Первая жизнь

Я вижу сны, которые длятся миллионы лет В этих снах ты властвовал надо мной всю мою бессмертную жизнь От человеческого возрождение до самого вымирание. Это нечто бесконечное, но только далёкое и без середины. — Время ничто в моем сне,так ведь? Я проведу здесь всю жизнь, а когда очнусь это станет моя вторая смертная жизнь? — Верно. Это твоя пробная бета-версия — Что для тебя время? — Время это бесконечность, но действия даёт тебе лучшие результаты. Но только во второй смертной жизни. Здесь это Рай созданный мной ради материальных потребностей. Тысячи лет, тысячи дней и ночей мы с тобой вместе отправились в песочный путь ради того, чтобы узнать что значит жить в реальности из плоти и мыслей. Я взяла тебя за руку, ты меня вёл сквозь тёмную реальность лишь, для того чтобы показать бессмысленность моего существование. Моя реальность, как и миллиарды других ничтожны перед твоей мощью. Но я и ты, знали что есть более существо могущественней чем ты, Билл. У каждого своя смерть, время и даже проживающая реальность. Я считаю дни заново, после смерти людей все начнётся по новой. Это мой предел реальности. Билл может видеть намного дальше чем я. Ведь я хочу видеть лишь то как умрут мне подробные, а он хочет видеть как все живое погибнет во всей галактике. У каждого свой финиш.... — Сколько сейчас времени? — Время когда ты скоро покинешь «Рай» — Я такая ничтожная? Это обидно, очень. — Ты всегда была ничтожной, низкой, отвратительной, грязной, мерзкой, жалкой, тошнотворной... Ты всегда была и будешь такой. Посмотри на меня, я тот которого не держат врождённые, приобретённые зависимости и слабости. У меня нет ни травм, ни болезней, морали и ограничений. Я тот который будет править и разрушать. Я тот которому ты будешь подчинятся всю жизнь. — Миллионы лет прошли и проходят, но я имею другой слух и другое мышление. Твои слова лишь напоминают мне что пора отправляться домой... Билл Я взяла его ладонь и по детский легла на воздух как на кровать. Его взгляд устремился только на меня, как на огонь, с гневом, с очередной невозмутимостью. Он опять изучал меня и мою человеческую натуру. Наши взгляды никогда не отвлекались друг от друга. Мне больше не страшно с ним, мне очень спокойно. Билл Шифр провёл своим пальцем по моим губам. Он гладил мои ноги еле-еле касаясь до кожи, вызывая у меня мурашки по всему телу. — Я не хочу задерживаться. Не собираюсь ничего снимать с себя, Шифр сам снял с меня шорты и нижнее белье. Я уселась по удобнее, чтобы снова узреть его лицо отлизывающий у меня между ног. — Людям как ты, нравится такое? Нравится чувствовать себя уязвимыми? — Не всем. Люди разные бывают. — Ты не отличаешься от них. Я почувствовала язык Билла. Он поднимался вверх к клитору, вызывая нестерпимое удовлетворения которое сопровождалось моим громким дыханием. Но зная демона, он захочет сделать что-то новое которое не понравится мне. Билл вёл в свой язык прямо в девственное влагалище, это вызывает у меня лёгкую панику. — Чёрт, Шифр.— Мне пришлось свести ноги вместе, чтобы облегчить неприятное проникновения. Ощущение внутри кажется странным, словно инородное тело пытается выйти наружу. Такое сравнение вызвало у меня тошноту и мерзость. Билл не стал лезть дальше, а вместо этого «целовался» с внутренними половыми губами, делая круговые движение. Я прижала его сильнее, чтобы почувствовать удовольствие по лучше. Но в ответ я получила сильно сжатые следы на ляжках ног. — Это было так жалко. — Сладко прошептав мне на ухо, Билл стал касаться меня в разных местах тела. — Ты же знаешь что обычно должно быть наоборот? — Я не способен на сексуальность. Мне просто нравится видеть как ты не можешь решиться со своими желаниями, твой дискомфорт. — Ты точно не ошибаешься? Мне почти понравилось. — Ясно. Мои распущенные передние локоны, Билл убрал за ухо. Его ладони остановились на холодной щеке, которую он не сильно мял. — Мне нужно проснуться. У меня много дел. Демон как будто не слышал меня. Настырно он желал чтобы я что-то сделала помимо желание уйти из сна. Но учитывая то что произошло со мной, то что я видела, школьная жизнь становится пустым местом, ведь есть вещи поважнее всяких тупых человеческих правил, придуманные самими людьми. — Ладно, давай ещё по-развлекаемся.