Наггетс съел Нагито

Везунчик беззаботно лежал на траве, разглядывая медленно плывущие облака. День для такого занятия был в самый раз! Тёплая осенняя погода с нежным ветерком, который разносил слабый запах сухих листьев. А трава была такая мягкая, словно плед, явно вязанный с любовью. В такой денёк было невозможно думать о плохом. Мысли были спокойными, тёплыми, приятными, и это можно было понять, взглянув на мирно лежащего Нагито. Вот только всё хорошее временно. Помимо пения птиц, внезапно послышалось что-то ещё. Если бы не грохот, можно было бы подумать, что это лёгкое землетрясение, а так оставалось лишь догадываться. Комаэда принял сидячее положение и стал оглядываться вокруг, ища нарушителя его идиллии. Грохот и толчки постепенно усиливались, однако всё так же никого не было видно. Из-за этого становилось напряжно. Вдруг что-то, находящееся сзади Везунчика, закрыло солнце. Он резко обернулся и увидел перед собой нечто: «Что? Что это такое? Да быть того не может… Это семиметровый наггетс?!» Комаэда не мог поверить увиденному. Перед ним стоял мутант-наггетс, у которого были ужасающие глаза, похожие на мазки кетчупа, и не менее страшная пасть, из которой вытекал плавленый сыр, а любое его движение приводило к тому, что с него обильно сыпались панировочные сухари. Жуть. Нагито опомнился лишь тогда, когда к нему протянулась рука, появившаяся из ниоткуда. Резким движением тот поднялся с травы и побежал куда глаза глядят, а монстр пустился вдогонку. Естественно, у наггетса были преимущества в «догонялках», поэтому Везунчику надо было придумать план, чтобы избежать несчастной участи. Он завернул за дерево, дабы скрыться от погони. Это подействовало: монстр его не заметил и побежал куда-то дальше. Комаэда склонился, дабы отдышаться. В голову начали лезть лишние мысли, которые в данный момент мешали, ведь надо было обдумывать план… Спустя какое-то время было принято решение спрятаться где-то в посадке, ибо там монстру будет сложнее передвигаться, да и та как раз находилась недалеко. Но стоило Везунчику сделать всего лишь шаг, как он оказался в огромных лапах наггетса. Он не мог поверить в случившееся: «Неужели я так был занят планом, что не заметил такое гигантское существо…» — сказал Нагито, грустно склонив голову. Мутанту явно было всё равно на слова своей жертвы, и тот, не церемонясь, откусил Комаэде ногу. Послышались крайне болезненные стоны, а после на землю обильно хлынула алая, тёплая, густая кровь. Наггетс удовлетворённо, с характерным чавканьем, ел ногу Нагито. «Черт, почему он не откусил сразу голову?» — думал Везунчик, пока мутант отрывал вторую ножку. Всё это, естественно, сопровождалось громкими криками, стонами и мольбами, однако какое дело до этого существу, которое состоит практически из одной жареной курицы? Настал момент, когда наггетс стал целиком засовывать себе в пасть полуживого Комаэду. «Вот и конец», — проговорил Нагито, зажмурив глаза. И тут Везунчик проснулся. Практически вскочив со своей кровати, тот начал себя ощупывать, дабы убедиться, что он жив. За этим всем наблюдал озадаченный ситуацией Хаджимэ, который стоял со стаканом воды недалеко от кровати. Когда Нагито всё-таки заметил наблюдателя, то шустро подошёл к нему и, крепко сжав его руки с обеих сторон, молвил: «Я больше никогда, слышишь?! НИКОГДА не пойду обедать в КФС!»