Я не похож на котёнка.

— Чифуя, смотри, этот котёнок похож на тебя! Юноша побежал вслед за маленьким зверьком, надеясь поймать его. Любовь Казуторы к котикам появилась тогда, когда в его жизни вновь появился Матсуно. Чифуя лишь фыркнул, закатив глаза. — Ханемия, пойдём уже. День сегодня был сложным и Чифую буквально извергал из себя ауру злости, усталости и уныния: галстук на рубашке ослаблен, волосы растрёпаны, а ужасно бледная кожа с синяками уже во всю кричит своему хозяину, что ему пора бы пойти домой и оставить Казутору бегать за котом, если ему так хочется. Впрочем, Казутору хватило всего на несколько минут — он вернулся к брюнету с царапиной на щеке. — Я не смог его удержать в руках. Матсуно лишь хмыкнул. Кто тут ещё из них котёнок — вопрос, которым мужчина будет задаваться до конца своего жизни, скорее всего. — Я не удивлён, пойдём домой. День действительно был сложным: с самого утра идёт дождь, парни совершенно не выспались из-за резкого желания Ханемии пошалить, так ещё и орда детишек забежала в магазин и просидела там половину дня, мучая и пугая животных (и Казутору). К усталости так же добавилось невыносимое ощущение жары — скорее всего, Чифую всё таки заболел. Первый чих не заставил себя долго ждать, а за ним и второй, а там уже и третий. Ханемия лишь сочувственно вздохнул — понял, что его будущий супруг заболел из-за детской выходки Казуторы (ведь под дождём и ветром побегать за котом, не назовёшь взрослым действием).

***

Не успели они дойди до дома, как Чифуя уже пылал. На улице это не было так ощутимо, как в тёплой квартире, потому единственным верным решением для мужчины были придержаться за плечо Ханемии. — Ты в порядке? — В полном, не волнуйся. Казутора не дурак, сразу понял, что Матсуно плохо, потому помог ему снять обувь, помыть руки и дойти до комнаты. Как ни крути, но иммунитет у старшего был намного лучше нежели у Чифую. Стоило Чифую пригреться, как его голова буквально взрывалась от головной боли, потому первая просьба была — молчать. Каждый удар, шаг, стук и тд, было как отбойным молотком по голове и Казуторе ничего не оставалось как послушаться. Гардероб, кстати, у них был один на двоих, потому искать что-то конкретное в их шкафу было безсмысленным — Ханемия просто вытащил первый попавшийся свитер и пижамные штаны, а вот чьи они — абсолютно не имело значения, и положил рядом с сидящим на кровати Матсуно. Заботливо погладил по коленке, поцеловал в лоб и шепотом попросил одеться и ложиться под одеяло. — Пожалуйста, молчи, Тора. Моя голова и вправду сейчас лопнет. Честно говоря, Ханемия хотел пойти поставить чайник и сбегать в аптеку, так как по его памяти, дома из лекарства лишь чёрный уголь, но неклюжие движения Матсуно заставили его остановиться. — Эй ты, Матсуно я-не-похож-на-кота-а-вот-да Чифую, расслабься. Позволь мне тебя раздеть. Командовать сейчас? Боже упаси, нет! Руки брюнета послушно опустились, позволив без проблем снять с себя галстук и рубашку. — Скажи мне, ты взрослый мужчина, какого чёрта ты пошёл в ливень в одной рубашке? Бубня себе под нос, Казутора натягивал свитер на младшего, а тот, кажется, уже его и не слушает. Одев младшего, старший скомандовал ложиться под одеяло — и тот лёг, и главное, даже не начал возмущаться. Не успел Казутора и шаг сделать, как его схватили за руку и тихо, очень сонно, попросили остаться. — Ложись со мной. Пожалуйста, полежи со мной. И старший сдался. Попросил пару минут на то, чтобы снять с себя уличную одежду и одеть домашнюю, а потом оказался с горячих объятиях Матсуно. — Я всё равно не котёнок. — Да - да. Впрочем, долго ждать не пришлось — тепло и сердцебиение возлюбленного быстро разморили Матсуно, и через несколько минут, тот уже спал, мурча себе под нос.