Холодные губы

Прошло 10 дней. Но Шики, он избегал девушку с карамельными волосами самыми возможными способами. Вот он снова направлялся в свою спальню, чтобы лечь на кровать и думать, всматриваясь в потолок. Что он, собственно говоря, сбежал. В пучине дум вампир даже не обратил внимания на еле различимый в оглушительной тишине скрип двери. - Мы умираем. Да? – голос звучал тихо, призрачно. - Я не знаю, - понуро признал парень, даже не понимая, что отвечает вполне реальной фигуре, стоящей в дверях. - Просто скажи мне, что нет, Шики, - девушка уронила на пушистый ковер одну единственную слезу. В комнате было мрачно, и слезинка блестела как бриллиант в свете луны. За ее медленным падением проследили две пары ярко алых глаз. А потом весь мир стал алым. Оба не помнили, что было дальше. Лишь отрывки, огнями горели в сознании алым пламенем. Как быстрые кадры фильма: Вот они срывают друг с друга одежду, и она летит бесполезными клочьями на пол. Белые клыки блестят в лунном свете и кажутся мраморными, алые глаза прикованы друг к другу. Раз, и она уже сидит на нем, целуя его так, что остаются царапины, стекают красные густые капли, а раны тут же затягиваются. Хлоп. Резким, почти до страха неуловимым движением он переворачивает ее и срывает с нее остатки одежды. И проводит мертвенно-белыми руками по хрупкому телу. Ее тонкое нежное тело блестит от их крови, слюны и бледности в яркой тьме ночи. Вы знали, что тьма может быть яркой? Она горела алым в их сознании, кровью и страсть, страстью и кровью. Вампир берет девушку за хрупкие плечи и ударяет о спинку кровати, но Рима не сопротивляется ,лишь тянется ближе к нему, его прекрасному телу. А Шики словно понимая, что ему сегодня все дозволено, впивается тонкими пальцами в плечи девушки и жадно кусает ее в шею, в тоже время, соединяясь с ней воедино. Ее хриплые стоны смешиваются со звуками рвущейся кожи и звуком высасываемой крови. На ее шее образуется рваная рана, оттуда хлыщет кровь, которую ту же слизывает Шики. Грубо, зло неистово – так модель-вампир вымещает свою вину к этой нежной вампирше. Крики, стоны, ахи и вот оба обмякли, почувствовав лавинное облегчение. И Шики, наконец, вспомнив о нежности, невесомо прижимается губами к ее окровавленным губам. Парень даже не заметил, как искусал их. - У тебя холодные губы. - Я знаю,- она пожала плечами. – Но ты ведь согреешь их? - Конечно, – парень слизнул с ее губ кровь. - Не уходи сегодня, Рима, останься со мной. – это звучало очень мягко и нежно, но почему-то не выглядело как просьба. Скорее как приказ. - Да, - девушка чувствовала себя на удивление покорной. Это чувство подчинения дарило ей наслаждение. Этому человеку ей хотелось подчиняться. И прижавшись к его плечу, вампирша уснула спокойным сном. Впервые за неделю. ****** Сейрен попивала кофе в столовой и рассуждала о жизни и о любви. Девушка совсем погрузилась в свои мысли еще ответ на вопрос: для чего она все это делает. Когда Рима попросила ее помочь, она и не думал соглашаться, но что – то толкнуло ее сказать «да». Глупое «да»! теперь парень, которого она вообще не замечала, крепко засел у нее в голове. Его холодные руки, прижимающие ее тело к его, но горячие губы, пробуждающие в ней жизнь. Раньше Сейрен никогда не замечала никого, кроме их чистокровного повелителя. Он был для нее всем. И Богом, и Дьяволом. Но в пьесе ее жизни появилось новое лицо. И невозможно было определить его роль. Кто он? Что он для нее? Ее персональный ад? Или ее персональный рай? Глупая Рима. Она хотела лишь проверить Шики, а в придачу получила вампиршу раз за разом вспоминающую на кухне его поцелуй. И вечный выбор: что делать, встал на этот раз перед юной девушкой. Но ответ, разумный ответ никак не хотел приниматься пылающим сердцем. Самое правильное решение – просто плюнуть на все и послать Риму в небезызвестное всем место. Ан нет же! Сердце, видите ли, хочет еще! Губы захотели почувствовать его тепло! Глупое, глупое сердце нашей юной интриганки! Кофе на столе Сейрен давно остыл. А она, похоже, и не собиралась прикасаться к нему. Ее губы лишь беззвучно шептали: «Хочу поиграть»….