Психичка

Ник завис на несколько секунд, додумывая, что я только что сказала. Его глаза шокировано вылупились на меня, а рот исказился графиком, какой мы рисовали на алгебре, уравнение не помню. Я думала, что парень спросит нет ли у меня сотрясения мозга, но вместо этого он упал на спинку и вздохнул. — Что ты на этот раз задумала? — спросил он, ставя между каждым словом небольшую паузу, будто читая предложение по слогам. — Я задумала повышенную стипендию, льготы от государства для молодой семьи, возможность позлить брата обручальным кольцом, а заодно порадовать родителей и пожить спокойно с денюжками и красавчиком мужем в течение года, — спокойно проговорила я, пока Ник сидел, опрокинув голову на подголовник. — Прибыль делим пополам, — добавила я в конце. — Что скажешь? — У меня только один вопрос, — строго проговорил он, повернувшись ко мне. — А кто недавно говорил, что брак без любви не брак вовсе? — Ну, это я говорила про духовный брак, а это всего лишь бумага, — улыбнулась я. — К тому же заключить брак стоит всего триста пятьдесят рублей, а сколько плюсов в его заключении, м-м-м. — Ты серьезно? — Да, к тому же твоя тетя работает в ЗАГСе и сможет по-быстрому нас расписать. Если бы я видела себя со стороны, то наверняка застрелилась бы на первой фразе. Осознала я произошедшее, только дома вечером, испытав ужасный стыд и перед Ником, и перед самой собой. Но до этого я радостно скакала, после ответа парня. — Если я скажу «да», что ты сделаешь? — слегка улыбнувшись, спросил он. — Поцелую тебя в щеку, радостно закричу и поеду радовать семью, — честно ответила я. — А еще буду придаваться мечтам о халявных денюжках. После моих слов Ник сильно помрачнел и прикрыл лицо рукой, массируя переносицу. Я уже приготовилась к отрицательному ответу, понимая, что идея бредовая и как минимум это неуважительно к чувствам парня. — Хорошо, я попрошу вставить нас куда-нибудь до конца месяца. Она завтра работает, так что сможем завтра же подать заявление, — спокойно проговорил он и как обычно улыбнулся. — Если ты, конечно, не передумаешь. В тот момент я испытывала невероятную радость. Ник был моим лучшим другом и таким же практичным, как и я, поэтому мысль о том, чтобы заключить временный брак с ним, не могла не радовать. После ремонта я никуда не поехала, точнее не стала заезжать и радовать семью, а направилась домой в деревню. До наступления темноты я трудилась над рефератом, который задал многоуважаемый преподаватель по макроэкономике. Биография Джой Мангано была невероятной, будто неопубликованное произведение неизвестного автора. Конечно, в фильме были опущены некоторые детали, но после изучения истории удивительной изобретательницы, он стал нравится мне еще больше. В какой-то момент, я подумала, что было бы здорово, если бы простые человеки имели возможность время от времени встречаться и разговаривать с такими людьми. Конечно, когда чего-то хочешь, то никакие преграды и неудачи тебе не помешают, но все же… иногда для первого шага нужен толчок, и его могут обеспечить как раз вот такие знаменитости. Наверное, я немного не так изложила свою мысль, но надеюсь, суть понятна. Ребенок понимает кем он хочет стать только тогда, когда видит живой пример перед глазами, а не по экрану телевизора. Точно так же, как я поняла силу людей после встречи с Катей. Закончив реферат, я упала на кровать и, закрыв глаза, прикинула список дел на завтра. И первый же пункт вызвал у меня бурю негодования и желания провалиться сквозь землю. Наступил тот момент, когда мне было невероятно стыдно за душевный порыв. Ник! Наверное, это был первый по-настоящему жуткий вечер для жителей этого дома, по крайней мере для тех, кто жил подо мной. До самого ужина я каталась по комнате кубарем, ругая себя и свою дурацкую наследственность торговца — тягость к выгоде и любовь к деньгам. — Как я, дура, могла ему такое предложить?! — вопила я, обнимая подушку, будто могла раствориться в ней. — Как мне ему в глаза теперь смотреть? А-а-а! Завтра же еще и заявление подаем. Блин! Макси, ты дура!!! Поскольку на следующий день лекций не было, кроме одной горе-старика, на которую я не ходила, мне удалось выспаться. Проснулась я, когда все студенты уже уехали в город, поэтому спокойно спустилась завтракать. Оказывается, Марина Ивановна приготовила порцию и на меня. Женщина счастливо протянула мне тарелку с творожной запеканкой. От аромата и вида хрустящей корочки у меня потекли слюни. — Спасибо вам большое, — улыбнувшись, проговорила я. — Не за что, приятного аппетита, — ласково улыбнулась она и ушла убираться в доме. Вкус запеканки был похож на тот, который был у прабабушки: сладкий, слегка солоноватый, нежный и легкий, тающий во рту, с хрустящей корочкой и растаявшим сверху сахаром, превратившимся в карамель. Для полного погружения я заварила травяной чай с чабрецом, который мы собирали с середины июля и до начала августа. Чай с молоком и творожная запеканка согревали душу и поднимали настроение лучше любого кофе, признаю. Было очень жалко, что мамы не было сейчас рядом, она была бы очень счастлива, попробовав бабушкину запеканку. Через полтора часа я уже оказалась в небольшой комнате рядом с Ником. Мы сидели молча: парень что-то печатал в телефоне, а я рассматривала высокие потолки, которые даже в этой комнатке были невероятно красивыми. Высокий потолок я видела только в церкви, и то неправильно называть это потолком, ведь в церкви купол, поэтому я не могла перестать рассматривать роскошные цветные узоры над головой. — Нервничаешь? — спросил парень, убрав телефон. — Немного, — ответила я, не отрываясь от потолка. — А ты не передумал? — повернулась к нему. — Немного странно слышать это от человека, который предложил брак, — он будто прочитал мои мысли. — Меня мучает только один вопрос, ты правда хочешь, чтобы мы жили вместе? — Да, ведь так более правдоподобно и, к тому же, удобно, — я слегка улыбнулась. — Мне не надо будет выслушивать упреки брата, а тебе не надо будет искать повод, чтобы приехать ко мне. Последние слова я сказала зря. Ник усмехнулся и посмотрел на стол. О чувствах парня мне было прекрасно известно, но до встречи с Амандой я старалась делать вид, что не замечаю их. Сама же я не испытывала к нему романтических чувств, хотя со стороны мы походили на отличную пару. Я видела в нем своего друга, в какой-то степени брата, но никак не мужчину. И сейчас, сидя в этой комнатке, я чувствовала себя самой настоящей эгоисткой: зная о его чувствах, предложила этот брак, а до этого на его глазах флиртовала с другими парнями, просто ради забавы, а его, по сути, просто использовала. Что испытывает человек, когда держит на руках любимую девушку, но она не отвечает ему взаимностью? Многие тут же скажут, что да, они все понимают, но на деле это невозможно понять, пока сам не ощутишь это на своей шкуре. — Простите, что задержалась, — хлопнула деревянная дверь. — Столько дел, что не знаешь куда идти. Я часто видела, как в сериалах, которые смотрела мама, женщины, работающие в ЗАГСе, всегда были веселыми и готовыми поженить всех на свете, но на самом деле все далеко, не всегда так. Женщина, усевшаяся за стол и перебирающая какие-то бумаги, была очень уставшей и серьезной. Не смотря на то, что перед ней сидел ее племянник, она не прыгала от счастья и не восклицала вроде «какая замечательная пара», «когда свадьба» и так далее. Она достаточно повидала пар и, думаю, много раз видела их, когда они приходили, чтобы расторгнуть брак. — И так, как я понимаю, вы хотите пожениться в ближайшее время, так? — она посмотрела на нас сквозь очки равнодушным взглядом. — Да, чем раньше, тем лучше, — ответил Ник. — Вы понимаете, что в условиях заключения брака, есть пункт о намерении создать семью. И вы согласны с ним? — от ее взгляда по мне пробежали мурашки. Она сразу поняла, что мы здесь не из-за большой любви, поэтому задавала вопросы, вероятно не типичные при подаче заявления и, как мне казалось, абсолютно ненужные. — Вступая в брак мы создаем ячейку общества, а под «семьей» не всегда подразумевается наличие детей, — спокойно проговорила я, чувствуя беспричинную неприязнь. — Я понимаю, но сомневаюсь, что вы испытываете хоть каплю любви друг к другу, — холодно проговорила она. — Есть обстоятельства, при которых брак признается недействительным. — Тетя Ира, мы все знаем, хватит этих глупых расспросов и подозрений, — серьезно проговорил Ник. Я улыбнулась и взяла его за руку, он улыбнулся в ответ и взглянул на меня. — Ваша задача принять наше заявление и сказать в какой день мы сможем расписаться, — повернулся к женщине. — Или вам не по душе моя невеста? — Мне и правда не нравится твой выбор, и я не понимаю, почему именно она, — согласилась женщина, скрестив кисти рук и брось на меня оценивающий взгляд. — Но мое мнение не имеет никакого значение, ведь так, Коля? Когда двери ЗАГСа остались позади, я с облегчением выдохнула. Мало того, что денек был пасмурным, так и напряженная атмосфера и отношение тети парня меня сильно вымотали и удивили. Судя по всему, Ник тоже был немного удивлен, поэтому с пониманием взглянул на меня. — Не обращай внимания, — проговорил он, усевшись в машину. — Кого бы я не привел, она все равно будет недовольна. Три брака и три развода говорят сами за себя. — Тогда понятно почему она такая уставшая, — пристегнулась я. — Заключает браки, хотя и ненавидит это дело. Так кажется. — Зависит от настроения, в любом случае расписывать нас будет не она. Весь день я провела в компании Ника. Во время обеда мы решили все-таки провести церемонию бракосочетания и небольшой банкет для близких друзей и родственников. Пусть этот брак и не имел романтических чувств, но его торжественность и в какой-то степени счастье имели право быть. Поэтому после обеда, когда я закупилась некоторыми вещичками, мы с Ником зашли в бутик свадебных и вечерних платьев и костюмов, находившийся поблизости. Поскольку жених и невеста не планировали быть друг с другом всю жизнь, совместный просмотр и выбор платья был нам не страшен. Традиционные белые платья наводили на меня тоску. Конечно, среди них было несколько красивых, но ни одно из них не цепляло, и мерять их тоже не очень хотелось. Пока я рассматривала наряды других цветов, Ник принес простое вечернее платье. С первого взгляда я поняла, что оно мое: синее, словно ночное небо, с легким переливом в фиолетовый оттенок ближе к подолу, открытые плечи, легкая ткань, развевающиеся ассиметричные рукава чуть ниже локтя, на талии закрученные веревочки, которые с одной стороны растворялись в общем цвете платья, а с другой выделялись и отлично подчеркивали талию, такие же веревочки частично были на рукавах и линии плеч. Когда я стояла перед зеркалом, сердце замерло. Я отлично в нем смотрелась. Я никогда не славилась идеальным телом, лишние килограммы хоть и не были сильно заметны, но все-таки были: складки на животе, еле заметный второй подбородок и висячий жир на бедрах. Но в этом изумительном платье я походила на нимфу: стройная, широкие, выраженные плечи, красивая шея, тонкие ручки. Это, наверное, был второй или третий раз, когда одежда мне действительно нравилась. При более хорошем освещении я заметила, что на платье есть небольшие еле заметные стразы, которые поблескивали, словно звезды. Платье, которое больше нигде не найти. — Ты прекрасна, — сказал Ник, пока я вертелась перед зеркалом. Я улыбнулась и снова и посмотрела в отражение, почувствовав, как от смущения краснеют щеки. Через пару минут наступила моя очередь ждать, пока парень выйдет из примерочной. Платье я попросила пока отложить. Не знаю, на сколько оно свадебное, но платьем мечты его вполне можно назвать, поэтому решила купить его, когда Джозеф переведет мне предоплату за аренду. Выбрать костюм для Ника оказалось сложнее, чем я думала. Мне всегда казалось, что у мужчин проблемы с выбором одежды редко случаются, но все мои представления о мужском шопинге разбились в пух и прах. Телосложение у парня было самым обычным: широкие плечи, сильные руки и все такое, но все, кроме брюк, на нем смотрелось либо велико, либо мало, либо до такой степени нелепо, что хотелось плакать. В итоге из всего комплекта мы выбрали только галстук, который отлично смотрелся с любой рубашкой и пиджаком, — традиционный черный. — Никогда бы не подумал, что выбор свадебного костюма занимает больше времени, чем выбор платья невесты, — рассмеялся Ник, когда мы вышли из бутика. — Теперь понятно, почему некоторые парни не хотят жениться. — Сомневаюсь, что проблема только в выборе одежды, — усмехнулась я. — Уже так поздно, сколько мы там проторчали? — Около двух часов, — посмотрел он на экран телефона. — Давай я тебя отвезу? На удивление на трассе почти никого не было, лишь время от времени проезжали одинокие машины. Высокие темные сосны на фоне еще светлого неба, огни деревенских домиков и тихий шум дороги. Мы даже не подумали включить радио, возможно сильно вымотала примерка, а может просто хотелось немного тишины. Пока мы ехали, у меня было достаточно времени, чтобы обдумать произошедшее и дальнейшие действия. Пока мы ждали тетю Ника, мне казалось, что после подачи заявления, мы и словом с друг другом не обмолвимся. Пусть это и ненастоящий брак, но я чувствовала себя неуютно. Никак не давала покоя мысль, почему он согласился? В глубине души я допускала мысль, что возможно Ник надеется за год совместного проживания и изображения молодоженов перед семьей проложить путь к моему сердцу и добиться взаимности. Отчасти я и сама на это надеялась, потому что потерять голову от любви к малознакомому человеку и поглупеть от этого безумного чувства в мои планы не входило, а вот связать свою жизнь с близким, надежным и честным человеком совсем другое дело. Ник был мне симпатичен, но не в том смысле, поэтому этот брак стал своеобразным экспериментом. Весь вечер я просматривала фильмы и отдельные серии дорам, мелодрам и никак не могла перестать думать о том, что будет, если я влюблюсь в Ника в течение нашего «брака». Кажется в одной из дорам, которые я смотрела в школе, был похожий сюжет: главные герои обручились ради взаимной выгоды и влюбились в друг друга. Предсказуемый сюжет, но нереальным назвать его трудно, ведь чудеса случаются. В школе я, как и все девчонки, влюблялась то в одного мальчика, то в другого. Конечно, причиной этой симпатии служила внешность и частично характер. Первый в кого я влюбилась, был мой сосед по парте: всего на пару сантиметров выше меня, светлые кудри, голубые глаза и всегда выглаженная форма. Он часто улыбался, любил подшутить и хоть учился хорошо, постоянно просил о помощи. Мальчик не изменился вплоть до конца девятого класса, единственное иногда он становился очень серьезным и время от времени я замечала, как он задумчиво смотрит куда-то сквозь предметы. Из всех моих коротких влюбленностей, он был самым ярким, возможно, это потому что я общалась с ним больше всего и часто смеялась вместе с ним на контрольных (точнее после них). А еще из всех мальчишек в классе он был самым нормальным, плюс спортсмен и за все время учебы я почти ни разу не услышала обзывания в мой адрес. После девятого класса он поступил в лицей, а я осталась в своей школе. Мои якобы «подружки» тоже ушли кто куда, поэтому до конца старших классов я была практически одна. Точнее не совсем одна, рядом всегда был Ник, но не могла же я ходить за ним хвостиком, когда у него были свои друзья и компания. К тому же мне было комфортно, благодаря одиночеству я сделала несколько выводов, наблюдая за одноклассниками со стороны. Если задуматься, то я часто пересекалась взглядом с Ником. Иногда на перемене, когда он оставался в классе с друзьями, я долго смотрела на него, в итоге наши глаза встречались, и он никогда не отводил взгляд раньше меня. Тогда я уже знала о его симпатии и думала, что она вскоре пройдет, но этого не произошло. На ноутбуке появилась следующая сцена: главный герой целует героиню, снимает с нее одежду и роняет на постель. В школе этот момент был самым любимым, когда нет эротических во всей красе сцен, только сплетение рук, поцелуи и короткие признания в любви. Сейчас же эта сцена вызвала у меня смущение, мне казалось, что я покраснела, как помидор и никак не могла успокоиться. Я никогда не видела в Нике мужчину, но отрицать его физическую красоту, накаченные руки, шесть кубиков пресса, высокий рост и черты лица, ой, как мне нравилось рассматривать его, когда летом мы компанией выбирались на речку или на несколько дней уезжали в Хакасию или в горы. Причем парень знал об этом, хотя все знали, я никогда и не скрывала, что мне нравятся мужчины со стройным и красивым телом. А сейчас я еще и предложила жить вместе, чувствую себя извращенкой. Ужинать я не стала, так как сил не было даже на то, чтобы просто сходить в душ. Я укуталась в одеяло и приготовилась заснуть, чтобы все мои мысли развеялись среди лабиринтов новых историй, которые я увижу за ночь. Но в дверь тихо постучали. — Макси, не спишь? — раздался голос брата. — Немного странно задавать этот вопрос, когда свет не горит и время двенадцать часов ночи, — пробурчала я, не задумываясь услышит он или нет. — Входи, открыто, — громче проговорив, повернулась к двери. Джозеф, крадясь, зашел в комнату, словно боялся кого-то разбудить. Раньше я не сильно акцентировала на этом, но у него всегда была такая привычка: даже если никто не спит, он идет аккуратно и медленно. Я уселась и устало посмотрела на брата. В руках он держал поднос с кружкой горячего молока с медом и мелкими песочными печеньками. — Ты не стала ужинать, поэтому от усталости вот, — он поставил поднос на тумбочку и сел на край кровати. — Будешь? — протянул кружку с молоком. — Спасибо, — я благодарно взяла кружку и сделала несколько глотков. В детстве, когда я тяжело болела, мама всегда приносила мне горячее молоко с медом. Иногда я его пила, чтобы крепко заснуть или снять усталость. В начальной школе, когда брат готовился к поступлению и не спал ночами, я почти каждый вечер приносила ему горячее молоко, а позже и во время защиты диплома. Тогда наши отношения были немного лучше, может, потому что я была не столь эмоциональной, а он не был авантюристом. Но какие бы у нас не были отношения и как бы мы не ссорились, мы оставались братом и сестрой, которые всегда поддержат и помогут друг другу. Держа в руках горячую кружку, я снова вспомнила об этом. — Прости, что я устроила бардак тогда, — тихо проговорила я, так как извиняться почти не умела, да и делала это крайне редко. — А ты прости, что не посоветовался с тобой, — так же шёпотом проговорил Джозеф. — И заселил их, ничего тебе не сказав, — добавил он после короткой паузы. — Не думаю, что я бы отказала, если бы ты посоветовался со мной, — сказала я, попивая молоко и закинув печенье в рот. — С деньгами ты меня правда выручил. — Но даже так поступил я по-свински, — сам себе признался он. — От части мне хотелось тебя позлить. — Ну, это у тебя хорошо получилось, впрочем, я тоже отличилась. В воздухе повисла тишина. Несколько минут мы словно играли в молчанку, как в детстве, когда маму сильно злили наши мелкие перепалки. Если бы сейчас мы были на семейном отдыхе, то скорее всего обсуждали бы сегодняшний день и маршрут на завтра, но мы были в деревне, поэтому прервать молчание не могла решившая зайти мама или вернувшийся с работы папа. В этот момент я подумала, что было бы неплохо их навестить, к тому же, раз мы с Ником решили устроить небольшое торжество, неплохо бы было сообщить радостную новость. Кстати об этом, вот вам и тема разговора. — Джозеф, как думаешь, — он посмотрел на меня, — мне бы пошло обручальное кольцо? — Что за вопрос? — усмехнулся брат. — Любой девушке подойдет обручальное кольцо, это я тебе, как управляющий отелем говорю. Летом и зимой у нас много приезжих родственников молодоженов. — В таком случае, ты же порадуешься за меня, если я скажу, что выхожу замуж? — За Колю? — тут же уточнил он. Я немного опешила. Конечно, я не думала, что брат вскочит и будет расспрашивать о моем избраннике, или что-то вроде этого, но хотя бы капельку удивления. Джозеф усмехнулся и почесал затылок. — Я, конечно, знал, что вы хорошие друзья, и он неровно к тебе дышит, но… Разве ты испытывала к нему симпатию? — Так ты переживаешь не о том, что сестра решила внезапно выйти замуж, а о чувствах моего жениха? — я широко улыбнулась, представляя, как удивился бы Ник, расскажи кто ему об этом. — Мне казалось, что он тебе не нравится. — Он мне неприятен только потому, что всегда защищал тебя и разгребал устроенный тобой бардак, — вздохнул Джозеф и уселся напротив меня, сложив ноги крест на крест. Такая поза говорила о долгом разговоре и скорее всего по душам. — А ты, зная, что он всегда прикроет тебе спину, устраивала еще больший бедлам. — Не поспорю, — согласилась я, вспомнив недавний случай со злосчастным ковром и коньяком. — Но разве это не делает его лучшим кандидатом? — Иногда нужно уметь сдерживать свою женщину, а ему это вряд ли даже в голову придет, — он покачал головой. — Я тебя сдержать не могу. — Не скажи, в детстве только ты меня и сдерживал от драк с деревенскими мальчишками и девчонками, — усмехнулась я. — Это да, — брат улыбнулся, а потом серьезно проговорил: — Все же не понимаю, почему ты решила выйти за него? Влюбилась что ли? — Может быть, — хитро улыбнулась я. О моих планах на дополнительную стипендию ему знать не нужно. — А может я просто поняла, что более подходящего партнера мне не найти, а с чувствами Ника… Он прекрасно их контролирует и, думаю, даже без взаимности этот брак можно считать очень удачным. — Ник сам сделал тебе предложение? — Ну, возможно, я немного его подтолкнула, — почти честно ответила я. — Сам родителям позвонишь или дашь мне возможность обрадовать их лично? — Нет уж, если я им об этом расскажу, то, во-первых, ты на меня сильно обидишься, а во-вторых, мама начнет спрашивать, когда я женюсь. — И будет просит познакомить со своей девушкой, — дополнила я, рассмеявшись. — Но, если честно, — уже серьезно, — мне тоже интересно, когда ты познакомишь родителей с Элизабет? Вы ведь уже почти три года встречаетесь. — А почему тебя это так волнует? — брат потрепал мои волосы. — Ты ведь уже знакома с ней, к тому же, насколько я понял, вы неплохо сдружились, верно? Это было правдой. С девушкой брата я познакомилась совершенно случайно, когда приехала к нему на работу передать документы. Изначально их должна была привезти мама, но по стечению обстоятельств, привезла я. И увидела романтичную сцену поцелуя. Около трех минут я простояла в ожидании, когда они попрощаются, но поскольку у меня тоже были дела, решила все же подойти к ним. Элизабет была одной из немногих, кому подходило и имя, и характер. Возможно, из-за серии фильмов «Пираты Карибского Моря», героиню которых так же звали Элизабет, эта девушка мне сразу же понравилась и даже больше, я очень хотела, чтобы у них с братом все получилось. Элизабет — разносторонняя, интересная девушка, младше Джозефа на пять лет и на столько же лет выше, увереннее его. С одной стороны она производила впечатление слабой и наивной девочки, но стоит с ней заговорить, как понимаешь, что она далеко не наивная. Несколько раз мы с ней пересекались в городе, и я быстро поняла, что она честный человек и кукловод в одном лице. Если мой брат плел интриги, как трехлетний ребенок (то есть никак), то она дергала за ниточки умело и расчетливо, неудивительно, что с такими способностями она заняла пост директора в одном из филиалов авиакомпании. Родителям я ничего не рассказала, но они тоже видели его с ней, вот только подойти не получалось. На протяжении года мама умоляла брата познакомить с его избранницей, но все время получала отказ. Если бы мама знала, что они на тот момент уже встречались два года, что Джозеф знаком с родителями Элизабет и что они живут вместе… Даже думать не надо, мама была бы счастлива и обижена на до ужаса. — А тебе не приходило в голову, что Элизабет ждет от тебя предложения? Или ты думаешь, что она сама его сделает? — с непониманием посмотрела я на брата. — Я, конечно, ничего в этом не понимаю, но думаю, что пора уже прекратить присматриваться к друг другу и сделать более серьезный шаг, чем пустые слова любви. — Ты такая надоедливая, — усмехнулся брат. — Давай по очереди, а то от двух свадеб родителей хватит удар. — То есть? — не сразу поняв смысл его слов спросила я. — Уже? — Я сделала ей предложение неделю назад, и она согласилась. Если вы когда-нибудь жали руку кумиру, то поймете мои эмоции в этот момент. Радостно крича, я набросилась на брата с объятиями, что он чуть не упал с кровати. Мой брат женится! Усталость исчезла словно ее никогда и не было. Я вылила эмоции и за себя, и за брата, сразу за две свадьбы. Полночи я вертелась в кровати, радуясь и представляя, как пройдет торжество. Джозеф на работу ходил только в костюмах, поэтому знает в этом толк, и его свадебный комплект будет не просто хорошо сидеть, он будет шикарным. Элизабет тоже одевается с иголочки и вполне возможно, что платье будет сшито на заказ. Встать мне пришлось немного раньше обычного, потому что стояла первая пара и до этого мне надо было провернуть одно дельце — установка камер видеонаблюдения. Я подъехала к университету в семь утра и, хотя парковка была пустая, машину поставила на то же место, что и всегда. Закрепить камеры под крышей ларька, спрятать вторую за водосточной трубой и третью, самую маленькую, замаскировать на передней панели заняло чуть больше получаса. По сути, я успела все закончить к первой волне работников образовательных учреждений и садика. Первой парой был английский. В школе мне повезло с учителем, поэтому я хорошо его знала и могла свободно разговаривать на простые темы и переводить тексты. В институте мы занимались по учебнику преподавателя, в котором было много текстов про историю города, легенды, университеты города и совсем немного правил английского языка, которые изучают в начальных классах. С одной стороны нечего делать, но все осложнялось тем, что для тех, кто английский не знает или знает плохо, этот предмет стал самым страшным из всех. По большей части мы постоянно зубрили тексты. Правила для начальной школы, а перевод текстов и задания для старшей школы с хотя бы средним знанием языка. Поскольку на английский в нашей группе ходили почти все, а знающих язык всего три человека, на каждый ряд либо по человеку, либо всей группой садимся в центр (самый широкий ряд) и наша троица рассаживается по партам так, что можно подсказать и своим, и впередисидящим. — Опаздывает, — с еле уловимой надеждой в голосе, проговорила Мэлли. — Как думаешь, повезет? — Не уверенна, — ответила я, листая учебник. — Скорее всего скоро придет. Но вместо преподавателя пришел тот самый парень, от руки которого пострадал мой красный демон. При виде меня он фыркнул и сел рядом с моей собеседницей. Мэлли со всеми была дружелюбной и приветливой, но с ним, судя по моим наблюдениям, она была знакома до поступления в университет. Об этом же говорили речь и выражение лица парня: если со своей компанией он строил мачо или крутого пацана, то рядом с ней он неосознанно расслаблялся и становился самым обычным, простым парнем без всяких тараканов в голове. Английский прошел напряженно, но ни на кого не накричали и все благополучно написали тест. Я уселась на четвертом этаже у окна в конце коридора, это было единственное место, откуда вид был не на улицу, а на вход в берёзовую рощу. Попивая кофеёк, размышляла заехать к родителям сразу после пар или лучше на выходных с ночёвкой. — Пары по макроэкономике не будет, — раздался голос Мэлли. — В курсе, в группе же написали, — не поворачиваясь, сказала я. — Но толку от этого нет, все равно лекция третьей парой у Жданович. Девушка улыбнулась и немного помешкав, села рядом на скамейку. Она сняла рюкзак и стала перебирать лямки. Я поняла, что она хочет мне что-то сказать, но все не решалась. Неужели я правда такая страшная? — Макси, слушай, не злись на Сашку Баркина, — посмотрев на меня, сказала она. — Он это не со зла, просто в последний день кто-то его с бюджета сместил, вот он и бесится. — Как и говорила, — все так же не поворачиваясь, проговорила я, — кто-то «украл» его место. — Нет, это не так, — возмутилась Мэлли. — Просто он подслушал, как кто-то заплатил ректору, чтобы в число бюджетников попасть. — И что с того? — девушка удивленно посмотрела на меня. — Коррупция есть в каждом университете, кому-то не повезло, но это не значит, что можно набрасываться на кого угодно с обвинениями. К тому же, как я и говорила, без доказательств это пустые слова. — Но все равно ты неправа! — она вскочила, от неожиданности я оторвалась от созерцания деревьев. — Он вовсе не неудачник. Саша очень трудолюбивый, работает на двух подработках, при этом хорошо учится и… — Пожалуйста, хватит, — перебила я эту защитницу. — Каждый год сотни студентов приезжают из городов, деревень, живут в общежитии, работают и учатся. Этим никого не удивить, — девушка хотела еще что-то сказать, но я ей не дала. — Если хочешь его защищать, ради бога, но защищай только когда это действительно нужно. Мэлли продолжала смотреть на меня, а я вернулась к созерцанию городской осени. Последние желтые листья медленно падали с ветвей черно-белых красавиц, травы уже почти не было видно. Красиво, но все же чего-то не хватало, и я знала, чего именно — лесных звуков, тишины и уединения. Девушка просидела рядом еще несколько минут, а потом встала и ушла. До третьей пары я провела на четвертом этаже: перекусила, полистала ленту, прочитала несколько статей про путешествия и решила, что, если подарят приличную сумму в честь свадьбы, предложу Нику провести «медовый месяц» либо в Горном Алтае, либо в Шерегеше, а может и в Белокуриху рванем. Об этом я размышляла всю лекцию, время от времени ловя на себе взгляды Мэлли и ее друга, Сашки Баркина. Парень смотрел на меня тем же взглядом, как и в тот день, когда я поставила его на место. Похоже подружка и ему прочитала короткую лекцию обо мне, ох, и зря она это сделала. Когда я лежала в психушке, ближе к выписке ко мне подселили на дневной стационар соседку. Характером она была копией Мэлли, но самооценка у нее была сильно занижена. Присматривала за ней Аманда, и после ряда тестов, которые она провела, соседка пришла назад немного расстроенной. Пока мы вместе лежали, Алиса, так ее звали, пусть и не сразу, но оказалась очень разговорчивой. Она очень много рассказывала о своей маме, о море, куда она ездила почти каждое лето, показывала свои рисунки и даже попыталась нарисовать меня. Попала она сюда из-за депрессии: забросила учебу, потеряла интерес ко всему и постоянно хотела спать. После тестов она была расстроенной, потому что по результатам обследования у нее были проблемы с социальной адаптацией и желание быть любимчиком у всех. Алиса упоминала, что в школе она либо была одна, либо хвостиком бегала за девочками, которые более-менее с ней общались. А на счет любимицы, она любила, когда ее хвалили, замечали, ставили в пример. Вспомнив Алису, я вдруг затосковала по нашим беседам. Хоть у нее и была депрессия, но она всегда улыбалась и редко говорила о грустном, всегда веселая и позитивная. Кстати, наши взгляды во многом совпадали, но при этом она была моей полной противоположностью. Не уверенна, что тоже можно сказать про Ника, про Аманду или про друзей из клуба альпинистов. Если честно, я редко думала о том насколько я похожа с кем-то, но иногда это довольно интересно, поразмышлять в чем вы похожи, а в чем нет. После пары я как обычно до конца перемены просидела в аудитории. На выходе из университета, Баркин опять стоял у ворот. На этот раз были проколоты все четыре колеса. Закатив глаза, я набрала Ника и попросила меня выручить еще раз, он сказал, что сможет подъехать только через час не раньше. Я была этому даже рада — у меня было достаточно времени, чтобы собрать и просмотреть записи с видеокамеры. Включив ноутбук, я по очереди перекинула файлы и должна сказать, это было неожиданно. Люди постоянно проходили мимо парковки, но основной поток был утром и в обед, когда школьники и студенты шли домой. Прокололи мне колеса во время второй пары, как раз, когда все ушли «завтракать». Как я и предполагала, вредитель был в капюшоне, и лицо с первых двух камер не разглядеть, но с третьей, которая была на панели, лицо было замечательно видно. Это был Егор. Тот самый парень, который помог мне в прошлый раз. — Привет! Я смотрю в этот раз нокаут, — раздался веселый голос, после стука в окно. Егор довольно улыбался, стоя у машины. Я закрыла ноутбук и открыла дверь. — Ты как? — Переживу, — как обычно, проговорила я. — Может я довезу тебя до шиномонтажа? — снова предложил он. Я не выдержала и рассмеялась. — Ты чего? — Просто подумала, что хорошо иметь поклонников, — я посмотрела на парня и показала кольцо на правой руке. — Прости, мальчик, но ты опоздал. Я выхожу замуж. — Ну, — опешил Егор, — это же не мешает помочь тебе. — Ты не понял, — усмехнулась я. — У меня уже есть тот, кто всегда готов помочь мне. Поэтому спасибо, но твоя помощь мне не нужна. Я смотрела на него и никак не могла понять, как ему удается так тщательно скрывать свою гнилую натуру. Хоть друг Мэлли и бросался обвинениями, зло смотрел на меня, но, вопреки всем моим ожиданиям, оказался не тихушником и ни разу мне не навредил. А парень, которого все считали чуть ли не ангелом, — типичный лицемер, лжец и прекрасный актер. Я даже не думала на него злится, мысли не допускала, так меня поразило его тонкое искусство притворства. Однако позже я все же вспомнила его добрым ласковым — так искренне переживать о ком-то и в тоже время подставлять этого человека. Егор усмехнулся, и его глаза зло блеснули. — Поздравляю, — буркнул он, пытаясь выдавить улыбку. — Ну, тогда я пошел. До завтра. До приезда Ника я все думала, как мне лучше поступить: с одной стороны, я могу прямо сейчас отправить запись дяде-полицейскому и с его помощью получить максимальную выплату за ущерб; с другой же, можно подождать еще немного, потому что вряд ли все закончится на прокалывании колес. Мне захотелось испортить его репутацию, показать всем его настоящее лицо и наказать как можно жестче, чтобы до конца дней вбить ему в голову как страшно гадить человеку, особенно не тому, кто наивно поверит в его сказки. Когда приехал Ник, я поняла, что за эти три дня поставила мышеловку для двух котов: один из них благородный и замечательный мой будущий жених, а второй облезлый и блохастый лицемер, пытающийся выдать себя за аристократа. — Умеешь же ты попадать в неприятности, — Ник показал колеса. — Что будешь делать? Записать преступление удалось? — Удалось, — коварно улыбнулась я. — Осталось только разыграть постановку «Преступление и наказание».