Луна сегодня красивая, правда, хён?

— Познакомьтесь, Феликс Ли. С этого дня он будет учиться с вами, позаботьтесь о нем. С этой фразы всё и началось. Чанбин не забудет, как поднял глаза, чтобы как обычно скучающим взглядом окинуть новенького ученика, о котором уже с самого утра все галдели. Но тот самый скучающий взгляд тут же превратился в заинтересованный. Парень с пухлыми губами и большими детскими глазами, блондинистыми волосами, которые спадали на лоб. А самой главной особенностью брюнет отметил россыпь веснушек на лице парня. Они показались Чанбину жутко притягательными. Он сам того не замечая, продолжал изучать лицо блондина, не понимал почему, но его очертания казались брюнету очень красивыми и эти веснушки на его лице. Чанбину даже показалось, что он нашел свой фетиш. — Феликс Ли, значит. — шёпотом проговорил Чанбин, пробуя новое имя на языке. Казалось, Феликс должен сторониться таких, как Чанбин. Устрашающих на вид, на которых если только посмотреть не так, могут и избить до полусмерти. Чанбин не то, чтобы был отшельником, просто пока не находилось в этом заведении людей, которые примут его таким каким он есть. У него имеется парочка очень хороших друзей за пределами универа и ему этого достаточно. Феликс уже с первого дня обзавелся друзьями. Он кажется способен разговорить кого угодно. Настолько открытый и чистый по отношению ко всему. Полная противоположность Чанбина. И Феликс как оказалось позже, совсем не был одним из этих людей, которые его сторонились. Брюнет сам не заметил, как стал сближаться с этим чудным новеньким. И соврёт, если скажет, что не рад этому в глубине души. А начало их общению положил ни чем не отличающийся от других день. Феликс попросился сесть рядом с ним, потому что его сосед по парте не пришёл, а ему видите ли скучно. Брюнет честно хотел сказать нет, но в то время как он открыл рот, Феликс с улыбкой до ушей уже усаживался на место рядом с Чанбином и попутно благодарил его. Чанбин смирился. Один день переживёт. Итогом этих однодневных посиделок рядом, стало то, что к концу пар, они обменялись номерами, Чанбин нихрена не понял как это произошло, серьезно. Он не понимал, как этот парень так действует на него. Он вообще уже ничего не понимает, если дело касается Феликса. Парень каждый день присылал мемы или просто спрашивал как дела. Бин по началу вообще думал игнорировать его, но затем втянулся, начал чаще проверять телефон на наличие в нём новых смс или звонков. Феликса в жизни Чанбина становилось всё больше и больше. Чанбину было просто интересно, что светловолосый в нём такого нашёл, что заставляло его держаться рядом с таким как он. Он никогда не думал, что с ним сможет общаться такое светлое создание, как Феликс, не думал, что тот продолжит находить подход к нему и пытаться сблизиться. Даже после неудачных попыток, он снова пытался. И у него получилось. Через месяц такого общения, Чанбин понял что влип. Конкретно так влип. — Влюбился, придурок. Молодец, теперь живи и страдай. — развалившись дома на кровати и смотря в потолок, брюнет вёл беседу сам с собой. Со своими чувствами парень делать, естественно, ничего не собирался. Он был на девяносто процентов уверен, что Феликс натурал, ведь он видите ли не раз видел, как тот заигрывал с девушками в коридорах университета. «Пройдут», — подумал он, собираясь вечером на очередную прогулку с Феликсом. Он никогда не был любителем прогулок, но разве Феликсу откажешь. Чанбин отбрасывает лишние мысли в сторону, берет запасную толстовку для Феликса, потому что уже знает, что у того привычка одеваться легко, а вещи потеплее не берет, заявляя, что не холодно ему, а уже поздно вечером жмется к Чанбину в поисках тепла. Гуляют они всегда до поздна. Сидя на одной из лавочек в парке, тускло освещенном уличными фонарями, они разговаривают на абсолютно разные темы, обсуждают все на свете. Когда темы для таких оживленных бесед заканчиваются, Феликс решает, что будет хорошей идеей улечься на колени брюнета, что он собственно и делает. Чанбин в это время всё также сидел облокотившись на спинку лавочки, и казался спокойным, хотя его сердце сейчас кажется выпрыгнет из груди от волнения. И даже находясь вот так, в молчании с друг другом, оба все равно чувствовали комфорт. Такое бывает не с любым человеком, знаете ли. Им комфортно друг с другом, этого ни один из парней отрицать даже не собирался. Спустя несколько ко минут такого молчания, Феликс вдруг негромко заговорил: — Луна сегодня красивая, правда, Чанбин хён? Чанбин смотрит на небо и не понимает, где младший увидел луну, сегодня ночью её видно не было. — Феликс, луны сегодня не видно.  — Ах, какой же ты древний, хён — со смешком в голосе сказал Феликс. Чанбин опускает возмущенно-обиженный взгляд на Феликса. Младший всегда умиляется с такого Чанбина. — Ладно, косвенно намекнуть не получилось, скажу прямо… Эту фразу говорят, когда кто-то кому-то нравится, понимаешь.? — Зачем так усложнять, — немного нахмурив брови, произнес брюнет. — Это романтично дурак. — Разве? Феликс вздохнул, но ничего не ответил. И пока Чанбин сидел, тупил, светловолосый, просто смотрел на него снизу вверх, все также лёжа на коленях брюнета, и думал, дойдёт ли до того нужная информация. Было немного смешно наблюдать, как меняются эмоции на лице Чанбина. Он медленно опускает взгляд на Феликса — Подожди ты… — Да, уже давно, решил, что хватит тянуть и наконец признаться. Я знаю, что сейчас дружбе, которую я так старался построить с тобой, может наступить конец, — Феликс старается смотреть куда угодно, на небо, куда-то в сторону лавочек на против, но точно не на Чанбина. А Чанбин наоборот продолжает смотреть на Феликса и не верит своим ушам, — Но, я больше не могу, лучше пусть все разрушится сейчас, чем потом, когда я привяжусь к тебе ещё больше, я понимаю… Феликс не успевает договорить, потому что Чанбин наклоняется к лицу Феликса, поворачивает его в свою сторону и целует. Поцелуй мягкий, почти невесомый, но те эмоции и чувство облегчения, что в него вложены, делают его самым лучшим для обоих. «Взаимно, блять.» — думает про себя старший. Брюнет отстранился от Феликса, но не выпрямился, а продолжил сидеть, согнувшись, всё так же близко, смотря в глаза Феликса. — Так ты… — Да, и уже давно. — практически шёпотом говорит Чанбин Глаза Феликса расширяется. Он не верит своим ушам. — А вот если бы ты был слегка поэмоциональнее или хотя бы давал хоть как-то понять, что я симпатичен тебе, всё решилось бы куда раньше, дурак. — начал тараторить Феликс. — Ты думаешь, если бы ты мне не нравился, я бы таскал тебе толстовки каждый вечер, думаешь, я бы подпустил тебя настолько близко к себе? Как там на вашем романтическом языке? Любовь не в словах, любовь в поступках и проявлении заботы? Чанбин все же выпрямился и с умным выражением лица произносил фразу. Феликс смеётся. Чанбин думает, что готов слушать этот смех вечно. — Поцелуешь меня снова? — спрашивает в надежде на положительный ответ, Феликс — Хватит с тебя на сегодня. (Врет. Обязательно поцелует)