, спокойные глаза горели, из них текла ненавистная соленая жидкость. Но такая девушка, как она не умела плакать, и слезы быстро высохли. На смену горечи пришла злоба. «Если он не со мной, с ней он тоже не будет!» - эта мысль серной кислотой выжигала слова в ее голове. Глаза снова загорелись спокойствием и уверенностью. «Я обязательно покажу вам «сладкий» сон следующей ночью!» - едко подумала вампирша и уснула преспокойным сном.