It's Not Over

      Элайджа слегка нервничал, ведь его сестра ушла на прогулку почти сутки назад и до сих пор никаким образом не дала о себе никаких вестей. Нет, он понимал, что обидеть Ребекку довольно проблематично и она сможет дать отпор любому, но он был предан семье и не мог не волноваться за свою сестру. И вот, когда он уже собирался идти искать ее, дверь квартиры распахнулась и перед ним предстала довольно взъерошенная блондинка, которая тут же с громким стоном упала на кресло.       — Бекка? — тихо позвал ее мужчина.       — Ничего не говори…. Я больше не пью.       — Беккс, на тебя не действует алкоголь так, как на людей, ты забыла. У тебя слишком быстрый метаболизм для того чтоб опьянеть.       — Скажи это моей бедной головушке и желудку, который готов выскочить из меня. Поверь, это пойло свалит даже Ника, хоть он и проспиртован насквозь.       — Бекка, где ты была? — уже настороженнее спросил сестру Элайджа, стараясь успокоить свои инстинкты.       — Пила с подругой. Ее слуга принес нам отличный виски, который, оказывается, действует даже на тысячелетних вампиров. Надо узнать, где она его берет и подарить Нику — пусть почувствует на собственной шкуре.       — Так, подожди. Откуда у тебя подруга в Чикаго? Или ты….       — Эта подруга у меня уже больше половины тысячелетия. И да, я нашла Алексию и пила я тоже с ней. Представляешь, она все помнит. Точнее, она все вспомнила недавно, но от этого ничего не меняется. А теперь мне нужно принять душ и лечь в кровать, чтоб не умереть от похмелья. — Ребекка шкодливо улыбнулась и встала из кресла, направляясь в сторону выделенной ей комнаты, но уже в дверях ее остановил тихий приказ брата.       — Стой! Где она?       Ребекка повернулась и окинула Элайджу долгим взглядом, тяжело вздохнув.       — Она, пока, не хочет видеть тебя, дорогой брат. Говорит, что не является копией Розмари и может выбирать, кого любить, а кого ненавидеть. Не думаю, что отправится к ней это хорошая идея. Дай ей время, брат. Просто дай ей время.       — Ребекка, я спросил где она, а не твоего мнения, рано мне там появится или нет. — в голосе Майклсона звякнула сталь.       — А я тебе говорю, она не хочет тебя видеть, дорогой брат. И взяла с меня обещание, что я не скажу тебе ее адрес до тех пор, пока она сама не решится на встречу. А теперь, прости, мне необходимо прилечь.       Уже закрывая за собой дверь спальни, вампирша услышала рык брата и звук разбившегося об стену стакана, который тот крутил в руках, когда она вернулась. В голове проскочила мысль, что Лекси играет с огнем, не позволяя Элайдже с ней встретиться. Когда-то давно, он был самым благородным из них, но при этом и самым упорным, и не отступал до тех пор, пока не исполнял задуманное. И сейчас он, скорее всего отправится по ее запаху, который знает слишком хорошо, чтоб найти дом своей возлюбленной.       И Ребекка была права.       Выместив злость на ни в чем неповинном бокале, Элайджа накинул пиджак и устремился на улицу, где ему удалось поймать едва заметный запах сестры. Он вел его, как ведет путеводная нить и остановился он только когда уперся в серую простую дверь на шестнадцатом этаже высотки, что расположилась на Ист Огайо Стрит, совсем недалеко от его пристанища. Но, на вежливый стук из-за двери не донеслось ни звука. Может, она вышла куда-то и скоро вернется, но что-то подсказывало ему, что девушка внутри. Возможно спит или принимает душ. От последней мысли сладко свело внизу живота, но он усилием воли откинул от себя заманчивые картинки, что подкинуло сознание. И он уже настойчивее постучал в дверь, а чуткий слух уловил тихие шаги, раздавшиеся в квартире.       — Бекка, так и знала, что ты что-нибудь забудешь. — проворчал знакомый голос и, спустя минуту, дверь распахнулась, а хозяйка, закутанная лишь в одеяло, сонными глазами смотрела на вторженца.       — Здравствуй, дорогая. — Элайджа наслаждался растерянным видом Алексии Поттер и наслаждался давно знакомым лицом, которое не стерлось из памяти, не смотря на долгие годы, что он его не видел. Правда, чем дольше он смотрел на девушку, тем больше отличий подмечал. У Розмари волосы были немного светлее и скорее волнистые, а у Алексии они были цвета безлунной ночи и падали крупными кудрями, а глаза были намного зеленее, цвета изумруда. А лоб перечеркивал тонкий, почти незаметный шрам в виде молнии. Скорее всего именно туда и попало то заклинание, что не убило его девочку. Но эти различия делали Алексию Поттер, почему-то, более привлекательной для Элайджи.       — Элайджа? — все еще ошарашенно моргая, пискнула Алексия, крепче прижимая к себе одеяло. — Как?       — Не думаю, что лестничная площадка перед твоей дверью лучшее место, чтоб выяснять наши, сильно запутанные отношения, Алексия.       — Если ты думаешь, что я приглашу тебя внутрь, то ты сильно ошибаешься! — девушка наконец взяла себя в руки и приняла независимый вид стараясь не смотреть в теплые карие глаза, которые пленили ее еще в прошлой жизни.       — Неужели ты хочешь поскандалить прямо здесь? Брось, ты слишком хорошо для этого воспитана, моя дорогая Британка. Давай же, пригласи меня внутрь и мы сможем кое-что прояснить. Или я буду сидеть здесь так долго, пока тебе не надоест любоваться на меня перед дверью. Поверь, я не уйду от сюда пока мы не поговорим.       Алексия, закусив губу, смотрела на мужчину и не могла решиться. Разум твердил ей закрыть перед его носом эту чертову дверь, ведь он не сможет войти в ее дом без приглашения, а это значит, что она будет в безопасности внутри. Но сердце твердило, что впустив его в дом, она приобретет гораздо больше, нежели потеряет. И она, которая привыкла больше доверять гласу разума, распахнула дверь и скороговоркой, едва слышно пробормотала ритуальные слова приглашения, чтоб в следующую секунду оказаться прижатой к крепкой и широкой мужской груди, вкусно пахнувшей чуть горьковатым парфюмом. Что-то надломилось в ней, стоило только почувствовать мягкие, но при этом крепкие прикосновения этого мужчины к себе. Может быть это была решимость никогда не связываться с семьей Майклсонов, но результат остался тот же. Она сама потянулась к его губам, впиваясь в них собственническим поцелуем и получая от этого неописуемое удовольствие. Элайджа целовался настолько умело, что от этого вышибало дух. Не раздумывая ни секунды, Алексия сделала шаг в сторону распахнутой двери в спальню, и в следующую секунду уже пыталась сдернуть со столь желанного мужчины рубашку, пиджак остался сиротливо лежать в холле. Пуговицы не поддавались чуть дрожащим пальцам, и тогда Элайджа сам развел полы рубашки с такой силой, что послышался треск, но это их не волновало. Упав на прохладные простыни они сплелись в настолько тесных объятиях, что сложно было понять где кто, но эти прикосновения обнаженной кожей друг к другу были непередаваемы. Алексия лишь успела шепнуть своему партнеру, что он опять первый и пропала. Ласки были почти невесомы, но распаляли девушку, так, как порыв ветра распаляет едва горящий костер, а легкой боли, что показывала — она его, девушка почти не заметила. Элайджа был в этом мастером, что признала Поттер даже с затуманенным желанием сознанием. Они растворялись друг в друге, стараясь наверстать то время, что вынуждены были не рядом и не вместе, раз за разом сплетаясь на мятых простынях ее маленькой квартирки в Чикаго. Алексия забылась сном лишь ранним утром, когда солнце робко выглядывало из-за соседних домов, намекая, что новый день, в котором все изменится, наступил. И даже во сне, она теснее прижималась к широкой груди, первое прикосновение к которой и сломало ту стену, что она старательно выстраивала вокруг себя все то время, что прошло с того момента, как Провидение послало ей воспоминания.