You’ve been the salvation of me

2014 год

За те 7 лет, что он находится здесь, чего он только не испытал. Пытки? Безусловно. Что тот извращенец только не делал с ним: прижигал подушечки пальцев горячим утюгом, резал руки, ноги и спину, вырисовывая известные только ему узоры. Один раз даже накачал 14-летнего Тэхена каким-то наркотиком. Тэ помнит то состояние, навсегда запомнил: голова шла кругом, ему казалось, что за ним кто-то все время наблюдает, его тошнило, он бился в приступах, его лихорадило. Но он был сильным мальчиком, он отлично справлялся со всем тем дерьмом, что творил с ним Сон. Справлялся. До одного момента.

***

Тэхен услышал звук открывающейся двери подвала, в котором жил. Точнее не жил, а просто существовал. — Ну, приветики, Тэхени. Как ты, м? — противным голосом проговорил мужчина и протянул руки к лицу парня, касаясь кончиками пальцев его щеки. — Убери свои грязные клешни от меня, придурок, — прошипел Тэ, отодвигаясь. Парень прекрасно понимал, что дерзить Сону – не лучшая идея. Он помнит, что было с теми, кто ослушался этого извращенца. На 3 или 4 год заточения Тэхена Сон привел в подвал мальчика 12 лет. Тот в силу своего только начавшегося подросткового возраста все время старался задеть Сона, отвечая ему грубо, пытался хоть как-то защитить себя. К сожалению, мальчишка и недели не пробыл в доме, в один день Сон не выдержал, зарезал мальчика прямо на глазах у Тэхена. Но Тэ любил искушать судьбу, поэтому не боялся отвечать Сону. Его позиция была такова: «Лучше пусть он меня убьет, чем я буду продолжать жить в этих мучениях». — Ох, Тэхени, такой дерзкий, мне нравится, — мерзко улыбаясь, произнёс мужчина. — А ещё мне очень нравится твое милое личико. Ты очень похорошел, знаешь? Стал таким привлекательным, — проговорил он, поглаживая бедро парня. — Пошёл к черту, Сон. Не смей трогать меня, слышишь? — Тэхени, ну не сопротивляйся ты. Все эти годы я не трогал тебя, так ведь? Не думаешь, что наконец пришло время поблагодарить меня за это, м? Сможешь сделать мне приятно? — наклоняясь ближе к лицу парня, проговорил Сон и вновь принялся поглаживать щеку Тэхена. Страх охватил все тело парня. Сон никогда за все эти годы не позволял себе такого, и хотя бы за это Тэ был ему благодарен. Когда мужчина начал поглаживать большим пальцем нижнюю губу Тэхена, парень решился на довольно отчаянный поступок. Он понятия не имел, что с ним будет, но оставить все так он просто не мог. Улыбнувшись Сону, Тэхен приоткрыл рот и, схватив зубами его палец, со всей имевшейся у него силой сомкнул зубы. По подвалу раздался дикий крик. «Так тебе и надо, ублюдок» — про себя подумал Тэхен, сплёвывая кровь. — Ты чего творишь, гаденыш, а? Совсем страх потерял? Забыл, что я могу сделать с тобой? — кричал, брызгая слюной, Сон и, схватив Тэ за шею, принялся душить его. — Пошёл к черту. Мне уже плевать, слышишь? Ты уже столько лет мучаешь меня, лучше просто убей, — еле находя в себе силы, чтобы не потерять сознание от нехватки воздуха, прошептал Тэхен. — Ну уж нет, Тэхени, я не дам тебе умереть так легко, — гадко ухмыляясь, произнёс Сон. Мужчина обошёл Тэхена и, взяв какую-то ленту, завязал парню глаза. Далее последовали удары. Сон бил туда, куда только можно было, но только не касался лица. Больно, очень больно, но с Тэхеном такое уже не в первый раз, он даже не плачет от боли. Сон как-то сказал ему, что мальчики не плачут, это было ещё в самом начале его заточения. С тех пор Тэхен и не плакал никогда. Последнее, что увидел Тэхен после того, как лента спáла с глаз, был вновь замахнувшийся на него мужчина. А дальше — темнота.

***

Очнулся Тэ уже вечером, об этом свидетельствовали часы, висящие на стене. Парень надеялся, что умер, но перед глазами предстала уже привычная картина. Его «комната», если небольшое помещение в повале можно так назвать. Здесь не было множества предметов мебели, лишь кровать, стоящая у стены, комод, стоящий прямо напротив кровати и зеркало над комодом. В комоде хранилось пару футболок и штаны, которые Сон дал ему пару лет назад, одна единственная книга, которую Тэ с огромным трудом выпросил у мужчины, альбом, кисти и краски. Рисование – единственное, что спасало парня, единственное, что давало ему повод жить. Еще будучи ребенком, он понял, что рисование – то, чему он хотел посвятить всю свою жизнь. Но сейчас он понимает, что такому просто не суждено случиться, ведь он уже 7 лет находится здесь, его, кажется, никто не ищет, про него, кажется, все уже давно забыли. Взяв в руки книгу, которую он перечитал уже неизвестно сколько раз, Тэ забрался с ногами на кровать и уже собрался начать читать, как дверь в подвал со скрипом открылась. Сон снова пришел. — Тэхени, уже проснулся? Как ты? — Чего тебе? Пришел добить? — Ну что же ты сразу грубишь? — присаживаясь к Тэ на кровать, сказал Сон. — Я беспокоился о твоем самочувствии, поэтому и пришел. Твои раны нужно обработать. Приблизившись к Тэхену, Сон схватил его за руку и, выдавив немного заживляющей мази, принялся наносить ее парню на синяки. Но Тэхен вырвал руку, не позволяя закончить начатое. — Тэхени, не заставляй меня злиться на тебя. Ты ведь не хочешь, чтобы тебе снова было больно? — Сон, уйди, прошу. Дай мне побыть одному. — А ты, случаем, не забыл, что не ты здесь решаешь? Неужели мой Тэхени настолько посмелел, м? А дальше все, как в тумане. Тэхен сам не понял, как Сон схватил его за руку, потянул на себе и требовательно впился в его губы. Все попытки Тэ вырваться были бесполезны, Сон повалил его на кровать и, удерживая руки у него над головой, продолжал целовать его, болезненно кусая то верхнюю, то нижнюю губу. Закрепив руки Тэ ремнем за изголовье кровати, Сон принялся скользить своими грязными поцелуями и руками ниже. Добравшись до кромки штанов парня, он развязал шнурок и, проведя дорожку поцелуев от пупка и ниже, снял с Тэхена штаны. До этого молчавший Тэ принялся кричать, что есть мочи, потому что поцелуи Сона он был в состоянии стерпеть, то такому он просто не мог позволить произойти. — Тэхени, не сопротивляйся, ну же. Только посмотри, что ты делаешь со мной, — сказав это, он прижался в тэхенову бедру, давай тому почувствовать вставший член. — Нет, нет, Сон, я прошу тебя, не трогай меня, я больше не буду тебе дерзить, я буду во всем тебя слушать, сделаю все, что ты хочешь, — не сдерживая слез, кричит Тэхен. — Только не трогай меня, прошу. — Конечно, Тэхени, конечно, ты сделаешь все, о чем я попрошу. И начнешь уже сейчас. Сняв брюки, Сон приблизился к лицу Тэхена, буквально тыча своим членом ему в лицо. Чувство отвращения и тошноты накрывает Тэ с головой. Он уже не соображает, что происходит. Сон открывает ему рот и силком запихивает член, сразу же начиная грубо толкаться. В один момент Тэхену кажется, что он отключился. Так и есть. Очнулся он в тот момент, когда Сон перевернул его на живот и, пристроившись сзади, начал на сухую вставлять член в Тэ, издавая при этом утробные рыки. И снова Тэхен отключается. Все. Это конец. Теперь жизнь точно не будет прежней. Теперь жить не хочется еще больше.